распахнул и застыл. На мгновение Михаилу показалось, что на бесстрастном лице фанатика промелькнуло удивление.
— Что такое? Передумал? — ухмыльнулся Суровцев.
— Нет, грешник Михаил. Еретик запутал следы, но это не важно. — Хелиан коснулся плеч троих братьев и указал на лесополосу. — Туда.
Трое кающихся сорвались с места, как гончие, взявшие след зайца, и растворились между деревьями, лишь изредка мелькая силуэтами.
Другой тройке фанатик указал правее. Получив команду, они рванули в том же бесшумном, призрачном темпе.
— Лихо, — подивился Суровцев, следя за ними взглядом. — Даже в снегу не тонут, лишь царапины на насте.
— Путь лёгок, когда стопы направляет Он, — вознёс привычную хвалу Хелиан. — Ещё встретимся, заблудший Михаил.
— Надеюсь, нет, — отвернулся Суровцев.
Хелиан на это лишь улыбнулся, кивнул оставшимся братьям и вместе с ними бросился вперёд, вскоре исчезнув в серой пелене леса.
— Долбодятлы… Удачи этому Константину вас на фарш пустить.
Суровцев долго, с кривой усмешкой смотрел вслед мелькавшим теням и не отрывал взгляд, даже когда последний силуэт растаял среди деревьев.
— Шеф, всё нормально? Вы уже несколько минут не шевелитесь, — раздался за спиной взволнованный бас помощника Романа. — Что делать будем? Попутку ловить?
— Пойдём пешком, — на удивление бодро даже для самого себя ответил Михаил. — Тут всего пять километров до Карачева, судя по знаку. На выезде, пока не задремал, заметил кабак и мотель. Там и заночуем. Скажи парням, чтобы ни в чём себе не отказывали. Я башляю.
Константин
— Контур расставлен, как ты и велел, — Орзо обошёл тушу убитого хира, брезгливо сморщившись. — Что это за толстый мерзкий змей? С него жир течёт.
— Если конкретно — это молодой делид вида hirudenia. Попросту — хир. Их тут «пиявками» кличут. И это не жир, а слизь. Кстати, отличный антисептик.
— Фу-у-у… А я думал, сало. Ты аж слюной давишься, глядя на эту тушу.
— На шкуру, Орзо. Ради неё всё и затевалось. — Видя немой вопрос в его взгляде, пояснил: — Выделанная кожа хира — идеальный материал: крепкая, но лёгкая и тонкая. Если приглядеться — вся в микроскопических порах, поэтому в одежде из неё летом не жарко, в дождь не мокро, зимой не холодно. И ветер не продувает. Но главное — если знать как, то легко поддаётся зачарованию, поэтому держит большинство разрушающих заклятий. Из неё выйдет отличная форма для инквизиции.
— А чем тебе камуфляж не угодил? — Орзо недоумённо пожал плечами. — Дёшево и практично.
— Безлико как-то. То нас с охотниками путают, то с военными. Хочется индивидуальности.
— Не думал, что тебя вообще волнует такая ерунда.
— Представь себе.
Лёгким усилием, без лишних заклинаний, я вырвал душу хира и заключил её в камень, отправляя тот в карман. Пора было думать о следующей жертве, но внезапно стало не до того. Запястье правой руки резко обожгло, будто плеснули кипятком.
— Visinar!
Перед моей вытянутой вперёд ладонью возникла трапеция, очерченная линиями духовной силы. В её углу горело несколько отметин. Взглянув на схему, я тяжело вздохнул и укоризненно посмотрел на Орзо.
— Это по-твоему «квадрат»? Да я бы наобум правильнее заклинки воткнул.
— У тебя карта кривая! — тут же оправдался перфид. — И древняя. Тут за десять лет всё…
— Умолкни, — осадил я его, разворачивая на припорошённом снегом грунте начертание «Мастерской гения».
Запустив обе руки в рюкзак, достал оттуда сразу три плода осмы и торопливо выложил их в нужную область круга. Повинуясь воле, проходящей через сигил Форнеуса, схема начала перестраиваться. Мысленная активация — и начертание исчезло, а на месте трёх плодов древа раздора осталась лежать пирамидка концентрированной эссенции, испуская густое светло-голубое свечение.
Видимо, Орзо решил реабилитироваться. Он схватил пирамидку, мигом очутился рядом и протянул её мне.
— Возьми, хозяин, — почтительно произнёс перфид, пытаясь блеснуть эрудицией. — Это же эссенция водного источника силы?
— Это нормализованный концентрат стихии, прошедший конвертацию, — я усмехнулся, встряхнув сосуд с податливыми стенками. — Как думаешь, сколько сырых плодов нужно поглотить водному магу, чтобы получить такой же эффект?
— Без понятия, я не силён в экстракции и алхимии, — слегка зарумянился Орзо. — Но явно больше трёх, раз уж сейчас три плода с многоосно́вной эссенцией ушло.
— Логика есть, — пришлось признать. — Без малого… три десятка.
— Э-э-э… Внушает, — проникся Орзо, что-то прикидывая в своей рогатой башке. — Но лучше бы огненную сделал, у тебя же сигил Авнаса есть. Сам говорил, что огонь и этот сигил — идеальный дуэт.
— Так-то оно так. Но это если не располагаешь полностью развитым сигилом Форнеуса, одно из свойств которого — усиливать ледяной и водный источники. Повторяю: полностью развитым. Да ещё и вода кругом. Смекаешь?
— Точно! — Орзо хлопнул себя по лбу. — Должно мощно выйти!
Я оторвал уголок мягкой оболочки пирамидки и выпил её содержимое залпом. Сосуд рассыпался серой пылью и исчез. На миг мир поплыл, в глазах потемнело, и меня качнуло в сторону. Устоял с трудом — только потому, что Орзо успел схватить меня за плечо и под локоть.
— Святой!
— Всё хорошо, — поспешил успокоить я слугу. — Просто границы души расширились, а значит, вместилище для всех магических источников теперь посолиднее.
Когда он меня отпустил, я ещё секунд десять стоял неподвижно, прислушиваясь к новым, а точнее «старым» ощущениям. С каждой секундой ухмылка на моём лице расползалась всё шире.
— Святой, ты точно в порядке? — насторожился Орзо.
— Просто вспомнил, каково это — иметь нормальный источник силы. Visinar!
Перед вытянутой рукой снова возникла трапеция контура. В её границах замерцала ещё одна точка.
— Идут не спеша. Почуяли слежку, — тут же оценил я обстановку и снова активировал «Мастерскую гения».
Ещё три плода легли в начертание. Настройки, активация. Теперь мою душу ждал концентрат источника «Тени». Выпил и его, не тратя времени на пустословие. Снова качнуло, но в этот раз обошёлся без поддержки.
— Почти готов. Скоро можно будет немного размяться.
— Отлично! — Орзо подпрыгнул, воздев руки в торжествующем жесте, и тут же развернулся. — Раз так, я пойду. Желаю тебе…
— Ты куда собрался, раб?
— Как куда? — Орзо искренне удивился. — Понятное дело — подальше отсюда. В драках я не помощник. Только мешать буду, да и
