Демон в теле Наследника - Сергей Восточный

— Ну всё. Вам п… ц. — констатировал я, вставая с кровати.

Опешившие слуги стояли как вкопанные, неотрывно смотря на меня ещё не понимая что я затеял.

Я спокойно подошёл к стене, снял саблю и демонстративно потрогал лезвие.

— Сойдёт, — пробормотал я сам себе, играя клинком.

Всё таким же спокойным, размеренным шагом я направился к ним. Когда я был в трёх шагах и занёс уже было саблю для удара, только тогда до них дошло, что я не шучу, — взвизгнули и рванули к двери.

— Всё в порядке, ваше высочество? — заглянул Савельев.

— Всё отлично Савельев. Не дайте им уйти. — крикнул я.

— А что с ними делать, ваше высочество?

— Закройте дверь, и постучите в неё их головами. Пусть запомнят раз и навсегда что в мои покои без стука не входят!

— Сделаем, ваше высочество. — коротко ответил он.

Дверь захлопнулась. Несколько секунд раздавались звуки борьбы. Затем в дверь постучали. Громко.

Я проигнорировал, старательно разглядывая ноготь на своём большом пальце.

Раздался смачный, похожий на оплеуху шлепок:

— Дозволение спроси, дебил. — услышал я шёпот Савельева.

— Ваше высочество, это слуги. К вам можно? — сдавленный голос одного из слуг.

— Кто-то стучал? — крикнул я, не отрываясь от своего занятия.

Раздался ещё один стук. Сильнее. Теперь каждый удар сопровождался стоном боли.

— Ваше высочество, это слуги. К вам можно? — повторно попросил всхлипывающий голос.

— Можно. Войдите. — смиловавшись, разрешил я.

Дверь распахнулась с тяжёлым скрипом. Охранники выполнили приказ буквально: держали тела слуг на манер небольших таранов, роль наконечников которыми били в дверь играли головы несчастных. Лбы у незадачливых слуг были в синяках, лица в крови и отёках, глаза полуприкрыты. Ещё бы. Дверь то тяжёлая, цельный дуб.

По команде Савельева, двух слуг поставили на ноги. Он подошёл, с преувеличенной заботой смахнул со с плеча одного соринку и поправил галстук-бабочку другому, как бы проверяя: всё ли в порядке с нарядом. Обошёл их, как инспектор, и затем доложил:

— Выполнено, ваше высочество.

— Савельев, — кивнул я. — Примите мою благодарность.

— Спасибо ваше высочество. Рады служить. — широко улыбнувшись ответил охранник.

Я дождался когда охрана скроется за дверью.

— Принесите мне мою одежду. — велел я. — И что нибудь перекусить.

— Но… Её Императорское высочество запретила…

«Её Императорское величество?»

Мама. Вернее мачеха. — опять память тела дала о себе знать.

Внезапно нахлынувшие образы вспыхнули один за другим:

Первая жена Николая, Анна Олеговна, моя мать, хоть и была невероятно красива, грациозна и любима народом, происходила «всего лишь» из древнего, но всё-таки графского рода Российской Империи. Их брак считали мезальянсом, хотя сам Николай безумно любил её.

Анна умерла вскоре после родов, несмотря на все усилия Императора. Николай не мог этого простить себе. Всю свою любовь к жене об обратил на сына. Александра с младенчества окружали теплом и заботой. До того момента как появилась она…

Ведь Император такой огромной страны не мог оставаться вдовцом слишком долго. На носу война, а двору требовалась хозяйка. Нужен был крепкий и надёжный тыл.

Поэтому вскоре, уступив давлению своих ближайших сподвижников из высшей аристократии, Николаю согласился повторно женится, отдав на этот раз право выбора своей невесты на откуп государственным мужам.

Таким образом, уже через пол года после смерти Анны был заключен новый брак. У дворца появилась хозяйка — вторая жена Императора Николая VI, Анастасия Романова.

Представительница старинного немецкого княжеского рода. Её появление при дворе многие встретили с облегчением: наконец-то Император выбрал себе «равную», достойную по крови супругу.

В голове сплыл её образ — красивое, ухоженное лицо. Мягкие шаги по мрамору дворца. И вечный чёрный веер в руках. Взгляд наполненный недоверием и презрением.

Отец умер более десяти лет назад. Вернулся из Австрии с дипломатической миссии, захворал и угас за несколько месяцев. Ничего не помогло — ни консилиум лучших целителей Империи, ни собственный Дар жизни. Болезнь пришла стремительно и бесповоротно. Слухи шептали о яде или проклятии, но вскоре они стихли — словно их выжгли каленым железом.

Когда Императора Николая не стало, наследнику Александру было всего пять. Слишком мало, чтобы понимать, но достаточно, чтобы помнить колючие усы, улыбку отца. А ещё истории о различных приключениях их предков из рода Романовых, которые Николай каждый вечер рассказывал сыну перед сном.

По закону Александр мог править лишь по достижении совершеннолетия. Двадцати лет. До тех пор власть переходила к вдове — Анастасии Романовой. Она была Императрицей-регентом.

Поток воспоминаний оборвался резко, словно кто-то захлопнул книгу.

Анастасия Романова. Императрица-регент.

Теперь всё более менее стало понятно.

Осталось разобраться кто стоит за тем что из наследника могучей Империи делают беззубого, спящего с плюшевым медведем мальчика. Почему ему не дали ни учителей, ни тренировок, ни даже возможности пройти инициацию.

Кому это выгодно?

Может Императрица?

Похоже что власть пришлась вдове по вкусу. Тогда очень легко объяснить все странности происходящие вокруг наследника. Ведь очень просто при достижении пасынком совершеннолетия, объявить что он недееспособен, болен, и остаться править дальше?

— Вам плохо, ваше высочество? — с приторным участием склонился надо мной один из слуг. — Я позову лекаря. — он махнул рукой, отправляя товарища к двери.

— Стоять. — я поднялся с пола, голова ещё ныла от нахлынувших воспоминаний.

Слуга будто и не услышал. Уже взялся за ручку. Да что же это такое⁈ Они вообще меня ни во что не ставят?

— Я сказал СТОЯТЬ! — рявкнул я так, что стекла дрогнули.

Наконец-то он замер.

— Несите одежду. И завтрак. Быстро. — каждое слово я чеканил, словно удар клинка.

— Конечно, ваше высочество, — залебезил второй, поднимая ладони. — Сейчас всё принесём.

— Несите. — кивнул я, но в груди оставался осадок.

Они уже вышли за дверь, когда смутной предчувствие в моей груди оформилось в цельную мысль.

— Хотя нет. Стоять! Савельев! Вернуть их сюда.

Дверь распахнулась, и охранник втолкнул обоих обратно.

— Вы не пошли за одеждой. — я оскалился, наблюдая, как лица их бледнеют. — Вы пошли докладывать Императрице?

— Нет-нет, ваше высочество! — торопливо замотал головой первый. — Мы пошли выполнять приказ…

Я перевёл взгляд на второго. Губы дрожали, в глазах блестели слёзы. Вот оно — слабое звено.

— Говори, — тихо приказал я. — ГОВОРИ, КУДА ВЫ ШЛИ⁈

Я подошёл вплотную, наши лица разделяли считанные сантиметры.

— Мы… я… мы хотели… — залепетал он, отворачивая глаза.

Я схватил его лицо и резко повернул к себе.

— На меня смотри!

— Мы хотели как лучше… Вам нужна помощь… — выдавил он сквозь всхлипы.

Лучше никуда их не отпускать Запереть тут, а