Цу Кенброк стоял позади войска, в окружении трех повелительниц хаоса и телохранителей.
– Проверьте астрал, – приказал он, – я не хочу, чтобы оттуда перебили моих солдат.
Он полюбовался, как четко развертываются отряды. Впереди шли закованные в броню, с большими прямоугольными щитами тяжелые пехотинцы-гвардейцы. Они образовали четыре центурии, за ними катили осадные машины. А следом небольшими группами шли маги, которых возглавляли повелительницы хаоса. Выйти из портала ближе к замку было невозможно, так как замок был укрыт защитой. Цу Кенброк использовал свой козырь, который приберегал много лет, – купленный дорогой ценой портал с точками привязки к горе, на которой стоял замок соперника. И вот теперь наступил момент истины. Его, Цу Кенброка, момент торжества. Враг будет повержен, и домен объединится. Он раздавит всякое сопротивление показательно жестоко, но в меру. Зачем истреблять воинов, которые с радостью послужат победителю, добавляя ему силы и укрепляя власть.
В этот момент одна из демонесс, ушедшая в астрал, вскрикнула, вернувшись обратно, и стала слепо ползать по земле у ног князя, остальные оставались лежать без движения.
– Поднимите ее, – приказал он телохранителям, – и приведите побыстрее в чувство, пусть расскажет, что там происходит у врага.
Два крупных демона подняли повелительницу и ошеломленно уставились на ее лицо. У демонессы были вырваны глаза, и из пустых глазниц текла кровь, неотличимая от цвета кожи.
– Господин, тут что-то странное! – позвал князя воин.
Цу Кенброк посмотрел на повелительницу и, приблизившись к ней, внимательно всмотрелся в ее лицо. Демонесса молча, захлебываясь и глотая, сильно дрожала и вдруг выплюнула большой сгусток крови, который попал в лицо князя, и после этого дико заорала:
– А-а-а! – Во рту у нее торчал обрывок вырванного языка.
Князь отшатнулся и машинально вытер залитое кровью лицо.
– Что с ней? – спросил он, оглядывая своих телохранителей.
Но те только пожали плечами. Цу Кенброка накрывало бешенство, соперник, которого он считал уже поверженным, демонстративно показал ему свои возможности. Отерев лицо, князь, свирепея, громко приказал:
– Проверьте, что с остальными!
Два других телохранителя кинулись к лежащим на земле телам. Они стали трясти демонесс, стараясь вернуть их из астрала, но те лежали безучастно, как будто просто телесные оболочки, лишенные души. Один из демонов наклонился к груди повелительницы и радостно поднял голову.
– Дышит! – сообщил он.
Повелительница хаоса открыла глаза и некоторое время смотрела прямо перед собой. Это увидел князь:
– Она пришла в себя, помогите ей встать!
Воин снова наклонился над демонессой, просунул руку под спину и попытался приподнять ее. Но та неожиданно резко выбросила руку и вырвала ему горло.
– Во славу Курамы, – прохрипела она, и «волна смерти», самое сильное заклинание из арсенала повелительниц хаоса, накрыла небольшую площадку, на которой стоял князь и облеченные его особым доверием телохранители. И понеслась дальше, поглощая на своем пути отряды и высасывая из них жизнь. На создание этого заклинания демонесса отдавала свою жизнь.
– Курама, прими эту жертву, – прошептала она и рассыпалась в прах.
У Цу Кенброка потемнело в глазах, его сила упала вдвое, и он стал синеть. Телохранители, стоявшие рядом, попадали замертво. Несколько минут Цу Кенброк приходил в себя, потом оглядел место, где он стоял: вокруг были трупы и прах. Он в смятении перевел взгляд на свое войско. Волна прошла наискось сквозь ряды нападающих, уничтожив один отряд магов, расчет осадной машины и почти половину центурии, крайней слева.
Ярость, охватившая его, не давала ему сказать слово или отдать приказ. Он разевал рот, и только. Помутневшими глазами князь бессмысленно шарил по праху на земле у своих ног, наткнулся взглядом на рог и уставился на него. Потом понял, что нужно делать, поднял рог и протрубил атаку.
Тревожный сигнал рога Курама услышал спустя несколько часов после бойни, которую он устроил. О том, что дворцовая стража почти вся покинула его и ушла к сопернику, ему не докладывали. Распорядитель был мертв, а остальные не брали на себя смелость сообщить об этом князю. Курама вышел из покоев и увидел пробегающую мимо в страхе одну из оставшихся повелительниц. Он рыкнул, и она остановилась, медленно и опасливо опуская ногу, которую подняла во время бега.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Как зовут? – властно спросил он.
Демонесса опасливо повернула голову в его сторону и увидела, что господин, жестокий и еще более беспощадный, чем повелительницы хаоса, смотрит на нее без гнева.
– Рагонда, господин. – Пребывая в ужасе, она забыла упасть и распластаться на полу. Но великий не обратил на это никакого внимания, а обыденным голосом сказал:
– Будешь моим новым распорядителем, Рагонда.
Несмотря на попрание вековых традиций властителей Инферно, согласно которым распорядителями всегда были только особи мужского пола, ее накрыла могучая сила и появилась аура власти.
– Да, мой господин! – восторженно прогремел ее голос, усиленный внезапно проявившейся демонической властностью. Она стала второй после господина. И первой среди повелительниц во всем Инферно ставшей распорядителем.
– Пойди узнай, что там за сигналы тревоги, и доложи. И поставь стражу у моих покоев.
Через четверть часа он получил полный отчет. Замок окружают войска узурпатора. Стража покинула дворец и ушла. В замке нет владык демонов и осталось только шесть повелительниц хаоса, часовые на стенах и демоны-прислужники, которых наберется едва одна центурия.
– Не важно сколько у нас осталось войск, – хмыкнул князь, – гони всех на стены, и пусть увидят славу Курамы. Сегодня биться будет он.
Курама поднялся и решительно направился к выходу из своих покоев. Он не боялся. Уж одного выскочку он одолеет. Правда, придется сильно потратиться, но силу он восполнит смертями врагов.
Курама смотрел со стены на войска соседа, что подходили к замку. Сил соперник прежнего князя взял немного, значит, он знал, что стража замка ушла, предав своего господина. Стоя на стене, Курама почувствовал возмущения астрала.
– Рагонда, выйди в астрал, там шпионы нашего врага, и вырви одной глаза и язык, другую притащи сюда, я отправлю подарок нашему гостю.
Рагонда застыла, от нее отделился сгусток, плотный и красный, как раскаленное железо, он поднялся в верхние слои, и Рагонда оттуда осмотрела окрестности. Ниже нее прятался астральный вампир, который затаился и смотрел на три духовные сущности, идущие в его сторону ниже слоя, на котором находился он. Астральный дух хотел незаметно присосаться и напитаться энергией. Обычная демонесса навряд ли заметила бы вампира. Те подлетали скрытно и присасывались, становясь частью жертвы так, что она врага не замечала, пока не слабела. Потом астральный дух отделялся и добивал ее. А если у него не хватало на это сил, просто скрывался, оставляя вмиг ослабшую жертву. Вот он пропустил их и тут же присосался к последней. Та шла, ничего не замечая, осторожно осматриваясь по сторонам. Она видела только то, что перед ней и внизу. Слои выше для нее были закрыты.
Рагонда напала сверху и мгновенно поглотила обоих. Ее сила резко возросла. Не прячась, она атаковала вторую и вырвала ей язык, потом медленно, с наслаждением пальцем выдавила той глаз. Подождала и вырвала второй, после чего резко выбросила ту из астрала. Третью она обездвижила и притянула к господину. Неожиданно для нее князь проявился в астрале. Он подождал, когда два духа приблизятся, и, глядя в глаза пленнице, приказал:
– Вернись и убей всех, кого сможешь, во славу Курамы. – Он оттолкнул ее, и дух медленно растаял. – Рагонда, бери остальных демонесс и через астрал убивайте врагов как можно больше. Когда будете убивать, говорите: «Курама, прими эту жертву». – Он посмотрел на поле боя. – Только князя не трогайте. Сегодня Курама дает вам свою силу. Просите! – глядя на врагов и смеясь, сказал властитель домена.
