посередине и оглядела помещение — ничего ли не забыла, а затем быстро вышла и лёгкой, но торопливой походкой скользнула по лесенке на первый этаж.
Следом засеменил по ступеням и Шон с большой сумкой в руках — он всегда имел такую, собранную на случай, если госпоже потребуется срочная поездка.
А внизу, у крыльца, уже ждала карета.
Едва дверь с гербом захлопнулась, а на запятки, сунув алебарды в специальные петли, запрыгнули две солдатки, сверкающие начищенными до зеркального блеска кирасами, над мощёным двором, украшенным клумбами и фонтаном, ударил подобно грому бич возницы.
— Хэй! Рогатые! Дапри́за! Шевелись! — закричала женщина на козлах, и четвёрка белых бычков, задрав хвосты, торопливо потянула карету прочь от гильдейской башни, а по сути, резиденции Николь-Астры.
* * *
Пётр Алексеевич, который сидел за зелёным раскладным столом и перед собравшимися по его приказу подчинёнными, бросил взгляд на часы — до приезда ведьмы время ещё есть, должен успеть провести совещание.
В палатке, наспех поставленной в дальнем углу двора маркизиного домика для этого дела, было тесно. Яркий свет ламп освещал угрюмые лица, на которых читалось, что они не в восторге от идеи ехать куда-то, чтоб просто послушать поток мыслей начальства.
Ничего, перетерпят. Никто не обещал, что будет просто, тем более в ином мире. Пусть представляют, что выехали на полевой выход.
Помнится, первые прибывшие вообще жили в таких же вот палатках и грелись печками на солярке. Это сейчас у них комфортные дома, почти не отличающиеся от таковых в обычном военном городке на Земле.
И электростанция есть, и водопровод, и канализация.
— Что с отзывом групп? — подняв хмурый взгляд на ответственных лиц, спросил Пётр Алексеевич.
С места встали начальник штаба и одновременно с ним — старший научный сотрудник.
— Пятнадцать групп геологов, три группы биологов и шесть топографических возвращены. Этнографы разместились в наших представительствах в Коруне и Галлипосе. Одна группа геологов должна прибыть на базу послезавтра — им пришлось задержаться, вроде как угольные пласты нашли. Проверяют.
— Хорошо, — проронил генерал и перевёл взгляд на другого человека: — Доложите ход обустройства периметра.
— Я! — вскочил молодой штабной майор и начал бодро рапортовать: — Товарищ генерал, строительство по плану. Для снижения нагрузки на портал заливаем в бетон камни местной добычи. Есть проблема, местные шепчут, что без жертвы камень держаться не будет. Я их пытался уверить, что на бетон это не распространяется, то они боятся. Говорят, так не яси, то есть нехорошо. Говорят, боги и духи будут гневаться.
— Я знаю, что такое яси, — проговорил генерал и сделал пометку в рабочей тетради. Шутки шутками, но этот момент надо разобрать детально. Вопросы веры и традиций никогда не терпят шуток и отсрочек. — Что с асфальтовой и железной дорогой? Тоже духи мешают?
— Никак нет! Местные не знают, каким духам надо подносить подношение. Они асфальт в первый раз видят. И что с железкой делать, не знают.
— Почему?
— Я спрашивал. Говорят, для дорог надо просить прощения у духов мест, но подножье холма и пригород Керенборга духам не принадлежит.
— Ясно, — прошептал генерал и задал вопрос у очередного человека: — Как продвигается работа с богословами по поводу использования самолёта? В прошлый раз храм запретил. Мы не можем откладывать этот вопрос вечно. Рано или поздно на Земле спросят, где взлётная полоса.
— Храмовники просят денег на ремонт храма. Много денег. Я запрос наверх отправил, ответа пока нет.
Пётр Алексеевич хотел спросить ещё что-то, но пока листал блокнот, снаружи раздалась шумиха.
Генерал вздохнул. И в этот момент в палатку влетел Стаканыч с термосом, в котором был святой пепел.
— Командир, ршите⁈ — выпалил он и без дозволения продолжил: — Там Николь-Астра лютует. Её не пускают к парадному крыльцу домика. Требует наказать плетьми дежурного.
— Ей сказали, что вход запрещён? — уточнил генерал.
— Да, она говорит, что должна быть гостевая комната, где знатные особы ждут аудиенции, и что она не крестьянка, чтоб кормить комаров на улице и даже без бокала вина.
— Бли-и-ин, — прошипел Пётр Алексеевич и глянул на подчинённых. — Совещание окончено. Начальник штаба, доведите остальное на базе.
И встал.
— Товарищи офицеры! — закричал начальник штаба, как полагается на собраниях такого уровня вместо команды «Смирно». Все встали и замерли.
— Товарищи офицеры, — произнёс генерал в ответ и нахлобучил на себя фуражку. Было в этом что-то от дореволюционного щёлканья каблуками и фраз «С вашего позволения» и «Честь имею».
Народ тут же загудел, как встревоженный улей, и стал расходиться. На улице заревел «Урал» с пассажирским кунгом.
— Стаканыч, ко мне! — закричал Пётр Алексеевич, и снаружи послышалось: «Я! Есть!»
В палатку тут же влетел прапорщик Сизов, неся свой пепел в жестяной ёмкости, как драгоценность.
— Стаканыч, пока я беседую с Астрой, рассыпь по кругу пепел, заодно посмотрим, как он влияет на ведьм. Ясно?
— Так это, он же на живых вроде не работает, — протянул прапор, глянув на зелёный ребристый термос с ручкой на крышке и лямками, как на старом рюкзаке.
— Вот и проверим. Своими-то ручками применить метод научного тыка интереснее.
— Есть, командир, — улыбнулся Сизов и испарился из палатки, ширкнув напоследок брезентовым пологом.
А генерал выждал ту паузу, о какой местные сказали бы — гран момента. И это не какая-то фигура речи или непереводимый сленг. Один момент примерно равен четырём с четвертью земным минутам. А гран — его двудюжая доля, то есть одна двадцать четвёртая часть. В общем, генерал выждал дюжину секунд и вышел.
— А-а-а, добрая госпожа! Рад вас приветствовать! — тут же протянул он и снял с головы фуражку и сделал ею пируэт в стиле д’Артаньяна.
— Её могущество Николь-Астра да Феррис! — запоздало провозгласил невысокий, строго и даже педантично наряженный секретарь. Шон, кажется.
Часто и гневно дышащая волшебница через силу улыбнулась и протянула руку для поцелуя. Её статус главы совета волшебной гильдии был выше статуса барона, какой приписали генералу, и этикет требовал поцелуя.
Офицеры и научники, рассевшиеся на местах, наблюдали на это действо сквозь стёкла и переговаривались. Для старожилов это было важно — они уже прониклись правилами и порядками, а новички улыбались — для них это пока лишь костюмированное шоу. Надо будет провести занятие, чтоб выветрить у них легкомысленность.
«Урал» заревел, пибикнул звуковым сигналом и стал неспешно
