вилы, обошел навозную кучу.
Охотник стоял у туши порося. Нижняя часть тела отсутствовала, будто кто-то одним укусом откусил половину.
— От тебя толку мало. Лучше беги за охотниками, — шепнул Сокол, вглядываясь в сторону хозяйственных построек.
— Хорошо. А где они?
— В трактире.
Я кивнул и попятился в сторону ворот. Судя по тому, что я только что увидел, змея просто гигантская.
Прежде чем скрыться за навозной кучей, заметил, как Сокол на полусогнутых направляется к сараю, в котором стоят вилы, лопаты и другие хозяйственные инструменты.
Развернувшись, хотел выбежать за ворота, но вместо этого замер и задержал дыхание. Прямо передо мной поднялась огромная змея с желтыми глазами и лоснящейся серебристой кожей.
Змея отклонила голову чуть назад и принялась телепать языком, улавливая запахи и пытаясь определить, кто перед ней. Ее желтые глаза пристально и неподвижно смотрели на меня, будто пытались загипнотизировать. Я видел, как напряжено ее тело, готовое в любой момент с огромной скоростью ринуться на меня. И как хвост в нетерпении ритмично подергивается на земле.
Я прекрасно понимал, что любое неосторожное движение — и эта гигантская змея набросится. Я еще довольно слаб, поэтому она не почувствовала во мне друида, иначе бы не посмела даже подниматься надо мной и постаралась бы как можно скорее уползти. Однако сейчас я был на волосок от смерти.
— О-м-м-м-м-м, — еле слышно загудел, наполняя пространство своими вибрациями.
Змея перестала покачиваться из стороны в сторону и спрятала язык. Она не слышала мое гудение, но чувствовала колебание воздуха. И понимала, что это значит. Все животные и растения понимают.
— О-м-м-м-м, — снова загудел я, вобрав в себя побольше воздуха.
Свиньи куда-то попрятались, Сокола не было слышно, во всем мире будто остались мы вдвоем.
Когда воздух в легких почти закончился, и я уже подумал, что недостаточно силен, чтобы связаться с духом змеи, призрачный двойник вдруг выплыл из ее тела.
«Назови свое истинное имя», — велел я.
«Нагар-Сехет», — послышался женский голос.
В голосе чувствовалась сила и власть. Я сразу понял, что дух сильный. И, скорее всего, прожил миллионы жизней в самых различных телах.
«Рад познакомиться с тобой, Нагар-Сехет. Зови меня Орвин Мудрый».
«Чем могу служить тебе, Орвин Мудрый?»
В это время я различил шаги и еле слышный разговор. Сокол возвращался со стороны хозяйственных построек, что-то бормоча под нос.
«Уходи! И больше никогда не возвращайся к людям! Тебе здесь не место!»
«Слушаюсь, Орвин Мудрый».
Дух пропал в теле гигантской змеи. Та встрепенулась, опустилась на землю и стремглав поползла прочь.
Как только ее хвост скрылся за воротами, появился Сокол.
— А ты что здесь до сих пор делаешь? Я же велел бежать за охотниками! — возмущенно проговорил он и подтолкнул меня к выходу.
— Не нужны охотники. Уползла змея.
— Как это «уползла»? Куда? — Он начал озираться.
— В лес, — пожал я плечами. — Не ищи. Ее здесь уже нет.
— Так я тебе и поверил. Нашелся тоже — защитник кратов, — угрюмо проговорил он.
— Змея не крат. У кратов нет души, — еле слышно ответил я, вышел со двора свинарника и побрел в сторону полей.
Выпустив из ладоней оставшуюся в источнике силы энергию, напитал землю и вернулся домой. Сегодня был трудный день, но мне не терпелось начать строгать поделки, поэтому выбрал кое-какие инструменты Ивана и, закрывшись в комнате, приступил к делу.
Первым делом очистил заготовку от грязи, ведь пока тащил по земле, собрал куски глины, мох и прочий лесной сор. После этого содрал кору и набросал контуры льва: вид сбоку, в полный рост и, самое главное, голову.
— Ты чего не спишь? — в дверях появилась сонная Авдотья.
— Поработаю немного.
— Немного, — передразнила бабка. — Знаю я твои немного: снова всю ночь спать не будешь. Ложись! А то кожа да кости. Все из-за недосыпов.
Она просверлила меня взглядом, но, не добившись своего, махнула рукой и вышла из комнаты. Я же продолжил свое дело, хотя после потери энергии сильнее чувствовалась усталость. Нужно успеть сделать достаточное количество фигурок к приезду каравана.
Удалив лишнюю древесину топором, подправил ножовкой и полюбовался на заготовку с расстояния вытянутой руки. Голова получилась неестественно большой, но это ничего. Так и должно быть, ведь мне придется прядь за прядью вырезать гриву вожаку стаи.
Когда с помощью стамески начал придавать форму телу, небо посветлело, а я еле двигал руками и усилием воли таращил глаза, чтобы веки не закрылись. Нет, так не пойдет. Нужно хоть немного отдохнуть. Так уж вышло, что сейчас я — единственный, кто может заработать денег. Иван тоже старается, но ему платят пять, иногда десять рублей за переделанную мебель. Этих денег точно не хватит на ядра зверя и на продукты.
Сбросив с себя одежду, покрытую щепками и опилками, забрался под одеяло и почти мгновенно заснул.
Остаток ночи проспал без снов и в одном положении, поэтому, когда проснулся от дребезжания посуды на кухне, понял, что не могу повернуть голову — затекла шея. Однако энергия быстро справилась с проблемой, поэтому к тому времени, когда я умылся и пошел на кухню, у меня уже ничего не болело.
— Совсем себя не жалеешь, сынок, — встревоженно проговорила Анна, — Авдотья Ивановна рассказала, что ты снова всю ночь не спал.
— Спал, — возразил я и огляделся. — А где все?
— Бабушка пошла на поля, а отец мясо Фарруху понес.
— Зачем? — удивился я.
Анна настороженно посмотрела на меня и принялась объяснять:
— Поля нужно чистить от сорняков. Поливать, пока нет дневного зноя, а потом…
— Я не об этом, — прервал ее. — Зачем отец понес мясо Фарруху?
— Чтобы продать.
— Но ведь мы сами хотели его съесть.
— Ну-у-у, — замялась она. — Вчера котлет поели и хватит. А за свежее мясо кабана Фаррух хорошо заплатит. Ты же сам понимаешь: нам сейчас деньги очень нужны. Даже я вчера прошлась по должникам и попросила оплатить мою работу, — сказав это, Анна вспыхнула, будто просить оплату являлось чем-то постыдным.
Я ничего не ответил, но не смог сдержать раздражительного вздоха. Нет, надо срочно менять власть в общине. Здешние люди слишком забиты и напуганы, чтобы поднимать голову и отстаивать свои права, но я не здешний. Иван тоже пытается сопротивляться, но один он не в состоянии ничего сделать. Охотник Кондрат ясно сказал, что наместник — власть, а они против власти не пойдут.
Совсем недавно я стал невольным свидетелем разговора людей наместника, которые говорили, что проверяющие приедут уже скоро. Надеюсь, у меня получится поговорить с ними. Хотя… Никто не будет слушать семнадцатилетнего парня. Мне нужна куда
