парой потомков.
— Предлагаешь поставить дело на конвейер? — я притянул девушку к себе, нежно обнял и поцеловал в губы.
Джан с жаром ответила.
А потом мягко высвободилась и продолжила:
— Если ты хочешь в будущем получить сильной Род, то должен рассматривать и других жён. Не только меня.
— Солнышко, ты это серьёзно?
— Вот только не говори, что не видишь, как на тебя смотрит Маро. Или думаешь, я слепая? Когда вы тренируетесь… Ну, это нечто особенное.
— Не верю, что эти вещи говоришь именно ты.
Джан рассмеялась.
— А ты думал, я буду выдёргивать волосы у всех потенциальных конкуренток?
— Ну… примерно так и думал.
— Честно говоря, я и сама была уверена в этом… ещё год назад. Но, Серёжа, ты — глава одного из сильнейших Родов империи. В будущем. И я буду вынуждена принять других жён, иначе нас задавят. В этих традициях меня воспитывали, но в детстве я не понимала, почему всё… устроено именно так.
— И почему?
— Потому что нас мало, Сергей. Не аристократов, а одарённых. А сильных одарённых — в особенности. А кроме того, мы грызёмся друг с другом, как пауки в банке. Я тебя ни к чему не склоняю, но если ваши отношения с Маро будут развиваться… Сейчас это единственная моя подруга, которой я доверяю. И которую готова принять в Род. Не по контракту, а в качестве второй жены.
— Дорогая, вы же это не обсуждали за моей спиной?
— Нет, — девушка потупила глаза.
— Точно?
— Вот прицепился!
— Я серьёзно.
— Ну… конкретики не было.
— И на том спасибо.
Разговор вышиб меня из колеи.
Меньше всего я рассчитывал сейчас обсуждать планы на будущую семейную жизнь. Хотя и понимал, что Джан права. Она выросла в культуре, где одарённые составляют не больше одного процента населения. И здесь, чтобы выжить и возвыситься над окружающими надо опираться на силу Рода. Которая заключается не только в личной мощи главы династии, но и в его родственниках. Прежде всего — в наследниках.
До сих пор Джан ревновала меня к каждому столбу.
Но расклады явно поменялись.
Повзрослела?
Я терпеливо ждал, пока инквизиторы не выполнят свою работу. А они делали всё неспешно: провидец изучал прошлое, трогая стены коттеджа, артефакторщик копался в останках мехов, Григорий опрашивал свидетелей и восстанавливал общую картину событий. На всё это представители консистории потратили около двух часов. Я за это время пообедал вместе с Джан и Федей, потренировался в додзё, подписал какие-то бумажки из холдинга, почитал новую порцию аналитических отчётов.
С Григорием мы встретились, когда тот уже собирался покидать мою усадьбу.
Мастер Багус ничего не комментировал.
— Что вам удалось выяснить, дознатчик? — сухо поинтересовался я.
Григорий наградил меня каким-то новым взглядом.
— На удивление много, барон. Честно говоря, я думал, это очередной фокус, чтобы отвлечь консисторию от вашей персоны. Но там… состав преступления налицо. Управляемые мехи, знаете ли, не запрещены. Просто никто не думал в этом направлении. А вот удалённая отправка своих дублей… Впрочем, вы и сами знаете. Проекторы вне закона.
— Знаю, — холодно ответил я. — И?
— Дело открыто, — пожал плечами дознатчик. — Но я не представляю, как связать это с британской разведкой. Вы же понимаете, ваши свидетели — распавшиеся дубли. Мы не имеем возможности допросить их повторно.
— Вы же получили слепки от мастера Багуса, — возразил я. — Там, где они раскололись.
— С одной стороны да, — вздохнул Григорий. — А с другой… Ну, сами посудите, что мешает оператору дубля соврать? На усадьбу мог напасть некто, желающий подставить сотрудников СРБ. Подобный вариант нельзя полностью исключать.
Логика в словах инквизитора была.
— Так или иначе, мы продолжим вести следствие, — завершил свою мысль Григорий. — Если возникнут дополнительные вопросы, мы их зададим.
— Что мне делать с разобранными мехами?
— Да что хотите, — отмахнулся дознатчик. — Повторюсь, к этой технологии мы не имеем претензий.
Уже завершив разговор и дойдя до своей машины, инквизитор обернулся:
— Не расслабляйтесь, господин Иванов. Мы следим за вами.
Хмыкнув, я отсалютовал дознатчику чашкой чая.
Когда машина с упырями отъехала на достаточное расстояние, мастер Багус бесцветным голосом заявил:
— Они собирали данные очень неохотно. Я сам предложил провидцу заглянуть в прошлое, снять слепки. Он бы этого и не сделал.
— Протокол хоть вели?
— Куда ж они денутся. Я настоял. Но лица были недовольные. Если хотите знать моё мнение, господин, они спустят всё это на тормозах.
— Ну, мы хотя бы попытались.
В реальности я и не рассчитывал на добросовестное расследование со стороны нашей консистории. Цель у меня простая, как апельсин. Связать руки Григорию бумажной волокитой.
А с британцами придётся разбираться иначе.
Своими методами.
Глава 14
— Добро пожаловать в Род, — сказал я, передавая документы Маро и Луке.
Мы заключили договора, очень похожие на тот, что подписывала в своё время Джан. Никакой вассальной зависимости. Равные партнёрские отношения, где каждый остаётся при своём, но выполняются приказы главы Рода. По сути, для Маро ничего не менялось в финансовом и репутационном плане. А вот в плане военном — менялось. И очень сильно. Как и для меня, ведь теперь я официально должен защищать новых родовичей.
Лука теперь числился сотрудником моего холдинга.
Здесь тоже интересный юридический момент, специфика имперского законодательства. Одни сотрудники были просто сотрудниками. Другие — частью Рода. И Род здесь выступает именно структурой, а не фамилией. Гарантом защиты. Но и требования к таким сотрудникам выше, их обязанности могут расширяться в любой момент в зависимости от ситуации.
В договорах были чётко прописаны функции.
Лука Каримов — штатный эксперт холдинга и один из ведущих специалистов конструкторского бюро моего недостроенного завода. Маро Кобалия — мой личный телохранитель. Без такого обоснования мне пришлось бы жениться на бессмертной прямо сейчас.
— Неплохо, — оценила Маро, откладывая бумаги. — Теперь я должна тебя защищать от всяких злодеев?
— Ты же этого хотела, — я испытующе посмотрел на девушку.
— Я не против, — хмыкнула Маро.
— А я могу заниматься и собственными исследованиями? — уточнил Лука.
— Смотря какими, — я переключил внимание на Доброго Эха. — То, чем ты занимаешься в свободное время… не интересует меня до тех пор, пока не приходят инквизиторы.
— Интересы Луки лежат не в оружейной плоскости, — сказала Маро. — У него идея фикс. Стать бесом.
— Помню-помню, — я задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. — И как успехи?
Лука и Маро переглянулись.
— Проблема лежит не в сфере каббалистики, — ответил Добрый Эх. — Никакие Знаки не сделают человека вечным и не переделают его психотип.
— А что переделает? — продолжал допытываться я.
— Великий Артефакт, — уверенно заявил Каримов. — Он же
