разбойников, а вот хорошие арбалеты оставили себе. Как в воду глядели.
Сжимая в руке арбалет, я неспешно пошел по тракту прямо к лесу.
На ходу я снова мысленно потянулся к ферме.
«Упокоить еще семерых. Сбор энергии».
Мой резерв мгновенно пополнился. Семьдесят морт мягко втекли в Источник, и я тут же, не задумываясь, перенаправил весь этот массивный объем в физическое усиление тела. Мышцы взбугрились, наливаясь свинцовой тяжестью и невероятной скоростью реакций.
Сам же я шел и грустно размышлял: если так пойдет и дальше, мне срочно понадобятся больше рабочих рук на ферме и кардинальное увеличение резерва морт. А то на всех этих любителей чужого добра энергии не напасешься — так и ферму недолго без охраны оставить.
Разбойники, кем бы они ни были, сидели тихо. Я чувствовал их сканером, как три ярких пятна в сером мире.
Решив не играть с ними в прятки по кустам, я просто вышел на открытый участок дороги, закинул арбалет на плечо (благо, у него был удобный ремень) и, насвистывая какую-то незамысловатую трактирную мелодию, пошел прямо на них.
Нервы у засадного полка сдали первыми. Из кустов раздались сухие щелчки спусковых механизмов.
Три арбалетных болта вылетели из зеленки одновременно. Для обычного человека они слились бы в единый смертоносный свист. Но для моего восприятия, разогнанного семьюдесятью мортами некротики, время словно превратилось в густой кисель. Болты летели медленно, лениво вращаясь в воздухе.
Не прекращая насвистывать, я поднял свободную левую руку.
Хлоп. Хлоп. Хлоп.
Пальцы, превратившиеся в стальные тиски, поочередно выхватили из воздуха все три снаряда. Я остановился, критически осмотрел пойманные болты и спокойно закинул их в прихваченный поясной колчан. В хозяйстве всё пригодится.
Над трактом повисла звенящая, недоуменная пауза. Разбойники явно находились в замешательстве от увиденного. Я даже замер, надеясь, что они не бросятся наутек — бегать за ними по лесу и тратить время мне не хотелось.
К счастью, инстинкт самосохранения у этих ребят отсутствовал напрочь.
— Да давайте его прихлопнем уже! — раздался из кустов хриплый, полный ярости крик.
Ветки треснули, и на дорогу вывалились трое крепких мужиков. Я сразу узнал одного рыжего. Этот бородач был тем самым типом, который пялился на Киру сегодня на базаре. Видимо, пасли нас от самого Сонмища.
Все трое источали плотные, пульсирующие ауры. Физики. Причем не самые слабые. В руках у них блестели тяжелые топоры-секачи.
— Ну, раз вы настаиваете… — вздохнул я.
Арбалет так и остался висеть на плече. Я плавно потянул из ножен свой клинок. Против троих одаренных физиков-рукопашников в ближнем бою старая добрая сталь будет куда надежнее.
Бородач, тот самый, что пялился на Киру, криво усмехнулся, поигрывая секачом.
— Ты, видимо, оставил валинорку позади? — бросил он, щурясь.
«Валинорку?» — мысленно переспросил я. С местными народами и расами я был знаком весьма поверхностно, где-то краем уха слышал про северные земли Валинор, но сейчас углубляться в этнографию было не время.
— Где она? — рыкнул бородач, делая шаг вперед.
— А что это за зверь такой? — искренне удивился я, склонив голову набок. — Ее с кашей едят или так, сырой грызут?
Мой беззаботный тон вывел разбойника из себя. Лицо его налилось дурной кровью.
— Ты умрешь за бабу! Ты это понимаешь, сопляк⁈ — взревел рыжий.
— Ошибаешься, это ты как раз умрешь за нее и своих друзей прихватишь с собой. Помолись, что ли напоследок, — спокойно ответил я.
— Прибейте эту сволочь! — взревел он, указывая на меня топором.
Двое его подельников с рычанием сорвались с места, замахиваясь неплохими топорами.
Но я это время не зря просто стоял на месте, растрачивая слова. Мой некросканер уловил неподалеку в лесу небольшую стайку мертвяков. Недолго думая, я выделил одну-единственную морту и слегка изменил свои эманации, сделав их невероятно привлекательными для нежити. Своеобразный «вкусный» маячок.
Из чащи тут же донесся слаженный, голодный ор. Двое разбойников застыли на полдороги и испуганно обернулись на звук.
Этой заминки мне хватило за глаза. Я не стал тратить время на красивые финты. Просто шагнул к ближайшему и нанес короткий, рубящий удар мечом по плечу.
Лезвие с влажным хрустом вошло в плоть. Тело разбойника было усилено магией физика, мышцы плотные, как резина, так что меч немного завяз, но… я тоже был усилен. Причем семьюдесятью мортами чистой некротики, которая разгоняла мои силы до нечеловеческих пределов. Я с легкостью дожал клинок, разрубая ключицу почти до грудины. Первый готов.
[ПОЛУЧЕНО: +15 морт]
Второй разбойник резко обернулся ко мне, с ужасом глядя на оседающего товарища.
— Я бы на твоем месте не поворачивался спиной к мертвякам, — усмехнулся я, указывая подбородком ему за спину.
В этот же момент из кустов на него вывалилась толпа «бродяг». Твари с урчанием набросились на опешившего мужика, впиваясь в него гнилыми когтями. Надо отдать ему должное, разбойник оказался не робкого десятка: он заорал и принялся отчаянно махать топором, рубя нежить налево и направо. «Бродяги» — слабенькие противники, так что парень неплохо справлялся, кроша их в капусту.
Я спокойно подошел к нему сзади, пока он был занят отбиванием от мертвяков, и буднично, без замаха, ткнул мечом ему под лопатку. Лезвие пробило сердце. Мужик захрипел и повалился прямо в кучу тех, кого только что рубил. Мертвяки, на которых я не обращал никакого внимания, даже не подумали на меня кидаться, увлеченно чавкая свежим мясом. Свою некротику я усилил, и бродяги посчитали меня слишком крутым, чтобы связываться.
[ПОЛУЧЕНО: +10 морт]
Я оглянулся. Бородач-главарь, оценив скорость расправы над своими людьми, не стал строить из себя героя и, побросав все понты, стремительно рванул вглубь леса.
Я подошел к копошащимся «бродягам». Из десятка нежити, выбежавшей на мой зов, уцелело около пяти штук. Парой коротких, ленивых взмахов я снес им башки, чтобы не путались под ногами, и не торопясь, прогулочным шагом, последовал за главарем.
Беглец как раз выскочил на небольшую полянку, где… нарвался на еще одно стадо нежити, бродившее в глубине леса.
Я остановился у кромки деревьев, наблюдая за отличной картиной. Бородач, увидев новую толпу тварей, шарахнулся от них прочь и в панике забился под здоровенный бурелом. Он ужом заполз под поваленный ствол огромного дерева, который образовывал естественную нишу.
Мертвяки тут же облепили ствол. Они тянули к разбойнику свои скрюченные руки, но достать не могли — толстые ветки и ствол надежно закрывали его сверху, не давая тварям пролезть. Бородач, оказавшись в ловушке, отчаянно отбивался: пинал сующиеся к нему гнилые морды сапогами и размахивал топором, но вылезти не мог.
