Интересный поворот.
Глава 10
— Интересный — мягко сказано, — это… — я поискал подходящее определение, — … я прям слышу запах пиздежа.
— Безусловно.
Барон налил себе вина. Подумал. Налил мне пива — из отдельного кувшина, стоящего рядом. Запомнил мои вкусы, получается.
— Я верю, — сказал Крейг медленно, — что он действительно приехал говорить, а не убивать…ну, для начала. Верю ли я, что за ним не стоит второй план, третий план и план на случай если первые три провалятся — нет. Не верю. Храм так не работает.
— А как работает Храм?
Барон отпил вина. Поставил бокал. Помолчал. Потом заговорил — и тон был другой, не барон-хозяин-переговорщик, а скорее старый вояка, объясняющий молодому, как устроен мир. Хотя я, скорее всего, постарше этого аристократа буду. Или нет, хрен его знает…а действительно, сколько мне лет?
— Храм Предвечного Света — не церковь, если подумать, — начал Крейг. — То есть формально — да, религиозная организация, молитвы, службы, исцеление больных, утешение скорбящих. Всё как положено. Но это… фасад. Красивый, убедительный фасад, за которым стоит структура, которая по влиянию и ресурсам легкоспособна потягаться с некоторыми герцогствами.
— Это я уже понял. Силовой ресурс, разведка, свои бойцы. Ордена там всякие.
— Это — верхушка. Основа не на виду. Храм владеет землями, мельницами, рудниками. Даёт займы торговым гильдиям. Контролирует несколько ключевых торговых маршрутов — через паломнические тракты, которые формально открыты для всех, но де-факто охраняются и администрируются храмовниками.
— А Империя это терпит?
— Империя с этим вынуждена считаться. — Барон чуть скривился, будто надкусил что-то кислое. — Когда-то, при дедах наших дедов, Храм и Империя были… партнёрами. Император правил телами, Храм — душами. Разделение власти, устраивавшее обе стороны. Но…
— Но?
— Времена меняются, а аппетиты остаются прежними. Или растут.
Я подождал, давая ему продолжить, но барон замолчал. Оставил фразу повиснуть в воздухе, как наживку. Хитрожопый аристократ, знает, что я сам додумаю нужное.
И я додумал. Или мне казалось, что додумал.
— Храм хочет больше, — сказал я. — Не просто души. Не просто земли и деньги. Хочет влиять на политику. На решения, которые принимает Император. На расстановку сил в регионах. На… — я посмотрел на Крейга, — … на таких, как вы.
Барон поднял бокал.Молчаливый жест, который мог означать что угодно. «Правильно». Или «примерно так». Или «пей уже, надоел со своими догадками».
— Ладно, — я допил пиво, поставил кружку. — Ладно. Значит, Маркус — это ход Храма. Не против меня, а… для меня. Они хотят меня использовать?
— Все хотят вас использовать, Рик. Разница — в степени откровенности и в том, что предлагают взамен.
Честно. И именно это подкупало — ну, не подкупало, нет, слишком громкое слово. Но снижало уровень паранойи с «запредельного» до «терпимого».
— Что вы знаете о Маркусе конкретно? — спросил я. — Кто он, откуда, насколько серьёзные полномочия?
— Орденский инспектор — это среднее звено в иерархии Ордена Серебряного Рассвета. Не рядовой исполнитель, но и не высшее руководство. Человек, которому доверяют принимать решения в полевых условиях. — Барон потёр подбородок. — Мои люди проверили: Маркус из Ордена минимум пятнадцать лет. Участвовал в ликвидации… — пауза — … нескольких серьёзных угроз. Репутация — надёжный, умный, склонный к компромиссам. Для храмовника это нетипично.
— Склонный к компромиссам. Это и настораживает, и обнадёживает одновременно. — Я встал, прошёлся по кабинету. Камин потрескивал, тени ходили по стенам. — А что если Маркус — это одна линия Храма, а тот самый Доминик, инквизитор с полными полномочиями, — другая? Как то друг другу противоречат, получается?
Крейг посмотрел на меня с чем-то вроде одобрения. Или мне показалось.
— Именно поэтому, — сказал он, — завтрашний разговор так важен. Нам нужно понять, какая линия победит.
Нам. Он сказал «нам». Не «мне», не «вам» — нам. То ли простенькаяманипуляция, то ли действительно считает, что мы в одной лодке.
— Хорошо, — сказал я. — Тогда до завтра.
— До завтра. И… Рик.
— Да?
— Будьте… аккуратнее с тем, что рассказываете.Храм собирает информацию. Любую. Даже дружелюбный храмовник — всё равно храмовник.
— Понял.
Вышел из кабинета, спустился по лестнице. Лиса ждала у меня — сидела на подоконнике, болтая ногой.
— Ну? — спросила она.
— Храм прислал переговорщика, — сказал я, садясь на кровать. — Говорит, что не хочет проблем. Говорит, что хочет понять, можно ли со мной сосуществовать. Зовут Маркус, орденский инспектор, вроде бы адекватный мужик.
— Вроде бы, — повторила Лиса с интонацией, которая однозначно читалась как «ага, конечно».
— Знаю. Но… барон его принял. Крейг — вроде бы не идиот, если бы чуял явную подставу — не пустил бы храмовника дальше ворот.
— Или пустил бы именно потому, что подстава неявная. — Лиса перестала болтать ногой, подобралась. — Рик, Храм не присылает одиночек на переговоры. Это не их стиль. Если Маркус здесь один — значит, есть другие, которых мы не видим. Поддержка, наблюдатели, запасной вариант.
Лиса была права, и я это понимал.
— Что Гильдия знает о Маркусе? — спросил я напрямик.
Лиса помедлила. Явно решала, сколько информации можно слить. Гильдейские тайны и всё такое, я понимал. Но ситуация требовала.
— Немного, — сказала она наконец. — Маркус из Морены — это город на юге, порт. Служит в Ордене давно, прошёл какие-то их внутренние… испытания.
— Специалист по контакту с… аномалиями, — поведал услышаное от барона.
— Можно и так сказать. Гильдия сталкивалась с ним дважды. Оба раза — без конфликта. Он… — Лиса подбирала слова, и это само по себе говорило о многом, обычно она не задумывалась, — … он не похож на типичного храмовника. Не фанатик. Скорее прагматик. Как барон, только в рясе. И ту редко одевает.
— А если ему прикажут меня ликвидировать?
— Тогда он ликвидирует.Но, скорее всего, без удовольствия.
Весёлая перспектива.
— Тихий?
Гильдеец поднял голову. Молча посмотрел на меня. Потом на Лису. Потом опять на арбалет.
—
