недели спустя. Поместье Распутиных
— Нет, вот эти туфли я точно не надену, — заявила Алиса, глядя на своё отражение в зеркале. — Я не собираюсь ломать себе ноги ради пары часов танцев.
— Алиса Сергеевна, — с укоризной произнесла Марина, держа в руках те самые туфли на каблуке. — Вы же сами пять минут назад сказали, что они идеально подходят к образу.
— Подходят, — легко согласилась девушка. — Но только стоя. А я, между прочим, собираюсь ещё и ходить. Возможно даже прыгать.
Она покрутилась перед зеркалом, критически оценивая себя. Синие обтягивающие джинсы, белоснежная футболка, лёгкая куртка поверх плеч – вид у неё был скорее дерзкий, чем аристократический. И именно это, судя по довольной улыбке, её полностью устраивало.
— Тогда хотя бы не кеды, — вздохнула Марина. — Возьмите что-то поприличнее.
— Это молодёжный концерт, а не приём у Императора, — отмахнулась Алиса. — Мои джинсы и так стоят как месячная зарплата большинства присутствующих там.
В этот момент дверь в комнату открылась, и на пороге появился Распутин. Он окинул дочь одним взглядом. Затем ещё раз, уже медленнее:
— Что это за неподобающий для концерта вид?
Алиса и Марина тут же прыснули со смеху.
— Ну па-а-а-ап, — протянула Алиса. — Это же не симфонический концерт!
Распутин закатил глаза и тяжело вздохнул так, будто лично наблюдал крушение имперских устоев:
— Во времена моей молодости дети аристократов не позволяли себе ни такого поведения, ни такого внешнего вида.
Алиса хитро прищурилась:
— Надо же. А мама рассказывала мне, как вы познакомились. И было это, между прочим, тоже на концерте. И внешний вид там у вас был очень далёк от аристократического.
Распутин моментально покраснел:
— Всё-всё, прекрати немедленно! Это всё было давно и неправда.
— Ага, конечно, — хихикнула Алиса. — Особенно та часть, где ты полез на сцену, и мама говорила, что образ ты тогда уже успел сменить…
— Алиса! — воскликнул князь.
— Всё-всё, молчу, — шкодливо улыбнулась она.
Он ещё пару секунд смотрел на неё, явно пытаясь решить, стоит ли продолжать воспитательную беседу или уже поздно и природу не переиграешь.
— Есть новости от Уварова? — спросил он наконец.
Улыбка с лица Алисы чуть поблекла, но лишь на миг:
— Нет. И вообще, это ты сам запретил мне с ним связываться.
— Как будто ты когда-либо слушалась и беспрекословно выполняла мои просьбы, — недовольно заметил он.
Алиса сложила руки на груди и очаровательно захлопала ресницами:
— Я вообще всегда была пай-девочкой.
— Несомненно, — сухо сказал он. — Может, ты тогда потрудишься объяснить, что за лошадь появилась у нас в конюшне и почему она встаёт по стойке смирно, когда слышит полицейские сирены вдалеке?
Марина кашлянула, пряча улыбку, а Алиса ничуть не смутилась.
— У малыша Исаака было трудное детство, — с достоинством сказала она. — Я спасла его из плохих рук.
Распутин пристально посмотрел на дочь. Та ответила ему самым невинным взглядом, на который только была способна.
— Ой, всё, папочка, нам пора бежать, — расплылась она в улыбке, быстро чмокнула его в щёку, схватила Марину за руку и потащила к двери. — Не жди нас рано и не читай нотации слугам, они не виноваты.
— Я ещё не закончил…
Но Алиса уже утащила Марину в коридор, оставив отца наедине с его тяжёлым ощущением, что он давно и окончательно проиграл борьбу за воспитание дочери.
***
Концерт проходил в бывшем промышленном ангаре, который кто-то очень вовремя догадался переделать под модную молодёжную площадку. У входа толпился народ, музыка уже гремела изнутри, а охрана с выражением профессиональной скуки проверяла билеты.
— Я до сих пор не понимаю, как вы меня сюда затащили, — пробормотал Владимир Волченко, оглядывая толпу.
— Очень просто, — весело ответила Алиса. — Я сказала, что тебе нужно развеяться.
— И почему именно здесь? — нахмурился он.
— А почему нет? — хихикнула Алиса, пробираясь ко входу на фан-сектор.
На Вове был совершенно обычный тёмный пиджак и такой же обычный вид человека, который уже тысячу раз пожалел, что вообще вышел из дома.
Внутри было шумно, душно и многолюдно. На сцене выступал разогрев, толпа покачивалась в такт музыке, где-то в стороне уже кто-то кричал от восторга, а кто-то делал вид, что слишком взрослый и серьёзный для всего этого, но всё равно пришёл.
— Ну что? — наклонилась к Волченко Алиса. — Уже жалеешь?
— Пока не решил, — честно ответил он.
Они прошли ближе к боковому проходу, и в этот момент один из здоровенных парней у стены уставился на Алису, моргнул, а потом широко расплылся в улыбке:
— Да ладно… Алиса?!
Она обернулась и тут же просияла:
— Ну а как иначе, соскучилась!
Через секунду рядом с ними уже стояли двое братанов Чёрного Пса – такие, что со стороны их легко можно было принять либо за личную охрану какого-нибудь криминального авторитета, либо за людей, которые умеют одинаково хорошо и ломать лица, и жарить мясо на мангале.
— Ну что за важные гости, — заржал один из них. — А мы уж думали тебя не отпустят на такое мероприятие.
— Не дождётесь, — фыркнула Алиса. — Я сама решаю куда мне ходить.
Волченко стоял рядом с выражением лица человека, которому только что сообщили, что его знакомая аристократка, оказывается, спокойно общается с персонажами из совсем другого мира.
— Ты… знаешь их? — тихо спросил он.
Алиса с удивлением посмотрела на него:
— Конечно. А иначе стала бы приходить в такой гадюшник.
— Я, если честно, уже боюсь что о тебе думать, — покачал головой он.
— Лучше думай о ней хорошо, иначе… — верзила хрустнул костяшками пальцев, а затем задорно рассмеялся.
Все тут же подключились к его смеху. Все, кроме Вовы. Ему было совершенно не смешно. С каждой минутой он всё сильнее жалел о том, что вышел сегодня из поместья.
— Пошли, разогрев ещё долго будет, успеем пообщаться как в старые добрые, — кивнул один из охранников и отодвинул металлическое ограждение, пропуская аристократов за кулисы.
— Думала уже не предложите, — с улыбкой фыркнула Алиса.
— Может, не надо?
