ухажёра, ему виднее.
— Ты ж не из обидчивых, как я поняла, — заявляет княжна дружелюбно.
— Каждый верит в то, во что хочет верить. И мерит по себе, — выкладываю мудрость.
— Хочешь сказать, мы недалёкие? — Усмехнулась княжна.
— Горизонт ваш близко. Ну может, твой чуть подальше, — философствую.
— Спасибо на добром слове, — произнесла с иронией. — Коль для тебя не так глупа, поясни, как одолел восемь сотен отборных половцев? Да ещё и с магами в придачу.
— Мечом да луком. Место у меня выгодное было, застал врасплох. Половцы запаниковали, посыпались.
— Как просто толкуешь. Выходит, ты правду сказал, что тот самый ратник с Калиниских.
Эврика, солнце моё.
— Да, мы свою горку тогда отстояли, — завожу историю, вздыхая. — Все бились на смерть до конца. Моего подвига там нет, он общий. Я лишь достоял до конца за счёт смертей товарищей, которые давали мне шанс за шансом. Спинами закрывали, чтоб я лишний раз мечом махнул.
Замолчал, что — то грусть аж под горло взяла. Слышу и Сашка выдохнула с дрожью, будто впитала моё настроение. Или представила ту сечу, прочувствовав всё, как я тогда.
— Говорили, ты помер, — произнесла девушка после недолгой паузы. — Весь израненный и истыканный был.
— Выжил. Выходили в дремучем лесу у отшельников, потом я в свою деревню вернулся.
— А у князя награды не затребовал?
— Нет, но он сам потом мне две деревни отписал.
— Так ты…
— Дрался бароном, а теперь я король, — признался.
— Ой, не бреши, — фыркнула, но дружелюбно. А затем флягу с брагой подала.
Ого, а это уже прогресс в наших отношениях! Принял, приподнимаясь, хлебнул. Сразу по шарам ударило.
— Крепкое пойло, — прокомментировал, возвращая.
Сашка тоже хлебнула и убрала за пояс.
— Это травяная настойка, намного крепче самогонки, — пояснила заботливо. — Хоть какая — то польза от наших алхимиков.
Вздохнула, увела взгляд в сторону верзил.
— Раз ты убедилась, что я тот самый мальчонка, — начинаю издалека.
— Ну и? — Обернулась и посмотрела вопросительно.
— Расцеловать обещала — твои слова, — говорю шёпотом, чтоб верзилы не слышали, а то набросятся и загрызут.
— Дурной? — Возмутилась в голос, но тут же сделалась мышкой, ибо ухажёры тут же сурикатами сделались, уши навострив.
— Коль ты воин, за слово отвечай, — продолжаю уже с наездом. — А если на девушку списываешь ветреную, то ладно. Забыли. С баб спроса нет.
Выдал уверенно, но следом затаился. С такой провокацией можно и в морду получить. Так и вышло!
— На поединок нарываешься, Ярослав? — Спросила с нажимом после недолгой паузы.
И ведь не в первый раз предлагает покувыркаться.
— Думаешь, одолеешь меня? — Посмеиваюсь.
— Конечно, и меч желанный заберу.
— А если проиграешь? Ну, вдруг?
— Тогда расцелую, как и сказала.
— Э, не, сестрица. Такой бесценный артефакт ставлю, хочу и равную цену в ответ.
— Три сундука золота, сойдёт?
— Такое мне не надо. Ты давай тему с поцелуями развивай дальше, — направляю с провокацией.
— Хочешь, чтоб приголубила, сучёнок? — Фыркнула и дёрнулась, чтоб подняться. Но когда я захихикал провокационно, задержалась. Вижу, что кипит от злости. Такая злюка ещё красивее выглядит. Аж загляденье.
Чувствую, что нравлюсь, иначе бы так не церемонилась. И кажется, вот — вот вдарит. Её воздыхатели тоже готовы наброситься, стоит только команду «фас» очаровательными губами шлёпнуть.
— Если ты уверена в выигрыше, чего переживаешь? — Раскручиваю дальше. — Или боишься проиграть? Такой шанс получить меч своей мечты. Ммм, мне б кто предложил.
— Не забывай, что я княжна, — хмыкнула. — Даже пустословие о таком из уст…
— Я король, милочка, — перебил с напускной надменностью. — Так что всё по статусу, если ты об этом.
— Да не плети ерунды, нацепил цацки и уже твоё величество? А если так, что тут делаешь такой важный? Да без свиты.
— Мне ещё за свиту переживать. Ты ж и сама одиночка, разве нет?
— Верно подметил, — согласилась. — Допустим, я поверила. И где твоё королевство?
— Тёмное королевство, слышала о таком? — Выпалил, чтоб проверить реакцию, которая не заставила себя долго ждать.
Ужас в глазах быстро сменился яростью. А затем княжна прыснула и рассмеялась, флягу подавая.
— Нечистого королька я сразу узнаю, — ляпнула уверенно. — Не может чистый сердцем воин быть подлым правителем, связавшимся с нечистью и демонами.
— Да что ты всё заладила? Всё, что ты о Тёмном короле высказала — даже близко правдой не является.
— А ты что так взъелся? Ему служишь? — Пытается подловить, посматривая с каким — то особым интересом.
Вижу, что витязи себе места не находят, наблюдая, как мы миленько общаемся. Ещё бы! Какой — то хмырь вызвал такую восторженную улыбку у объекта их вожделений.
— Я — король, милочка, — напоминаю, приподнимая бровь.
— Ага, Тёмный король Ярослав, — произнесла княжна и неожиданно нахмурилась, будто её осенило.
В одно мгновение настроение у девушки переменилось. А ставшая дружеской атмосфера легко развеялась.
— Не шути так больше, — фыркнула, поднимаясь. — Если посчастливится встретить его, не пощажу нечистого.
— А справишься? — Спросил уже в след.
— Легко, этот трус без своей свиты никчёмный слабак, — заявила и рявкнула нервно: — Всё! Поднимаем задницы! С простой прогулки да так обленились, тьфу!
Витязи едва слышно заскрипели, как старые деды, но живенько стали подрываться.
В полумраке тащимся по лестницам ещё около часа. Витязи заметно отстали, снова с княжной иду я, ночным зрением штудируя местность и замечая далёкие отблески жёлтых зенок. Их всё больше, и они всё ближе. Вероятно, чуя нечисть, бойцы сбиваются в плотную кучку, как цыплятки, и двигаются осторожно.
Перед последним пролётом, где до Пальца рукой подать, становится ясно, что стая волколаков всё же решилась предъявить нам претензии. Под светом от камней с клинков Сашки, сразу девять матёрых волчьих рях высунулись сверху. Ещё двадцать рыл обозначились по кругу, не только заблокировав отступление, но и взяв нас в кольцо.
Я не сильно переживал, имея в арсенале кольцо Мрака. Но в какой — то момент понял, что не стоит мне показывать свою братскую связь с этими созданиями. Ибо и так накалил обстановку с княжной, когда признался. Судя по её реакции, ничего в этом хорошего нет. И если убедится сейчас в моей истиной личности, пиши — пропало. Ирский волхв мне не светит.
Остаётся только изображать удивление и опаску. Да и притворяться даже не надо. Целых четыре оборотня — огромные, отожравшиеся, вервульфы под два метра ростом. Остальные тоже не выглядят, как шавки. Осложняет ситуацию и то, что видимость для простых бойцов практически нулевая, да и драться на склоне — такое себе удовольствие.
— Сами разберётесь или мне размяться? — Поинтересовался я деловито, глядя, как щетинятся витязи, растеряв всю браваду.
Проигнорировав мой
