малость помутилось после её нападения, так что ему потребовалось некоторое время, чтобы понять, что причиной тому был мелькающий свет в его правой руке.
Это был его меч, Тай. Его лезвие переливалось ярким, почти раскалённым фиолетовым светом.
— Только попробуй, и я убью тебя, — раздался напряжённый голос девушки, которая обращалась к Хэнь Шань.
В ту же секунду в голове у Сима сложился пазл. Почему Хэнь Шань не попыталась его добить? Потому что Тай пригрозила взорвать себя, прямо как это сделали мириады талисманов, которые Сима оставил немногим ранее под ногами Хэнь Шань. Казалось бы, если все они не смогли серьезно ранить Святую, то у Тай и подавно не было ни малейшего шанса, однако сама Хэнь Шань рассудила иначе.
Хотя вернее будет сказать не рассудила, а почувствовала.
По словам Гинь, Тай обладала неслыханным талантом; после каждой сотни лет, проведенных внутри временного кармана, она становилась всё сильнее и сильнее. Вполне может быть, что она уже достигла той стадии, на которой взрыв её души будет намного сильнее, чем тот, который устроили тысячи других представителей её расы
Вполне может быть, что он будет достаточно сильным, чтобы убить Святого.
В то же время, если Хэнь Шань действительно боялась подобного развития событий, почему она не попыталась создать дистанцию между собой и Сима? Почему сделала всего несколько шагов назад? Хэнь Шань, всё ещё заляпанная кровью после первого взрыва, задумчиво посмотрела сперва на пылающий меч, затем на самого Сима, который приподнялся на ноги и выпрямил спину, и сказала:
— Ты убьёшь не только меня, но и его.
— Мне всё равно, — кратко ответила Тай.
— Это бессмысленно.
— Вот я и бессмысленная! — отрезала девушка.
Сима хотел было заметить, что это было парадоксальное утверждение, но промолчал. Он чувствовал почти осязаемое напряжение, которое повисло посреди воздуха. Впервые он… нет, они смогли поставить Хэнь Шань в ступор, заполучить себе все карты, но как долго продержится их преимущество?
Как оказалось — всего несколько мгновений:
— Я в этом сомневаюсь, — сказала Хэнь Шань. — Скорее всего, его жизнь важнее для тебя, чем твоя собственная. Поэтому мне просто нужно от тебя избавиться, а затем убить его. Ты не станешь взрывать себя перед смертью, потому что будешь надеяться, что он найдёт некий другой способ победить меня, который не приведёт к его кончине.
— Я не… — хотела парировать Тай, но Хэнь Шань не стала её слушать и снова оказалась перед Сима. Он попытался отпрянуть, однако Хэнь Шань была быстрее его в десятки раз. Она запросто его догнала, как кошка, которая ловит медлительную мышь, и ударила. Её ладонь столкнулась с лезвием меча, которое сразу вспыхнуло мириадами фиолетовых искр.
Сима почувствовал сильнейший трепет, который проник ему в руку и оставил глубокие трещины у него на костях. Однако это была только остаточная энергия от ударной волны, большая часть которой пришлась на Тай.
— Мы можем поступить ещё проще, — неожиданно заявила Хэнь Шань, когда Сима вскинул руку, стараясь ударить её мечом, после чего она запросто заблокировала его лезвие между своими ладонями, сжимая его со всё нарастающей силой.
— Если ты не хочешь, чтобы она умирала за тебя, тебе достаточно себя убить. Уничтожишь свою душу, и я оставлю твой меч в живых, — говорила Хэнь Шань, продолжая сжимать хрустящее фиолетовое лезвие между своими белыми ладонями. Фиолетовый клинок брыкался, трепетал, старался вырваться на волю, его лезвие и энергия вонзались в руки Хэнь Шань, разрывая её плоть и разливая кровавые водопады на чёрную землю, однако девушка продолжала давить на него с непреклонной, ужасающей силой.
— Думаешь, что это обман? Я тебя понимаю. Я и сама не знаю, почему я хочу оставить её в живых. Вероятно, я всё же немного опасаюсь, что она попробует взорвать себя перед смертью — но если ты умрёшь первым, и я получу себе абсолютную власть над миром теней, то даже детонация её души не сможет мне навредить, как и ничто в этом мире. А может быть, что таким образом на меня влияют остатки души Бессмертной Мэй, как ранее влияла персона моей младшей сестры. Бессмертная тоже была первозданным духом и ей, кажется, неприятно наблюдать за кончиной столь талантливого представителя своего рода.
Поэтому я могу её пощадить.
Но только если ты себя убьёшь.
Ты согласен? — спросила Хэнь Шань и посмотрела на Сима своими ясными чёрными глазами.
— Я даю тебе три секунды на выбор, и ей конец. Раз, два…
— Стой! — воскликнул Сима.
Хэнь Шань замолчала, и в ту же секунду в левой, до сих пор пустующей руке Сима вспыхнул яркий белый свет. Он превратился в длинную саблю, которую Сима прятал с начала боя, дожидаясь подходящего момента; он превратился в Кэ, могущественного тайного агента телесных духов, который в своё время на равных сражался против ученика Первого канцлера — которого считали сильнейшим Святым.
Он превратился в Силу, которая сама потянула руку Сима, — беспощадно и неистово, ломая его последние целые кости, — и плавным, могучим движением вонзился прямо в горло Хэнь Шань…
Глава 36
Сестры
— Стой! — воскликнул Сима. Он сделал это в последний момент, когда его сабля находилась всего в нескольких сантиметрах от Хэнь Шань, и всё же успел. Белый клинок не перерубил ей шею — только пронзил кожу и застыл, когда по нему побежали, орошая руки Сима, быстрые капельки крови.
В ту же секунду сама Хэнь Шань перестала сжимать его меч между своими ладонями. Тай сразу воспользовалась этим и вырвалась на волю, пронзив её правую руку. Но и тогда Хэнь Шань не дёрнулась, продолжая стоять на месте и смотреть в пустоту, пока под ногами у неё разрасталась кровавая лужа. Так прошла почти целая вечность по ощущениям Сима, прежде чем губы девушки наконец приоткрылись и прошептали:
— Почему ты остановился?..
— …
— Ты мог убить меня, почему ты этого не сделал?
— Потому что ты не Хэнь Шань, — спокойно ответил ей Сима.
Девушка в чёрной мантии вздрогнула и опустила голову, как будто пряча от него лицо.
— Как ты узнал? — спросила она.
— «Младшая сестра». Когда ты притворялась Хэнь Шань и обращалась к Хэнь Фяо во время нашего разговора, ты называла её младшей сестрой. Только Хэнь Фяо это не младшая сестра, а старшая… Это
