- Леди Сьерра! – негодующе смотрит на меня ректор, когда я начинаю сигать, как кошка, в попытках вернуть свое. Знаю, что леди так не подобает, но блин!
Озадаченному ректору приходится пятиться и отступать, чтобы выстоять этот бой без применения силы. Однако дальше террасы он не уходит.
Натыкается соблазнительной задницей в перила, и тут-то я решаю, что сейчас доберусь, как он отводит руку прямо в пропасть. То есть в пустоту.
- Нет! Стойте! – молю я, как только разжимается пара пальцев. – Не делайте этого!
- Очень любопытно, леди Сьерра. Что в коже гаргулии такого ценного для вас, что вы сами на себя непохожи? – поднимается темная бровь, и я осознаю, что эта самая бровь находится в нескольких сантиметрах от меня.
Эта бешеная борьба совершенно лишила меня разума, раз уж я приклеилась к ректору чуть ли не всем телом. Пусть он ненавидит меня, но с мужскими инстинктами у него все в порядке.
Всего на секунду он сбивается с толку, и этого мига мне достаточно, чтобы смутиться, а затем, как всегда, берет себя в руки, словно ничего странного тут не происходит. Его острые, но уже не такие холодные, как прежде глаза, прищуриваются и пытаются выцепить что-то внутри меня. Прямо в душе.
Я чувствую, как она (душа) переворачивается, как сжимается в ком и мечется, не желая быть пойманной. А Редмонд продолжает подчинять, продолжает игнорировать эту непростительную близость. Более того, он смотрит еще пристальнее. Ближе….
Мои щеки наливаются кровью. Я вздрагиваю, ощущая через одежду, какое же горячее у него тело. Отлетаю от него вся в смятенье, как школьница на первом свидании.
- Отдайте мою вещь! – требую я, потупив глаза. «Мою Пре-е-елесть» надо было сказать.
Думаете, ректор слушает?
- Скажи, зачем тебе кожа гаргулии, и я, может быть, отдам, - четко звучит его условие. Улавливаю в голове новые нотки, но никак не могу их определить.
- Не ваше дело! – бурчу я себе под нос.
Могла ведь что-то выдумать, но нет. В этот момент мысли путаются, я вся горю и злюсь, вот и поступаю опрометчиво.
Ректор разжимает пальцы, и мой мешочек срывается вниз.
Нееет!
- Вы! Вы! – давлюсь я бешенством. В голове пролетает такое количество матерных слов, что сама удивляюсь, откуда столько знаю.
- Как вы могли?! Это моя вещь! Моя, а не ваша! – палю я в сердцах.
- Что, если есть сила, то можно делать все, что хочется?! Это низко и подло, господин ректор! – выдаю дальше на одном дыхании и тут же осекаюсь, видя, как очередная порция недоумения перетекает в лютую ярость в глазах Редмонда.
- Низко? – переспрашивает мужчина после секундного негодования.
Да-да, в его голове сейчас шестеренки крутанулись в обратном направлении, а потом встали на место.
- Подло? Вам ли это говорить, леди Сьерра? – лязгает сталь в его голосе.
- Мне! Это ведь вы сейчас вели неравный бой с женщиной! – зачем я упрямлюсь? Язык бы прикусить, но нет, во мне все кипит, несмотря на то, что подгибаются коленки.
- Вы уж, простите, Тесса, но за всеми вашими выходками, в вас сложно видеть женщину, - говорит он, но пару минут назад именно, как на женщину он на меня и смотрел. Наверное, впервые за все это время.
- А что касается подлости. Вспомните, как заперли леди Рейз в горящем кабинете, - чеканит он каждое слово, и эти слова намертво впиваются в меня.
Вот теперь ярость отступает, и горло перекрывает обида. Это ведь не я, а Тесса! Сколько еще ходить с этим клеймом?
- А что, если это не так?! Что, если вы ошибаетесь?! – кричу я так, словно сейчас задохнусь, если не скину с себя эту ношу.
Но ректор даже не думает проникаться моими слезами. Темные глаза вспыхивают пуще прежнего, предвещая беду.
- Это были вы. И мы оба это знаем, - давит он взглядом и металлическим голосом, вновь нарушая дистанцию и оказываясь близко-близко.
- Вот если бы не выкинули тот мешок, нам было бы о чем поговорить! – только и твержу я и едва слышу собственный голос за грохотом взбесившегося сердца.
- Значит, хотите вернуть память? Зачем? Святая Инея даровала вам высшую блажь, избавив от гнета ваших злодеяний. К моему удивлению, вы даже вещи приличные стали говорить.
- А затем, чтобы знать, каких типов, на подобие вас и этого Моржа, мне нужно опасаться! – отвечаю я, явно задев его гордость.
Мужчина отстраняется. Смотрит на меня как-то странно, неопределенно, а затем переводит взгляд в сторону улицы.
- Что ж, ну тогда забирайте свой ценный мешочек, если он, действительно, вам так нужен, - указывает он рукой, и я тут же отслеживаю направление.
И, правда, тут. Лежит на козырьке, родной.
Сейчас я доберусь до тебя, подожди!
- Леди Сьерра, вы в своем уме?! – рычит ректор, когда я перекидываю одну ногу через перила. – Вы расшибетесь!
- Зато вам будет хорошо! – бурчу я, не отвлекаясь от опасного занятия.
