по плану: осмотр, оценка обстановки, поиск союзников».
Вновь пробежала взглядом по неуютной комнате в поиске подсказок или личных вещей, — ничего! Даже любимой скалки нет. «Не одобряю», — снова подумала я.
Внезапно головная боль утихла, но мне стало ещё хуже, ведь в памяти всплыли обрывки ярких образов, непонятные картинки, похожие на галлюцинации или чужие воспоминания: огромный роскошный зал, множество глаз незнакомцев, одетых в наряды словно со съёмок фильма о жизни императорского дворца.
Но самым ярким образом был холодный красавец с лицом, на котором читалось «За что?»… и его мощная, но элегантная рука, сжимающая нестерпимо ярко пылающий амулет на груди. Камень в форме сердца вспыхнул, а меня будто ударило током.
А потом… потом рядом появилась девушка с волосами цвета сирени и улыбкой слаще мёда. Она что-то говорила, вела меня сюда, гладила по голове, сунула в руки чашку… Кажется, я выпила странную густую жидкость, потому что была в шоке. И потому что незнакомка улыбалась, как стоматолог в клинике, говоря «это не больно». А вот после этого вновь наступила темнота и беспамятство.
«Значит, меня ещё и опоили, — с горьким торжеством констатировала я. — Класс. Новый мир, а приёмы примитивные. Только масштаб эпичнее, а за окном летают драконы». Для себя сразу же решила твёрдо, что никому здесь доверять нельзя. Больше не позволю воспользоваться моей доверчивостью и растерянностью.
Дверь скрипнула. Я вздрогнула и приняла самую непринуждённую позу, какую смогла выдать, — оперлась о подоконник, стараясь выглядеть так, будто ежедневно наблюдаю за драконами с чашечкой кофе.
В проёме застыл невероятный мужчина. Тот самый красавец из то ли галлюцинаций, то ли чужих воспоминаний. Вживую он выглядел ещё более нереально, словно сошёл с обложки журнала «Холодные и неприступные». Чёрные блестящие волосы, идеальные черты, глаза цвета заледеневшего озера. А выражение лица такое, будто он наступил во что-то неприятное ботинками за тысячу баксов.
Он молча окинул меня взглядом — с головы до пят, задержавшись на районе талии на доли секунды дольше, чем требовалось. Я почувствовала жаркий прилив стыда, а потом — яростное возмущение. «Ага, значит, здесь тоже ценители „Дюймовочек“? Иди ж ты…»
— Ты уже на ногах, соответственно, не разбила себе голову окончательно, это радует! — констатировал он. Голос был ровным, глубоким и абсолютно лишённым тепла. Прямо как этот камень вокруг.
«Спасибо за заботу, сосулька», — яростно подумала я, но вслух сказала: — Где я? Что это за место?
— Цитадель Ледяного Пика. Владение моего рода, — ответил мужчина, как будто сообщал нечто очевидное. — Тебя зовут Эйлин.
— Меня зовут Лена! — выпалила я, а потом спохватилась. Похоже, у тела, в которое я попала, уже было имя.
Незнакомец лишь приподнял одну идеальную бровь.
— Здесь ты — Эйлин. И ты здесь, потому что ритуал Пробуждения Сердца указал на тебя. Ты станешь моей женой! Я — лорд Каэлан, верховный дракон рода.
Глава 2
Хм… очень странный способ делать предложение. А как же узнать друг друга получше?
— Какое пробуждение? Чьего сердца? — я чувствовала, как теряю нить. Драконы, каменные мешки, а теперь ещё какое-то сердце.
Мужчина неторопливо поднял руку и коснулся амулета на своей груди, — ярко светящегося сиреневого камня.
— Моё сердце заключено здесь. И оно, — лорд произнёс следующее с явным усилием, — отозвалось на тебя. Ты станешь моей истинной парой. Это закреплено решением Верховного Совета.
Я уставилась на амулет, потом на каменное лицо незнакомца, потом снова на амулет. В голове что-то щёлкнуло.
— Погодите-ка. Вы хотите сказать, что я… ваша судьбоносная половинка? По решению какого-то совета и дешёвой бижутерии? — Я фыркнула. Истерический смешок вырвался наружу. — Да вы что! У меня в родном мире жених стеснялся меня на день рождения друга вывести, а тут целый дракон… со своим сердцем в кулоне! Да это же сказка!
Лицо мужчины исказила гримаса раздражения.
— Это не сказка, а твоя обязанность. И моя проблема. Которая, — он шагнул ближе, и его взгляд упал на пустой кувшин на столе, — уже привлекает нежелательное внимание. Что ты пила?
Вопрос прозвучал резко. Я машинально ответила:
— Девушка с сиреневыми волосами, кажется, Лерия дала мне успокоительное…
Дракон замер. Казалось, даже воздух вокруг него похолодел ещё на несколько градусов. Его пальцы сжали амулет так, что костяшки побелели.
— Она солгала. Это зелье подавления. Оно должно было сделать тебя слабой, безучастной. Неспособной выполнять… функции.
Какое «милое» слово!
— И в чём же заключается моя функция? — поинтересовалась ядовито. — А меня вы не желаете спросить, собираюсь ли я вообще участвовать в происходящем абсурде? Я не позволю решать за меня! И мне плевать, будь вы хоть дракон, хоть президент, хоть повелитель вселенной.
Мужчина взглянул на меня пристальней. В его ледяных глазах что-то дрогнуло. Не тепло. Скорее… недоумение и интерес. Как будто он изучал редкий, необычный экземпляр насекомого, перед тем как приколоть его булавкой.
— А ты не так проста, Эйлин — наконец, сказал он с улыбкой. — Это неожиданно и даже приятно! Но знаешь ли, меня тоже не радует выбор моего амулета. Но, к сожалению, мы теперь связаны нерушимыми узами. Так что нам придётся заключить брачный союз, а тебе — родить мне наследника.
Час от часу не легче. Не скрою, я всегда мечтала о ребёнке и даже намекала об этом Никите, но жених заявил, что мы ещё слишком молоды и должны пожить для себя. И вот теперь этот идеальный красавчик ставит меня перед фактом, требуя наследника.
— Если хочешь вернуться к своей прежней жизни, то просто выполни эту женскую функцию, и мой амулет отправит тебя туда, откуда ты мне свалилась на голову. А иначе… Иначе мы погибнем оба! Голоса «Сердца» нельзя ослушаться. Так что до поры до времени наши интересы совпадают. Ты останешься здесь. Будешь соблюдать правила. И учиться. А я… — мужчина запнулся, словно вынужден был проглотить горькую пилюлю, — … позабочусь о том, чтобы следующие напитки не содержали посторонних ингредиентов.
Он повернулся к двери, чтобы уйти.
— И, Эйлин, — бросил через плечо. — Завтра начнём с чистого листа. Попытаемся, по крайней мере. А теперь отдохни!
Дверь закрылась, и я осталась одна в каменной комнате, где-то посреди жестокого и абсурдного мира драконов, в котором я была «избранницей» поневоле. Внутри всё леденело от несправедливости и страха. Но где-то глубоко, под всеми этими слоями шока, ужаса и неверия начала шевелиться знакомая, упрямая злость. И что-то похожее на азарт.
«Ну что ж, Никита, — подумала я, глядя на странное небо, где пролетал очередной крылатый ящер. — Ты меня стеснялся и хотел себе
