свои люди: как в логове чудовищ (особняке), так и в их «роще заповедной», то бишь, корпорации Шулин.
А ещё нужен вес. Чтобы нам поверили — с обвинениями по давнишнему и скрытому делу — семья Ли должна обладать влиянием. Голос Мэйхуа не должен быть заглушен громогласным ревом чудищ.
Значит, расслабляться и довольствоваться тем, что уже достигнуто, мы не имеем права. Работать, ворона, солнце ещё высоко!
Ради правды, солнце за горизонтом, но это не повод отмазываться от работы.
У меня съемки для «Бионической жизни». Откладываемый с осени «на вырост» эпизод с девочкой-биоником.
Момент, где девочка убегает из дома. Она терзается: действительно ли представляет опасность для людей? Для приемных родителей, которых она любит — искренне, всем сердцем. Не по велению встроенного императива.
Отчасти в этом отрывке ворона выразила свои собственные переживания. Тех времен, когда оказалась в непослушном теле ребенка-китайчонка, а рядом — чужие взрослые люди.
Сцены пришлось переписать. Я хотела красивое — море, безбрежное и неотвратимое. Шум прибоя и волны, захлестывающие камни, размывающие следы на песке.
Буквально показать состояние девочки — в переломный момент жизни — этой картинкой.
Режиссер Ян тоже проникся. Он вообще очень чувствителен к аллегориям и образности. Не предусмотрела ворона одного: мы хотели снимать море в сезон каникул. Понимаете, да?
Тысячи тысяч людей на каждом из доступных пляжей. Снимать в толпе? Поэтому-то на море и работают в зимний период. Летом же…
Ян Хоу в качестве решения предложил выезд на один из островов в Южно-Китайском море, где военные базы расквартированы. Из режимного объекта Саншайн на военный объект Остров? Ворона вся сгорала от предвкушения.
Но что-то не сошлось, и разрешения нам не дали.
В итоге сценариста Бай Я попросили изменить сцену. Переписать… время действия — на ночь. Так как альтернатива была — ждать зимы, эта ворона не стала ломаться.
Тем более, что наши «гении компьютерной графики» успели неслабо так продвинуться в работе и грозились — при сохранении темпа — успеть всё закончить до конца осени.
Наш щегол посодействовал: все трое получили места в магистратуре (по направлению «цифровые технологии в кино»). Мест было всего десять, желающих — куда больше. Будь парни бездарями, им бы никакое ходатайство не помогло.
Ворона рада: и за самих парней, и за то, что можно ещё целых два года не дергаться с оборудованием студии. Что хорошо, ведь за два года многое изменится. Начиная, собственно, с технологий.
Очень надеюсь, что ребят не переманят. Так что нужно будет их дополнительно простимулировать, чтобы не повелись на чужие зазывательные предложения. А таковые, к гадалке не ходи, поступят.
Да дураки будут рекрутеры из кинокомпаний, если не придут за «братьями» после выхода «Бионической жизни» на экраны.
Мы отсмотрели готовые части — это действительно очень достойно. Как будто реально — окошко в чуть более «продвинутое» время (относительно того, что я-прошлая видела) открыли и позволили заглянуть в мир будущего.
Мурашки бегали по коже, хотя ещё не всё «вылизано», не отработал звукорежиссер, и в целом шероховатости присутствовали.
Ворона уже в ожидании. Срединное государство ещё не знает, что его ждет. В массе развлекательной жвачки, за парчой и расшитым шелком нарядов под старину, мы — с «Бионической жизнью» — либо засияем, как то феерическое шоу дронов в одном из заключительных эпизодов, либо столь же феерически провалимся.
Непонятые — из-за разницы в том, что люди видят сейчас и том, что мы им покажем. Люди могут просто не поверить в скачок технологий. Особенно жители глубинки Поднебесной, где до сих пор идет борьба с бедностью.
Мы идем на риск. Осознанно и открыто. Риск не только репутационный: Ян Хоу многое поставил (возможно, всю свою карьеру) на этот сериал, но и финансовый. Хоть мы и сумели обойтись без привлечения сторонних инвестиций, бюджетные нужды закрыли средства от спонсоров.
В следующий раз, если «Бионическая жизнь» зачахнет, эти фирмы не предоставят щедрого спонсирования. Да никакого могут не предложить, ибо каждый год на экраны выходит много картин. Найти возможности для рекламы и вложений — не неразрешимая задача.
Имя сценариста Бай Я (именно главного сценариста) тоже пострадает. Студию Бай Хэ начнут упоминать с ухмылкой — саркастической и пренебрежительный. Здесь страсть как не любят выскочек.
Наша крошка-студия рванула с места в карьер. Взялась за грандиозный (во многих отношениях) проект. Будет много… нет, не так: будет просто до чертиков тех, кто пожелает нашей дораме — провала.
Ставки выше, чем на первый взгляд кажется. Вероятно, от триумфа или краха дорамы про будущее действительно будет зависеть будущее. Студии, меня и мамы, как сценариста, режиссера Яна, оператора Бу. На актерах тоже сильно отразится.
И других участников затронет, хоть и в меньшей степени.
Эта ворона рассматривает вероятность неудачи, и прикидывает последствия… Но всё равно ставит всё на биоников.
Мы уже — заранее — отправили сценарий на согласование. Предварительное одобрение получено и задокументировано.
Если не случится чего-то из ряда вон, наша «Бионическая жизнь» выйдет на экраны уже этой зимой. Как только спадет срок «неконкуренции» с Яна Хоу.
— Снято! Закончили на сегодня, — команда от режиссера вызвала протяжный вздох у многих.
Только не у вороны: я готова была ещё часа два проторчать на камушке в достижении лучшей — идеальной — картинки. А затем дать недетскую отповедь главной героине… столько раз, сколько потребуется.
И чего люди ворчат, что после работы с Яном Хоу им уже ничего не страшно? Кто-то из младшего персонала пошутил даже, что с нетерпением ждет наступления конца света, лишь бы поскорей отмучиться.
Глупые люди. Щегол просто ответственный. И перфекционист. И требовательный. Подумаешь…
Зато результат какой будет!
— Можно вас на минуточку? — позвал нас за пластиковый стол с питьем и закусками режиссер Ян. — Директор Лин… вернее, сценарист Бай, я всё жду, когда вы откроете тайну.
— Какую? — удивилась мамочка.
И я тоже.
— Что за тайный проект ждет Жуй Синя? — спросил Ян Хоу. — Слышал, его осыпают предложениями. И он все отклоняет. А сам часами занимается… самосовершенствованием.
Фига себе, как он наращивание мышечной массы красиво назвал.
— Об этом пока рано говорить, — улыбнулась Мэйхуа, глянула украдкой на меня. — Но обещаю: вы узнаете об этом одним из первых.
— Одним из? — изобразил расстройство режиссер. — Что же… Пусть так. Мне, благодаря вам, пока есть, чем заняться.
Это он не только об эпизоде
