не трогай сразу.
— Вообще ничего?
— Нет, ну если приспичит, то бумагу туалетную можно, — ухмыльнулся я, делая шаг ближе к двери. — Я имею ввиду, если увидишь что-то подозрительное, или просто незнакомое, то не трогай.
— Думаешь, нам что-то подкинули?
— От Кайрена и его дружков можно ожидать чего угодно, — я пожал плечами.
На деле варианта было два: подкинуть нам что-то запрещённое. Либо второй вариант — сделать так, чтобы нас дисквалифицировали и не допустили до олимпиады.
Как это сделать? Ну тут, конечно, большой вопрос.
Стараясь сильно не шуметь, я шаг за шагом приблизился к двери и отворил её локтем, стараясь не лапать поверхность. Тут конечно, и так достаточно моих отпечатков пальцев, но всё-таки не хотелось смазывать те, что оказались поверх.
В комнате никого не было. Более того, никаких следов чьего-то пребывания. Все вещи были хоть и разбросаны, но находились ровно в том же состоянии, что мы их оставили утром.
— Подозрительно, — сказал Чан, входя в комнату и прикрывая за собой дверь. — Как будто ничего не взяли.
Я прошёлся по всей площади и ничего не обнаружил.
— Такое ощущение, что зашли, испугались бардака и скрылись в неизвестном направлении.
— Главное, чтобы ничего лишнего не оставили, — голос Чана был явно напряжён.
— Может, ты просто забыл закрыть дверь, когда мы уходили?
Мой спутник задумался. Казалось, он досконально вспоминает утро, когда мы пошли на сдачу первого задания.
— Да нет, закрывал точно. Я хоть и не выспавшийся был, но точно помню, что дверь закрыл, и она щёлкнула. Может, тут, как в отеле, что-то типа уборщицы? И она забыла после уборки закрыть?
А я тем временем увидел одну деталь, которая выбивалась из общего антуража.
— Чан, скажи, пожалуйста, а Юми тебе с собой свои трусы не отдавала?
— Нет, а зачем? — он даже не понял сначала подвоха.
Тогда я подцепил висящие на спинке кровати трусы ключами и аккуратно приподнял их.
— Ну да, — согласился я, — у Юми и размерчик-то поменьше, кажется.
— А ты откуда знаешь? — уставился на меня Чан, чем вызвал некоторые воспоминания и невольную усмешку.
Но я лишь отмахнулся. В этот момент из трусов что-то выпало и упало на пол.
— Кажется, записка, — предположил Чан.
— Подними-ка, — попросил я, опуская трусы обратно.
— А чего это я? И потом, ты же сам говорил, ни к чему не прикасаться!
— Ну что тебе, сложно что ли? К тому же на бумаге отпечатки пальцев не остаются.
Аккуратно, словно к готовой сдетонировать мине, Чан прикоснулся к бумажке. Сначала он просто легонько толкнул её, словно пытался определить, что там находится внутри. Затем двумя пальцами стал осторожно распрямлять.
Я склонился, чтобы увидеть, что завёрнуто в бумагу. Впрочем, это действительно оказалась просто записка. Хотя нет, не «просто».
Через несколько секунд я уже был готов валяться по полу, держась за живот. Но пришлось себя сдерживать.
«Дорогой Йонг, — говорилось в послании, — к моему величайшему сожалению я не увидела тебя вчера на вокзале. Очень хотелось бы увидеть тебя ещё раз. И вот в честь так сказать, своих чувств посылаю тебе подарочек. Надеюсь, понравится».
Чан распрямился и переводил взгляд с трусов на записку и обратно.
— Так, и где подарочек? — спросил он, ничего не понимая. — И причём тут трусы?
А я вспомнил свой «подарочек» Йонгу и едва сдерживался, чтобы не хрюкнуть от смеха.
* * *
Доха Кайрен не откровенно не понимал, что происходит. Он даже не был в ярости из-за последней неудачи. Он был крайне удивлён, но это состояние совсем ему не нравилось.
Когда он только вышел из поезда, то его буквально распирало желание набить морду этому зарвавшемуся козлу из Дайвегу. Но теперь он понимал, что столкнулся с чем-то таким, что с ходу ему не одолеть.
Вместе с Юханом Кайрен вышел на крыльцо главного корпуса. Через несколько минут к ним присоединился и Сёюль, который выполнял задания в другой группе, и соответственно в другой аудитории.
— Ну что, как успехи? — Сёюль подмигнул с тем видом, что не сомневается в своих друзьях.
Кайрен лишь мрачно покосился на него.
— Нет никаких успехов, — Юхан развёл руками, а у Сёюля округлились глаза.
— Как это?
— А вот так, — Доха сплюнул между зубов, но тут же растёр плевок ботинком. — Компы вырубились и все наши ответы помножились на ноль. Старый хрен, который должен был проверять ответы, бегал-прыгал, но так ничего и не добился. Потом целый отряд приходил, пытался помочь, но безрезультатно.
— Сбой какой-то что ли? — уточнил Сёюль.
— Наверное, — ответил ему Юхан.
— Не, ребят, — Кайрен покачал головой, — никакой это не сбой. Мы в перерыве подвесили комп Хегая, чтобы он не слишком перья распушал. Но, когда он пришёл, то сначала заменил стул, который мы ему подготовили, а потом что-то сделал с компом, да так, что уничтожил инфу у всех.
— А такое вообще возможно?
— Не знаю, но полагаю, что именно так всё и произошло.
Кайрен хмурился. Ему не нравилось то, что он говорил. На протяжении многих лет, приезжая сюда, он привык к тому, что школа Вонджу безраздельно доминирует надо всеми. И в поведении, и в результатах олимпиад. А тут нашёлся кто-то, кто решил поставить данный факт под сомнение. Естественно, это не могло устроить Доха. И с этим надо было что-то делать. И делать срочно.
— Может, пожрать сходим? — спросил Сёюль, и словно в унисон раздался урчащий звук из его живота.
— Ого, — хмыкнул Юхан, — да ты ж уже слона съел, куда тебе ещё-то?
— Что-то не хочется, — проговорил Кайрен. — Хотя, наверное, стоит посидеть где-то. Мне срочно надо подумать.
Но с крыльца уйти они не успели. Из дверей вышли шесть парней, одетые в абсолютно одинаковые костюмы с нашивкой школы.
— Это ещё кто? — спросил Юхан, замерев и глядя прямо на них.
Ответить: «а я откуда знаю?» Кайрен не успел, потому что группа парней стремительно приблизилась к ним.
— С дороги, щенки, — бесцветным голосом проговорил тот, что шёл первым и плечом снёс Доха Кайрена.
Другой оттёр со своего пути Сёюля. Причём, они сделали это так, словно дорогу им преграждали неодушевлённые предметы, на которые и отвлекаться не стоит.
— Эй, недоноски, — прорычал им вслед рассвирепевший Кайрен, — а вы все одному портному отсасываете?
Он ожидал чего угодно. На деле он уже даже жаждал драки, чтобы выпустить пар. Но, с другой стороны, он понимал, что за это их могут дисквалифицировать и удалить с олимпиады. Однако, скопившаяся ярость требовала выхода.
Но вышедшая группа одинаково одетых парней даже шаг не замедлила. Лишь один из
