на всякий случай напоминаю, под водой могут водиться опасные некротвари, — предупредил меня Чертков и шагнул в воду вслед за мной. — Если тебе вдруг покажется, что надо спасать свою задницу, значит так и делай, ясно? Обо мне не думай.
Я промолчал, и наставник решил сказать мне об этом еще раз. Видимо для того, чтобы я что-то сказал в ответ.
— Слышишь меня? — спросил Александр Григорьевич. — Я сейчас тебе вполне серьезно об этом говорю. Бывают в жизни такие моменты, что нужно не думать и спасаться. Иначе и сам погибнешь, и меня не выручишь. Ясно тебе?
— Да понял я все еще с первого раза, — кивнул я и сделал еще один шаг вперед. — Не переживайте, Александр Григорьевич, тут расстояния-то всего… Метров десять от силы.
— Понял он… — пробурчал старик и посмотрел на воду. — И некрощит накинь на себя как войдешь, сколько раз повторять?
На этот вопрос я тоже решил не отвечать и не говорить Черткову, что он сказал мне об этом впервые. Наставник явно нервничает почему-то, а зачем его злить еще больше? Накинуть несколько слоев некрощита мне было не сложно.
Чтобы провести мне краткий инструктаж, Александр Григорьевич вышел из некрослоя, и я последовал вслед за ним. После встречи с кровососами нам требовалась небольшая передышка, чтобы немного восстановить свои силы.
В некрослое работало все по довольно хитрой системе: ты долго чувствовал себя в полном порядке, но когда начинал уставать, то терял силы довольно быстро и нужно было внимательно следить за этим. Иначе мог возникнуть момент, когда будет уже поздно.
Однако даже короткий отдых в нашем родном мире работал как исцеляющий бальзам. Если ты не перешагнул в некрослое опасную черту, за которой потребуется длительное восстановление, то силы возвращались довольно быстро.
Чтобы уж совсем наверняка привести себя в порядок, мы с Чертковым выпили по одному Эликсиру Бодрости. Легкая головная боль впоследствии — это ерунда по сравнению с отличным полезным эффектом, который нам сейчас требовался.
Александр Григорьевич открыл новый портал прямо над водой, всего в нескольких шагах от берега. Без лишних слов он вошел в портал первым, а я двинулся вслед за ним.
Первым некросимволом, который мы применили, было Слово-Вода. Он позволял ходить по водной поверхности, так что не было необходимости нырять раньше времени. Ну а уже перед самым островком мы применили Слово-Дыхание и опустились под воду.
Скажу честно, давалось мне это непросто. Самая большая сложность заключалась в том, что нужно было не обращать внимание на то, что ты находишься под водой, и просто дышать. Звучит легко, но на практике это довольно-таки непросто. Организм на подсознательном уровне сопротивляется желанию дышать и пытается все делать наоборот. В общем, непривычно.
Издавая странные булькающие звуки, я плыл следом за Александром Григорьевичем, который двигался под водой на удивление легко и быстро. Да, плотность воды в некрослое отличалась от земной и плыть в ней было в несколько раз легче, однако все равно он двигался слишком быстро.
К нашему счастью, опасения Черткова оказались напрасными. На нас никто не напал и не попытался сожрать. Хотя где-то там вдали я видел подозрительное движение на дне, но очищать озеро от некротварей в наши планы не входило.
Мы направились в темнеющий входной проем грота и вплыли в него, активировав перед этим Слово-Свет. Некросимвол, который будет освещать наш путь, а заодно отгонять некротварей, если они здесь будут. Против сильных врагов он не сработает, но разную мелочь, типа некрочервей, разгонит без проблем. Ну или кто здесь под водой вместо них, какие-нибудь некрокрабы или некрокреветки.
Поначалу проем был довольно широким. Настолько, что мы могли плыть рядом, абсолютно не мешая при этом друг другу. Однако понемногу он делался все уже, пока не превратился в трещину, метра полтора шириной. Плыть стало неудобно.
Приходилось чуть ли не пробираться внутрь, да еще при этом все время ощупывая стены. Они были неровными, с острыми торчавшими камнями, которые то и дело цеплялись за одежду. Счесав до крови руку об один из камней, я уже начал жалеть, что мы сюда забрались. Что здесь может быть интересного?
Ну это я так… Просто со злости… Интуиция подсказывала мне, что-то любопытное обязательно должно быть. Да и не стал бы Карл-Людвиг ничего говорить об этом гроте, если бы не хотел, чтобы мы обратили на него внимание. Явно не просто так сказал.
Вообще, в этом смысле некрослой как-то очень любопытно работает. Если стена не слишком широкая, то через нее можно было пройти беспрепятственно. Да что там, даже школьные стены основного корпуса проходились без проблем. Но вот если камень был слишком широким, типа вот этой скалы, то пройти сквозь него не получалось. Ты просто упирался в преграду и все.
Вскоре узкий тоннель, через который мы неспеша пробирались, начал расширяться и постепенно превратился в широкий подводный коридор. В какой-то момент каменный потолок вдруг резко пошел вверх, и мы с Чертковым оказались в большом каменном зале. Судя по тому, что я видел, здесь начиналась сухопутная часть этого места.
Мы выбрались из воды и осмотрелись. Ничего подозрительного ни в некрослое, ни снаружи. Слышно лишь только как капает вода в некоторых местах, и все на этом. Зато на дальней от нас стене темнел еще один проход, который скорее всего вел в соседний зал.
После подводного плавания идти по твердому каменному полу было приятно. Хотя тут тоже хватало всяких камней и приходилось все время смотреть под ноги, но это мелочи. Когда чувствуешь под ногами опору, это как-то успокаивает. Вот бы еще и вещи каким-то чудом на нас высохли, было бы вообще хорошо. И в ботинках чтобы не хлюпало…
Из прохода в соседний зал тянуло неприятным холодом, который ощущался даже в некрослое. Сквозняк. Если так, то значит где-то там в глубине есть доступ воздуха в это место, иначе с чего бы он здесь был. Кстати говоря, и в этом зале, видимо, тоже.
Однако ничего похожего на трещину я на потолке не обнаружил. Судя по всему, она была скрыта где-то среди торчавших сверху камней. Рассмотреть что-то среди них было весьма проблематично.
Примерно через несколько шагов после того, как мы с наставником вошли в каменный проем, мы увидели паутину, которой кто-то опутал весь проход. Причем в несколько слоев, которых здесь были десятки и сотни. Белые тонкие нити колыхались на сквозняке и было понятно,
