ты не бомба, а щит. Иначе… иначе я сам сдам тебя Кураторам, чтобы спасти город.
Я встал с кровати. Тело больше не казалось чужим. Оно было готово. Пульсация маны унялась, превратившись в ровный, тяжелый гул.
— Где мой пиджак? — спросил я.
* * *
Подвязье встретило нас тишиной и туманом цвета гнилой сливы. Деревня вымерла. Ни собак, ни ветра, ни дыма из труб. Только сирены ОГО вдалеке и тяжелый, давящий запах озона, который я уже начинал ассоциировать со смертью реальности.
Я стоял на краю деревни, закутанный в новую кожаную куртку, которую Ус прислал с курьером (и которая уже начала дымиться от моей ауры). Игнатий остался на базе. Рядом со мной дежурила Лариса и трое бойцов «Круга» в полных противорадиационных костюмах, которые выглядели жалко на фоне местной аномалии.
Разлом в Подвязье не был радужным. Он не переливался красивыми цветами. Это было черное пятно на земле, пульсирующее темно-фиолетовым светом. Оно не выглядело как дверь. Оно выглядело как открытая рана, из которой медленно сочится гной.
И из этой раны не лезли монстры. Вместо этого от неё расходились тонкие, почти невидимые фиолетовые нити, которые проникали в дома, в землю, в воздух, высасывая из всего тепло, цвет и жизнь.
— Школа вон там, — Лариса указала на двухэтажное кирпичное здание с выбитыми окнами. — Подвал. Они забаррикадировались. Сканеры показывают, что жизненные силы детей падают. У нас максимум полчаса, прежде чем они станут… пустыми.
Как те синие трупы в Ледяных Пустошах. Как те мумии в Дарквуде.
Я кивнул и шагнул в деревню.
Мои ботинки ступали на серую траву, и там, где я проходил, трава вдруг обретала цвет. Серое становилось зеленым. Мертвая почва вздрагивала, выпуская ростки. Моя аура — перенасыщенная, критическая — сама по себе выплескивала ману в окружающее пространство.
«Искра Пустоты» активировалась без моего ведома. Она резонировала с умирающей землей.
Я подошел к Разлому. Внутри черноты что-то булькало и шипело. Я чувствовал Золотую Нить, уходящую из центра этой воронки куда-то в небо, в Управление. Насос. Крошечная, локальная версия той трубы, что высосала Дарквуд.
— Эй, — позвал я, обращаясь к черноте. — Я слышал, вам нужна мана?
Разлом дрогнул. Фиолетовые нити метнулись ко мне, как голодные змеи, почувствовавшие добычу. Они попытались вонзиться в мою ауру, но столкнулись с ней, как жалкие иголки с бетонной стеной. Моя мана была слишком плотной, слишком «живой» для этого паразита.
Я поднял руку. В моей ладони сформировался шар чистого, ослепительно-синего света. Искра. Крошечная копия того, чем я был сейчас.
— Угощайтесь, — я швырнул шар в центр Разлома.
Эффект был мгновенным. Черная воронка с жадностью набросилась на Искру, втягивая её в себя. Но Искра не была обычной энергией. Она не питала Разлом. Она взрывала его изнутри.
Раздался звук, похожий на лопнувший воздушный шарик, только в масштабе целого квартала. Чернота вспухла, пошла рябью, и из неё с криком вырвалось нечто.
Это был не моб. Это было нечто, собранное из украденных жизненных сил. Существо, похожее на гигантского ребенка, но состоящее из фиолетового дыма и костей. Оно кричало голосами детей, которых пыталось переварить.
— Тварь, — процедил я.
«Уничтожь, — подсказал Тишина. — Закрой кран».
Я активировал «Стремительность». Мир замер. Существо застыло в прыжке, его дымовые руки тянулись к моему горлу. Я не стал доставать кинжалы. Я просто положил ладонь на его «грудь» и выпустил Искру Пустоты прямо в ядро этой твари.
Синий свет поглотил фиолетовый. Существо завизжало так, что заложило уши, и начало рассыпаться. Но вместо пепла из него посыпались… искры. Крошечные, светящиеся крупицы маны, которые разлетелись по деревне, возвращаясь в дома, в землю, в людей.
Разлом схлопнулся с оглушительным хлопком. Воздух очистился. Давление исчезло.
Из разбитого окна школы послышался плач. Живой, настоящий, детский плач.
Я стоял посреди оживающей деревни и тяжело дышал. Трава вокруг меня буйно зеленела. Снег, который был серым от пепла, стал белым.
— Получилось, — выдохнул я.
— Громов! — по рации заорала Лариса. — Ты… ты сделал это! Сканеры показывают стабилизацию! Дети живы! Господи, ты…
Я не услышал конца фразы.
Потому что в этот момент система выдала уведомление. Не золотое. Не красное. Черное, как сама бездна, с буквами, которые жгли глаза.
«ВНИМАНИЕ!»
«Зафиксировано несанкционированное вмешательство в процесс ассимиляции (Сектор 774-А).»
«Носитель: Громов Александр Сергеевич.»
«Статус: Изменен. Класс „Ключ“ аннулирован. Присвоен класс: „Аномалия Х“.»
«Протокол Управления: Немедленное устранение.»
И прежде чем я успел среагировать, небо над Подвязьем раскололось.
Нет, это был не Обратный Разлом. И не Истинный Портал. Это была трещина в самой ткани реальности, огромная, как футбольное поле. И из этой трещины, ломая законы физики, гравитации и здравого смысла, на меня падало нечто.
Оно было похоже на гору белого, слепящего света, пронизанную золотыми нитями. Оно не имело формы, оно было чистой, конденсированной волей Системы. И оно падало прямо мне на голову.
«Громов! — заорал Тишина. — БЕГИ!»
Но я не мог. Мои ноги приросли к земле. Золотые нити, которыми была опутана эта гора света, уже пробили землю вокруг меня, образуя клетку.
И тогда из центра этого света шагнул человек.
Он был одет в строгий черный костюм. На его лице не было черт — только гладкая, белая маска, на которой медленно проступали знакомые очертания. Очертания лица, которое я видел у Куратора. Лицо Малкорана. Лицо того, кто управлял нитями.
— Здравствуй, Аномалия, — произнес он, и его голос прозвучал одновременно из всех динамиков, радиоприемников и даже из телефонных трубок в деревне. — Управление решило лично провести аудит твоих активов.
Он поднял руку, и золотая нить, толщиной с канат, пронзила мою грудь. Боли не было. Было только ощущение, как из меня с огромной скоростью выкачивают… меня. Мою Искру. Мою ману. Мою личность.
— Процедура ликвидации начата, — сказал Куратор.
Я попытался активировать навыки. Ничего. Система молчала. Интерфейс погас.
Мир перед глазами начал темнеть. Последнее, что я увидел, прежде чем сознание начало расщепляться на нули и единицы — это то, как Куратор улыбнулся маской лица эльфийского короля, и произнес:
— Добро пожаловать в Управление, Громов. Твой контракт истек.
Глава 6
Вы когда-нибудь пытались оторвать от себя пиявку размером с канат, сделанную из чистого, конденсированного бюрократического намерения? Нет? А мне вот пришлось.
