ты… ты просто сказал «нет» и отрубил канал связи!
— Я был вежлив, — возразил я. — Сказал, что мне это неинтересно. Они стали настаивать и давить. Пришлось объяснить доступнее.
— Вежлив⁈ — Лисара издала звук, похожий на истерический смешок. — Ты разрезал структуру божественного призыва! Ты бросил вызов системе, которая держит мироздание! Боги в шоке. Там сейчас такой переполох, какого не было со времен войны с Энигмой! Все пытаются понять, кто ты такой и как ты это сделал! Дарион Торн ты… просто нечто!
Она немного успокоилась, но огонь в глазах продолжал гореть ровным, яростным светом.
— Послушай меня. Чертоги — это не клуб по интересам и не зал для пиров. Это механизм контроля. Жесткий, абсолютный механизм. Любой, кто достигает определенного порога силы, должен быть вписан в систему, ограничен и связан правилами, чтобы не нарушить вселенский баланс.
— Я догадался, — кивнул я. — Цепи были довольно красноречивым аргументом.
— Но они не отстанут, Дарион! — голос Лисары стал серьезным, в нем прозвучала неподдельная тревога. — Система не терпит сбоев. Зов повторится. Они пришлют кого-то, чтобы привести тебя силой, или просто сотрут как ошибку. Ты стал аномалией, угрозой для их порядка.
Я отошел от окна и прошел к центру комнаты. Тень проснулся окончательно и теперь сидел, с интересом наблюдая за нашей беседой, переводя взгляд с меня на пылающую девушку.
— Угрозой, говоришь? — я задумчиво посмотрел на свою ладонь, сжимая и разжимая кулак. Сила Тетрина, сплетенная с моей, отзывалась мгновенно, наполняя руку ощущением безграничной мощи.
— Да! Ты нарушил главный закон — иерархию! Ты показал, что можно обладать божественной силой и не подчиняться Чертогам! Это опасный пример для всех миров!
Я хмыкнул, обдумывая ситуацию.
— Знаешь, я терпеть не могу, когда меня пытаются контролировать. Демоны пробовали — не вышло, хотя они были очень настойчивы. Теперь боги хотят попробовать?
Я поднял глаза на Зару, в которой сейчас говорила богиня.
— Ты сказала, они не отстанут? Будут пытаться связать меня снова и снова?
— Да! Пока ты не подчинишься или не исчезнешь!
— Что ж, — я улыбнулся, и эта улыбка заставила богиню отступить на шаг, инстинктивно почувствовав опасность. — Тогда, пожалуй, стоит зайти и объяснить им, в чем они ошибаются. Лично объяснить.
— Что? — Лисара замерла, пламя вокруг нее задрожало. — О чем ты?
Я положил руку на эфес Клятвопреступника, чувствуя холод металла.
— Тетрин говорил, что Кодекс запрещает богам воевать друг с другом. Запрещает прямые нападения и вмешательства.
Я закрыл глаза, вызывая в памяти ощущение Зова. То чувство связи, которое пыталось утянуть меня наверх. Тот уникальный энергетический отпечаток, по которому они пытались меня найти. Они открыли дверь, чтобы затащить меня к себе. И я запомнил, где эта дверь находится.
Я вытянул руку и рубанул воздух перед собой вертикальным движением.
Реальность разошлась с треском, похожим на звук разрываемой ткани. За разрезом вместо привычной пустоты был свет. Золотой, величественный свет Чертогов. Я видел бесконечные ряды тронов, парящие в сиянии, и видел изумленные лица тех, кто там восседал. Они смотрели на меня через прореху, которую я создал в их священном, неприкосновенном пространстве.
— Ты… что ты делаешь⁈ — Лисара в ужасе смотрела на портал. — Туда нельзя входить без приглашения! Тебя уничтожат! Это чистое самоубийство! Дарион, стой!
Я поправил перевязь меча, проверяя, легко ли клинок выходит из ножен, и посмотрел на нее.
— Они пригласили меня, Лисара. Сами. Я просто решил воспользоваться приглашением, но на своих условиях.
— Ты хочешь начать войну с пантеоном⁈ Прямо в их доме⁈
— Я хочу зайти в гости, — усмехнулся я, шагая к разрыву в реальности. — Поговорить по душам. Объяснить правила хорошего тона и границы личного пространства. Ну и, может быть, немного пошуметь. Давно я не видел столько высокомерных лиц в одном месте. Руки чешутся поправить им короны и сбить спесь.
— Ты безумец… — прошептала она, и пламя вокруг нее погасло от шока. — Там же целый пантеон!
— Может, и безумец, — ответил я, переступая порог между мирами. — Но в чем я не прав?
Свет поглотил меня, отрезая от привычного мира. Я шагнул из своей спальни прямо в сердце обители богов, готовый устроить им самый незабываемый и шумный прием в их вечной, размеренной жизни.
Пусть запомнят этот день, когда смертный пришел учить богов вежливости.
Глава 15
Протокол тишины
Я шагнул в разрез реальности, оставляя позади уютную спальню и ошеломленную богиню огня.
Переход в этот раз отличался от визита в Домен Меча кардинальным образом, напоминая, скорее, штурм вражеской цитадели, чем вежливый визит. Пространство вокруг меня вздыбилось и затвердело, сопротивляясь чужеродному присутствию, словно огромный организм, пытающийся отторгнуть вредоносный вирус.
Золотой свет, льющийся из всех щелей мироздания, давил на плечи тяжелым грузом, стремясь расплющить наглого смертного, посмевшего ступить на священные плиты без поводка на шее. Без зова попасть в эту обитель было куда сложнее.
Я выпрямился и расправил плечи, позволяя своей ауре развернуться в полную мощь, чтобы создать вокруг себя зону комфорта. Моя воля столкнулась с давлением Чертогов и отбросила его прочь, расчищая пространство для маневра. Я стоял на полу из полированного полупрозрачного камня, в глубине которого медленно вращались далекие галактики.
Вокруг царило великолепие, способное ослепить любого неподготовленного гостя. Гигантские колонны уходили в бесконечность, теряясь в сиянии, своды украшали живые созвездия, а ряды тронов парили в воздухе на разных уровнях, создавая сложную геометрию власти. Это было сердце вселенной, административный центр мироздания, место, где решались судьбы миров, и выглядело оно стерильным и холодным.
Зал оказался заполнен множеством сущностей. Здесь собрались не те Высшие, что заседали в Совете и вершили судьбы эпох, а боги «средней руки», отвечающие за локальные явления и второстепенные аспекты бытия. Бог весеннего дождя в плаще из капель, покровитель бюрократии с кипой свитков, хранитель малых ветров с развевающимися волосами. Они выглядели величественно в своих сияющих одеждах, но в их глазах читалось глубочайшее потрясение.
Смертный проник в их святая святых.
— Он пришел через разлом! — взвизгнула дева с волосами из речных водорослей, указывая на меня дрожащим пальцем. — Нарушение границ! Это вторжение! Немыслимо!
Они видели во мне грязь, которую занесло случайным сквозняком в их безупречный храм, и нарушение векового порядка, требующее немедленного исправления. Их первая реакция была предсказуемой и агрессивной, они захотели уничтожить раздражитель, пока он не нарушил их покой окончательно.
Пространство завибрировало от напряжения, когда божественная сила десятков сущностей сконцентрировалась на мне одной точкой давления.
— На колени! — рявкнул бог в доспехах из грозовых туч, материализуя в руке
