Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 66
– Некоторую? – прошипела она. – Вы с ума сошли?.. Ладно, у меня все на чипе.
– А сам чип?
Она поколебалась, засунула руку глубоко под юбку, задержала дыхание, я ждал, наконец с великим облегчением выдохнула и протянула мне металлическую пластинку два на два миллиметра и не толще листа плотной бумаги.
– Вот.
– Прекрасно, – сказал я. – И надо убираться. Скоро начнут вас сортировать, тогда уже ничего не спрятать.
Она прошептала:
– Вы серьезно?
– Нет, конечно, – ответил я с достоинством. – Война – настолько глупое занятие, что серьезно к этой дурости ну никак нельзя относиться. К войне нужно относиться… к ней вообще лучше не относиться. Потому давайте сделаем так… вы должны держаться ко мне как можно ближе. Все время. Когда я побегу – вы бежите, если я остановлюсь…
– Поняла, – ответила она поспешно. – Но здесь только один выход, а охраняет его целый батальон!
– Верно, – одобрил я – Замечаете. Чувствуется хватка. Разведшколу заканчивали или это природная привычка все замечать за мужчинами?
Она прошипела:
– Там не пройти!
– И не надо, – ответил я. – А выход на задний двор?
– Ничего подобного нет, – отрезала она. – На уровне двенадцатого и сорок второго этажей воздушные переходы в корпус В, а оттуда можно на лифте в нижний зал и выйти во внутренний двор, где сад, цветник и бассейн.
– Обойдемся, – ответил я. – Не то что я против бассейна, это же плавать, а не мыться, но это как-нибудь в другой раз. Вставайте, пойдем к двери. Учтите, будем пробиваться с боем. Вы, надеюсь, не гуманистка? Хотя что я за чушь несу, какие из женщин гуманистки?.. В общем, держитесь за моей спиной, под пули лезть не стоит, а мужчин не жалко, они и рождаются только для героизма и славной гибели…
Она не сдвинулась с места, лицо покрыла смертельная бледность.
– Вы с ума сошли?.. У вас нет оружия, а там в коридоре сотни вооруженных до зубов боевиков.
Я внимательно посмотрел на дверь.
– Всего двое.
– Что?
– Ваши сотрудники – такие трусы, – объяснил я, – что вообще охранять их не нужно. Сказали сидеть – сидят. Однако здесь с минуты на минуту появятся совсем другие люди. Вами займутся. Вами всеми и вами лично. Учтите, они умеют пользоваться современными технологиями. И кто вы на самом деле, ваша роль… станет известна.
Она вздрогнула.
– Ладно…
Я переспросил:
– Что ладно?
– Рискну, – прошипела она, – все равно здесь не выжить. Но вы уверены…
– Нет, – ответил я честно, – просто есть некий смутный план. Подробный план здания я посмотрел еще у Лощица, а пока меня сюда вели, запоминал, сколько где народу.
Она посмотрела с удивлением и надеждой.
– Вы это сумели?
– Лехко, – ответил я и вдруг подумал, что в самом деле все помню, блин, словно мой ленивый мозг в таких ситуациях вскакивает с дивана и очумело начинает метаться в поисках выхода. – Я в ударе. А потом лягу отсыпаться на двое суток.
– Хорошо, – сказала она решительно.
Я поднялся.
– За мной. Не отставать.
– А как охрана?
Я отмахнулся.
– Только двое закреплены за определенным местом, это у нашей двери с той стороны.
– А другие?
– Остальные, – ответил я, – как муравьи по горячему песку, носятся по всему зданию. Уважаю, люди идеи. Не то что наши профи, лишний раз пальцем не шевельнут, боятся переработаться.
Она поднялась, взгляды всех обратились в нашу сторону. Я указал ей взглядом, что теперь не отвлекаться, в разговоры не вступать, тут могут найтись и такие, что сразу же позовут охрану в надежде за предательство вымолить какие-то условия, у демократов всегда так, современная мораль, плюй на всех и береги себя и свое здоровье.
Она едва не наступала на пятки, я подошел к двери, вздохнул.
– Посмотрите быстро, – велел я ей, – никто не идет за нами?
Она оглянулась.
– Никто…
Я напрягся, ладони чуть дрогнули и опустились под тяжестью двух пистолетов. Моментально повернув их в сторону голубоватых силуэтов справа и слева от двери, я выстрелил дважды, пинком распахнул дверь.
– За мной!..
В коридоре на всю километровую длину пусто в обе стороны, только по обе стороны нашей двери двое сползают по стене, оставляя широкие полосы алой крови.
Я метнулся в сторону далекой лестницы, так наверняка решила Параска, но я по дороге резко рванул дверь слева в одну из комнат, там два десятка столов с компьютерами и широкоформатными дисплеями, по прямой пробежал между канцелярскими столами к двери в стене напротив.
Она мчалась за мной со всех ног, задевая столы, вскрикивала, а я толкнул дверь с разбега, выскочил в коридор. Шагах в десяти уходят двое боевиков, на стук двери обернулись, моментально развернулись в мою сторону, поднимая автоматы, и я, сцепив зубы, выстрелил трижды.
Шесть пуль отбросили их на шаг, я на бегу выстрелил еще дважды, подбежал к одной из дверей, но, как только ухватился за ручку, Параска прокричала за спиной:
– Надо прямо по коридору!
– А что там? – спросил я.
– Выход в холл, – крикнула она.
– И полсотни боевиков, – огрызнулся я. – Как ты их нейтрализуешь? Начнешь раздеваться, а я буду стрелять в их раскрытые рты?
Не слушая больше, рванул на себя дверь. Во всех красочных боевиках, что смотрел, всегда лихо выбивают дверь ударом ноги и врываются в комнату, хотя вообще-то по всем стандартам во всем мире двери открываются только наружу, это чтоб при пожаре было проще выскочить, но – искусство выше правды! – если надо красиво выбить дверь – ее выбивают, хотя не родилось еще геркулеса, чтобы выбил ее вместе с дверной рамой, намертво закрепленной длинными штырями в стене…
Еще боевики, трое, но я увидел их проходящими мимо еще через дверь и теперь стрелял в спины. Один успел нажать на спусковую скобу, но очередь ушла в стену.
– Не отставай, – напомнил я.
Она выхватила автомат из рук падающего боевика и бросилась за мной. Я тупо ломился через рабочие комнаты, в одной застал боевиков, двоих застрелил, Параска вышибла мозги из остальных, ошалевших от нашего появления.
– Они уже знают! – крикнула она. – Нам не прорваться!
– Почему?
– Выход только один, – напомнила она. – А там целый батальон!
Я сам чувствовал, что кольцо вокруг нас быстро сжимается, вон с той стороны их столько, что голубые силуэты уже сливаются в небесную синеву, а с другой не меньше, приближаются с неторопливостью океанского прибоя, нам бежать некуда.
Эти люди полны отваги, напомнил я себе, жизнь не дорога, важнее честь и достоинство, не особенно и прячутся, так что у меня считаные минуты…
Считаные минуты на все. На прорыв, если я совсем уж сумасшедший, или на сдачу с поднятыми руками, потому что уже не могу сдерживать их натиск, вот-вот прикончат.
– Пригнись, – велел я. – Не отставай…
Она вскрикнула:
– Зачем я, дура, пошла за тобой!
– Быстрее!
Проскочив комнату, мы выбежали в главный коридор, там пусто, потому что это ловушка, передо мной главная несущая стена, никаких дверей, придется очень долго бежать вправо или влево, а на концах длиннейшего изогнутого коридора скопление боевиков, под пули которых мы и примчимся, такие вот тепленькие.
– Закрой глаза! – велел я. – Плотно-плотно зажмурься и завяжи шарфом!..
– Зачем?
– Взорву световую гранату, дура, – рявкнул я. – Ослепнешь так, что ни один врач не восстановит!
Она поспешно сорвала с шеи шарфик, зажмурилась плотно-плотно и начала заматывать глаза и всю морду, а я сосредоточился и начал входить в это состояние, когда могу проламывать пространство…
Портал начал возникать, когда вдали послышался топот множества солдатских ботинок. Сцепив зубы, древние маги как-то же проходили, а я же не древний, сказал себе твердо, что не пропаду, как же могу пропасть, если со мной исчезнет и вся Вселенная, это другим пропадать можно ни за грош, но не мне, мне вовсе никак…
Выронив пистолеты, я ухватил Параску и, прижав к себе, ломанулся в эту дыру. На миг показалось, что в самом деле прошел через огненные врата, хотя жара не ощутил, только ощущение космичности, и тут же пахнуло теплом.
Мы упали на землю, яркий солнечный свет почти ослепил, я подхватил ее под руку.
– Снимай шарф!.. И бегом за мной!.. Здесь простреливают!
Она очумело подхватилась, мы в шаге от блестящей стеклом и металлом стены здания и под защитой корпуса подбитого танка, но здесь не отсидеться, я побежал, пригнувшись и маневрируя между сгоревшей военной техникой, Параска бежит следом, как утенок за мамой, жалобно и ошалело вскрикивает.
Нас обнаружили как боевики, так и натовские войска, выстрелы загремели с той и другой стороны.
Пули со злым щелканьем бьют по стальной броне, я останавливался, вслушивался в стрельбу и время от времени делал рывок, торопливо перебегая простреливаемое пространство.
Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 66
