– Произнеси: «Курама, прими эту жертву», – приказал он, и демонесса не могла ослушаться.
– Курама, прими эту жертву, – еле слышно пролепетала она. Сила, покинувшая князя, снова наполнила его. Он выпустил задыхающуюся повелительницу и захохотал.
– Великий! – В покои вбежал и распростерся на полу лицом вниз демон-распорядитель.
Цу Кенброк посмотрел на лежащего старого демона и, понимая, что что-то чрезвычайное заставило старика подвергать свою жизнь опасности, чтобы вот так, без дозволения, вломиться к нему в спальню, решил выслушать и не убивать того.
– Говори, – милостиво разрешил он, гадая, какие такие важные события произошли на ночь глядя, не война же. Иначе бы он знал о передвижениях войск вблизи своих границ.
Взволнованный царедворец поднялся и, подползя к нему на коленях, горячо зашептал:
– Великий, к нам прибыла стража дворца вашего врага почти в полном составе. Ваш враг помутился рассудком, бегает по дворцу на четвереньках, мычит и бодается. Из замка бегут демоны-прислужники. А вся стража просит вас принять вассальную присягу!
Князь ненадолго задумался. Что-то странное происходит у соседа в последнее время. То многочисленные жертвы, которые он стал приносить мифическому Кураме, то вот теперь бодание. С другой стороны, шпионы докладывают, что синька почернел, а это плохо. С таким справиться будет сложно. Что бы это могло быть? Ловушка? Чтобы заставить его, Цу Кенброка, выступить войной? Или в самом деле удобный момент для нападения, который он так долго ждал? Князь обратил свой взор на старого слугу, который прошел с ним все войны и стал распорядителем. Демон был не только предан, он был умен, и Цу Кенброк не напрасно вознес его на такую высоту.
– Ты сам что об этом всем думаешь, Рапшанар? – Князь выказал благоволение, назвав демона по имени.
– Великий, мы опросили многих воинов, они все говорят одно и то же. Одного я пытал, но он и под пытками говорил то же самое. Это не ловушка, мой господин. Это удача. Замок врага не прикрыт, все войска на границе. Надо нападать, и быстро, без промедления, мой господин. – Демон снова распростерся на полу.
Скорее всего, старик прав, размышлял князь, и упустить такой шанс стать полноценным владыкой домена ни в коем случае нельзя, это сразу поменяет расклад сил в будущей войне, и у него появятся союзники. Удачливых правителей уважают. Настроение Цу Кенброка стало стремительно подниматься.
– Прибывших отправь на границу, самую дальнюю, – принял решение Цу Кенброк. – Собирай на площади всю мою дворцовую гвардию. В замке оставить только сенгуров. – Он задумчиво помолчал. Но потом все же пояснил свое решение, понимая, что старый все сделает правильно, если будет знать кое-какие мысли господина. – Я им пока не доверяю. И оставь два десятка ветеранов для пригляда. Пойдем телепортом прямо к замковой горе этого помешанного.
– Слушаюсь, мой господин. – Демон-распорядитель на коленях покинул спальные покои.
– Ты тоже иди, – приказал князь лежащей на кровати демонессе, которая была полностью обнажена и, не стесняясь влетевшего внезапно распорядителя, даже не сочла нужным прикрыться. Князь посмотрел ей вслед и поморщился от вида ее хвоста. «С кем приходится спать», – брезгливо подумал он и, не повышая голоса, сказал ей вслед: – Ты тоже останешься, присмотри за сенгурами.
Листи прислушалась. На площади, куда она должна была выйти, стоял гул множества голосов. Звучали команды, и владыки принимали доклады командиров, которые строили и пересчитывали своих воинов. Она затаилась за высокими дверями внутренней тюрьмы, стараясь понять, что происходит снаружи. Войска куда-то срочно собираются, екнуло и сжалось у нее сердце.
– Брось меня, подруга, и уходи к развалинам города, там Алеш со своими воинами и сестры, – тихо проговорила Лерея у нее за спиной.
– Помолчи и не трать силы, мы уйдем вместе. Только немного подождем. – Листи снова прислушалась. – Там во дворе замка что-то происходит. Дворцовая стража куда-то собирается.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Через некоторое время шум стал смолкать, и наконец наступила тишина. Листи, подождав еще немного, приоткрыла дверь. В образовавшуюся щель был виден большой кусок внутреннего замкового двора, и он был пуст, ни обычных патрулей, ни одиночных демонов. Замок казался вымершим. Осторожно высунув голову, Листи осмотрелась более внимательно. Нет, она не ошиблась: и двор и замок, казалось, опустели. Она вышла и вдоль стены потащила Лерею к арке на противоположной стороне. До самого выхода из обширного двора ей никто не попался. Она вздохнула спокойнее, видимо, удача была сегодня на ее стороне. Весь ее план был авантюрным с самого начала, и навряд ли они выбрались бы из дворца, если бы не произошли какие-то чрезвычайные события и войска не покинули замок. Ей оставалось пройти по широкому, но недлинному полукругу прохода до внешних ворот, когда с портика спрыгнула демонесса и преградила ей дорогу.
– Далеко собралась, подруга? – спросила она. – Неужели ты думала, что сможешь вот так просто уйти отсюда, убив эту дуреху и зазнайку Жардину? – Повелительница, уперев руки в боки, громко рассмеялась. – Ты довольно ловкая и смелая, но глупая. – Демонесса хаоса была довольна. – Сначала ты, потом Жардина стояли передо мной, но теперь путь к господину открыт. Я видела, как ты ее убила, – похвасталась она.
– Почему же не донесла князю? – Листи понимала, что шансов справиться с повелительницей у нее нет, но старалась судорожно что-то придумать, поэтому тянула время, задавая вопросы.
Демонесса лучилась удовольствием, она стала первой в очереди на благосклонность господина и могла себе позволить немного поразвлечься. Жертва никуда не денется, и скоро она насладится ее муками. Но пока почему бы не поговорить. Ведь это ее триумф.
– А зачем? Когда князь вернется с битвы, я подарю ему сведения, где сейчас иномирянин. И эти сведения мне дашь ты. Я не буду сохранять жизнь твоему ребенку, как эта дурочка. Ведь князь меня об этом не предупреждал. – Она почти мурлыкала от предвкушения.
Листи положила Лерею на плиты двора.
– Прости, сестра, – прошептала она. Выпрямилась и смело посмотрела в глаза демонессе. – Я не боюсь смерти, хвостатая. Жизнь научила меня терпеть и сражаться. Живой ты меня не возьмешь.
Она выдернула из волос заколку и приставила к своему горлу. Демонесса нахмурилась и с опаской посмотрела на оружие в руках сенгурки.
– Ну, где же радость на твоем лице, повелительница? – засмеялась Листи. – Ты все так хорошо просчитала, не учла только одного, что я не сдамся. Я не могу тебя победить, но я могу с честью умер…
Но договорить она не успела. За спиной демонессы появилась последняя оставшаяся тень – Корна и следом за ней горбатая сенгурка, они одновременно нанесли удары, горбунья отрубила хвост с шипом, Корна ударила в шею кинжалом. Демонесса отпрянула в сторону Листи, и кинжал просвистел мимо. С выражением боли и ярости на лице она, забыв про бывшую княгиню, с визгом повернулась, быстро подняла хлыст, и в этот момент Листи воткнула ей шип в спину. Повелительница, не издав ни звука, опустилась на колени. Листи толкнула ее ногой и произнесла напутствие:
– Встретимся в преисподней, бесхвостая.
– Надо уходить, Мать, – сказала Корна. – Наши захватили замок, перебив оставшуюся стражу. Но скоро может вернуться Цу Кенброк, и тогда нам не поздоровится. Шреза, бери Лерею, и пошли.
Вскоре отряд сенгуров в полном составе покинул замок и направился к развалинам.
Войска Цу Кенброка волнами выплескивались из портала и строились в боевой порядок у склона замковой горы.
В замке противника загудели тревожно трубы. Но их звук был едва слышен, и князь усмехнулся – сигналили от силы пять-шесть трубачей. Действительно, войск в замке осталось мало. Повелители демонов с помощью демонесс рассредоточивали отряды со стороны пологого подножия. На самих стенах видны были жидкие цепочки защитников.
