Олаф же сидел как ни в чем не бывало и потягивал эль из бочонка. Викинг уже удовлетворил нестерпимую жажду и уловил рациональное зерно в предложении своего хирдмана.
- Знаешь, Куржор, я насмотрелся на эти колдовские штучки и понял, что когда ваны начинают путать дорогу, то надо двигаться куда угодно, только не вперед. Но, с другой стороны, поступив так, мы, возможно, сможем избавиться от наваждений, но это ничуть не приблизит нас к цели. Поэтому я предлагаю двигаться прямо, тем более что наша повозка по лесу не пройдет, а бросать этот груз мне бы не хотелось.
Молодой Трахдер с ликованием встретил предложение ярла, так как не был уверен, что вообще сможет двигаться по лесу. Да и по дороге идти будет тяжеловато, сообразил Куржор, поднявшись на ноги. Поборов легкое головокружение, Трахдер вцепился в борт телеги, надеясь таким образом не отстать от своего вождя.
Олаф вылил себе в пасть остатки кислого пойла и резво поднялся на ноги. Викинг находился в прекрасном расположении духа и хорошей форме. Мозги великого воина, промытые элем от разной житейской шелухи, работали четко и ясно.
Ярл сразу заметил проблемы хирдмана.
- Эй, парень, не пытайся удержать воз. Если лошадь вздумает сдвинуться с места, у тебя все равно ничего не получится! - весело проговорил Олаф.
Услышав такое, Куржор попытался взять себя в руки и выровняться. Парню даже показалось, что у него все получилось. Но викинг рассмеялся еще громче.
- Ладно, отдыхай, приятель,- сказал Торкланд, взял одной рукой Трахдера за пояс и, словно мешок с соломой, забросил его на телегу.
В ответ юноша недовольно пробурчал что-то неразборчивое, но на самом деле это было пределом его мечтаний. Не успела голова падающего Трахдера стукнуться о покатую стенку бочонка, покоящегося на дне повозки, как изо рта юного хирдмана вырвался тяжелый храп, достойный опытного воина.
Торкланд еще раз усмехнулся и, взяв под уздцы коня, пошел прямо по дороге. Ночь не была темной. Мириады звезд освещали викингу путь. Олаф помнил, что в этом мире, путешествуя, надо точно знать, куда ты хочешь попасть, иначе можно пройти в двух шагах от своей цели, да так и не найти ее.
Олаф научился этому у Тора во время путешествия в Асгард. Все существа в этом мире поступали так же. Асы умели это делать с рождения, хотя и не могли объяснить это явление.
Сперва викингу, привыкшему в Мидгарде, что любая дорога, проложенная между двумя городами, приведет именно в один из них, было трудно понять, как это одна дорога может вывести путника куда угодно. Но со временем Олаф освоился и научился ориентироваться здесь абсолютно свободно.
И вот он легко шагал вперед, желая отыскать любое место в этом ненормальном мире, лишь бы там был его недавно сколоченный хирд. Рядом, среди бочек, заглушая перегаром все ароматы ночи, спал его первый помощник, правая рука в трудах и в бою, молодой Трахдер.
Викинг не заметил, как прошла ночь и померкли звезды.
Утро застало бывалого воина врасплох. На пути возник замок с остроконечными куполами на башнях и высокими стенами. Таких здесь викинг еще не видел. Тонкие шпили . в полумраке раннего утра не сильно отличались от высоких деревьев, и Олаф обнаружил строение, только когда оно очутилось прямо перед ним.
Замок казался заброшенным. Ворота были слегка приоткрыты, а башни зияли темными провалами пустых бойниц.
Торкланд спрятал воз со спящим Трахдером в кустах на опушке леса, а сам прошел за ворота.
Аккуратненький дворик был пуст. Даже беглого взгляда опытного воина было достаточно, чтобы определить, что владелец этой недвижимости не обременяет себя расходами на содержание гарнизона.
Пройдя миниатюрную площадь, Торкланд поднялся на высокое крыльцо и увидел, что двери любезно распахнуты настежь.
Переходя из зала в зал, Олаф с любопытством рассматривал убранство помещений. Оно до боли напоминало славному ярлу внутренние покои франкских замков в Мидгарде, которые Торкланду неоднократно приходилось грабить.
Двигаясь осторожно, викинг не отказал себе в удовольствии потрогать оружие, висевшее на стенах. Но каждый раз, взвесив в руке очередной клинок, Олаф находил свой меч более совершенным.
Вокруг стояла глубокая тишина, такая, что казалась бывалому вояке неестественной, но, пройдя два десятка залов и коридоров, Олаф слегка утратил бдительность. И тут из-за портьеры, блеснув в лучах восходящего солнца, бьющих прямо в окно, в грудь викинга ударило что-то твердое и рассыпалось фейерверком золотых искр.
Ярл на мгновение ослеп, но тут же зрение вернулось к нему. Со всех сторон могучего викинга окружали ваны, которые бесцеремонно рассматривали его персону.
"Ну вы у меня сейчас попляшете" - подумал викинг и схватился за меч.
Безотказная рука, выручавшая могучего воина во множестве переделок, не послушалась. Торкланд попробовал пошевелить левой рукой, но и она осталась неподвижной. Тут же Олаф выяснил, что он не может повернуть голову и вообще сдвинуться с места.
- Ах вы, Хейдовы выродки, срань подхвостная! - выругался викинг, с удовольствием обнаружив, что владеет хотя бы голосом.
Однако отчаянная ругань славного ярла вызвала только смех у бесстыжих ванов.
- Эй, Фафал, не слишком ли много чести этому варвару? Может, стоило сделать его из навоза, а не из чистого золота? - шутя спросил один ван у другого.
- Нет, Хьюник, если бы мы превратили этого грубияна в кучу дерьма, то представьте, как бы мы провоняли, пока доставили его пред светлые очи великой Хейд? - возразил его приятель.
- Зато теперь нам придется здорово попотеть,- проговорил третий, бесцеремонно обхвативший Торкланда и попытавшийся оторвать его от земли.
Веселья в голосах ванов слегка поубавилось. Видимо желая удостовериться в словах своего товарища, еще некоторые из них по очереди подошли к Торкланду и попробовали его поднять.
- Да...- почесал затылок Фафал.- А об этом мы не подумали. Преврати мы этого бугая, ну, не в мешок с навозом, а хотя бы в деревянное полено, было бы гораздо легче.
- Да какая разница? Разве ты мог что-то изменить? Магический шар нам дала Хейд, и только она могла выбирать, во что превратить это чучело,- подключился к разговору еще один ван.
- Эй ты, кривоногая обезьяна,- вспомнил разгневанный Торкланд одно из призабытых ругательств,- когда я освобожусь от ваших заклятий, я сперва вырву тебе язык и лишь потом прикончу. А если кто-то из твоих друзей тоже предпочитает страдания быстрой смерти, то пусть погавкает. Тем же, кто заткнет свой рот, я обещаю, что отправлю в хель безболезненно.
- Ты что, еще мне угрожаешь? - нахально рассмеялся ван.- Да ты, варвар, полностью в моей власти! Я с тобой что захочу, то и сделаю.
Он подошел к Торкланду и с размаху ударил его кулаком в лицо. К своему удивлению, Олаф не почувствовал даже прикосновения его руки, а вот ван схватился за ушибленную конечность, едва сдерживая приглушенный стон, вырвавшийся из горла.
- Вот видишь,- в свою очередь рассмеялся ярл,- даже недвижимый, я сильнее тебя, червяк.
Глаза вана блеснули ненавистью, а рука потянулась к мечу.
- Брось его, Сакурт,- сказал подошедший к товарищу Фафал,- посмотрим, как он заговорит, когда Хейд предаст его страшнейшим из мучений. Нам теперь надо думать, как доставить его к повелительнице. Никто не ожидал, что этот медведь перебьет стольких наших.
- Эй, Олаф, а тебе ничего, идет! - раздался знакомый голос.- Скажи-ка, ярл, это наши чернобровые друзья так постарались? Надо заметить, у них вышло недурно.
Викинг, насколько смог, скосил глаза, пытаясь пересчитать ванов, прикидывая, справится ли с ними молодой Трахдер. Но, не используя пальцы, это было не так просто сделать. Отчаявшись сладить с математикой без помощи рук, бывалый воин на глаз прикинул силы неприятеля и решил, что их около пяти. Любой ас без труда мог разделаться с таким количеством ванов, но Куржор был молод и, судя по голосу, еще не совсем протрезвел.
