ролика, и фразу Маркус одобрил: коротко, четко и предельно доходчиво.
К вечеру второго дня Кавано позвонил и сообщил, что утром выложил ролик в сеть, сопроводив пояснительными комментариями, а к вечеру в обществе самозащиты появилось двадцать шесть новых членов.
— Это просто прорыв, — сказал он, — за неделю мы увеличим наше число в два, а то и в три-четыре раза.
— Ну так начинайте искать реальных бойцов, — ответил ему Маркус, — потому что я на ближайший месяц выбыл из строя.
— Я уже озадачил этим несколько человек, — заверил Кавано.
Астронавт закончил разговор и набрал номер Пайпер. Нет связи. За эти два дня девушка не навестила его и даже ни разу не позвонила. Он сам пытался позвонить, но мобильный Пайпер был не в сети.
Вечером Маркуса выписали.
— Две недели в корсаже, не меньше, — предупредил врач, — и я бы советовал — постельный режим. Никаких активных движений. А через две недели приходите на осмотр.
Он вернулся домой на такси, с трудом разделся в прихожей и уселся на диван. Насколько все-таки дома лучше, чем в больнице! Так, надо позвонить и заказать себе что-то поесть.
Но прежде Маркус набрал номер Пайпер. Все та же фигня: не в сети. Он позвонил Кавано.
— Такое дело, не могу дозвониться до Пайпер. Вы не в курсе, куда она запропастилась?
— Понятия не имею. Сам уже два дня как пытаюсь — в ответ все «не в сети» да «не в сети».
На следующий день Маркус позвонил в полицию и сообщил о пропаже.
— Почему вы уверены, что ваша знакомая исчезла? — спросил полицейский.
— Потому что она уже три дня не в сети.
— И что?
— Она обязательно позвонила бы мне, хотя бы узнать, как прошла моя защита на Вызове.
— Имя, фамилия, адрес вашей знакомой?
— Все, что я о ней знаю — ее имя, номер телефона и что она журналистка. Ведет светскую хронику в каком-то журнале.
— Номера будет достаточно. Ожидайте… Так… Данные совпадают. Ваше сообщение зафиксировано, спасибо за информацию. Мы проверим и сообщим вам о результатах.
И он действительно позвонил — всего через полчаса.
— Доброго дня, департамент правопорядка. Это вы сообщали о пропаже гражданки Пайпер Клейст?
— Да, я.
— Ваша знакомая никуда не пропала. Она жива, в добром здравии и находится именно там, где мы и предполагали. Ее ПЦП не в сети, потому что она сама его и выключила.
— Где же она?
— Это личная информация, я не вправе сообщить вам. Если бы ваша знакомая хотела, чтобы вы знали, где она — сообщила бы сама. Если не сообщила и отключилась от сети — значит, имеет на то причины. Все, что я вправе сказать вам — уже сказал. Доброго вам дня, спасибо за обращение в департамент правопорядка.
Еще два дня Маркус провел дома, в тоске и неизвестности, а на третий Пайпер все же позвонила.
— Привет, Марк, — сказала она, голос прозвучал как-то бесцветно и равнодушно, — как твои дела? Чем кончился последний Вызов?
— Привет. Моей победой, конечно. Но где ты пропадала? Я уж даже в полицию звонил…
— Прости. Я не могла позвонить. Даже не знала, как и сказать…
— Да что случилось-то⁈
— Я проиграла Вызов, — ответила девушка безжизненным голосом.
— Что-о⁈ Когда⁈
— В тот же день, что и твой.
Маркус на несколько секунд потерял дар речи, потом тихо спросил:
— Почему ты мне не сказала?
По голосу Пайпер ему показалось, что девушка вот-вот расплачется. А может, все же показалось.
— Той девчушке твоя помощь была нужнее. Я думала, что и сама справлюсь. Что этот ублюдок струсит шагнуть над пропастью, как и все до него. А он взял да прошел. Ну и выбрал поднятие тяжестей, вот и все.
— Кто он? — глухо спросил астронавт.
— Какая теперь разница? Уже поздно. Ничего не изменить. Ничего не исправить. С тебя станется на месть, я не хочу, чтобы ты поломал свою жизнь из-за меня, у тебя есть высокая цель, иди к ней. Мне безумно жаль, Марк, но я — всего лишь одна потеря на твоем жизненном пути. Сосредоточься на своей цели. Сделай это, чтобы другие женщины не разделили мою участь. Прощай.
В динамике раздались гудки, Маркус разжал пальцы, позволив пластмассовому корпусу выскользнуть из руки.
Он больше никогда не будет прежним. Рубикон перейден.
Террорист.
Наутро Маркус позвонил Кавано.
— Знаете, что случилось с Пайпер? — без приветствий спросил он.
— Знаю, — вздохнул тот.
— Мне нужно, чтобы вы пробили для меня кое-какую информацию. И не спрашивайте, зачем.
Кавано справился с заданием неожиданно быстро, в тот же день. Удача явно на стороне Маркуса, потому что нужный человек в нужном месте нашелся очень быстро. Вечером астронавт уже ждал у нужного подъезда, одетый в неброский темный костюм с шапочкой на голове.
Из-за поворота показалась пожилая женщина в строгом костюме, невысокая, чуть полноватая. Она, точно, Кавано к досье на нее приложил и тайком сделанное фото. Маркус нырнул в подъезд, прислушался. Тишина. Быстро достал сложенный носовой платок, приложил к губам и натянул на лицо шапочку, как это делают грабители банков в кино, совместил прорези с глазами.
Дверь скрипнула, пропуская женщину.
— Добрый вечер, госпожа Бенцони, — сказал астронавт сквозь носовой платок, — не пугайтесь, я не грабитель, просто вам не надо видеть мое лицо. Но у меня есть разговор о ваших дочерях, так что не вздумайте кричать.
Та, увидев напротив себя мужчину в маске, в общем-то и не испугалась особо.
— Что вам нужно?
— Мне нужно, чтобы вы сделали для меня копии записей архивов всех вызовов за последние три года.
— Во-первых, это противозаконно. Во-вторых, при чем тут мои дочери?
— Все просто, госпожа Бенцони. Эта система сломала жизнь мне и дорогому для меня человеку. Если вы откажетесь помочь мне, нарушив закон — тогда я поступлю по закону. У меня высокие индексы, у вас три прелестные дочки с индексами на две-три единицы ниже моих. Выбирайте, что вам дороже, закон или ваши дети, потому что если вы на стороне системы, сломавшей жизнь мне — я докажу вам, что этот закон ущербен, сломав судьбы вашим дочерям.
Выбирала она недолго: что ни говори, а отвыкли люди сопротивляться давлению. В обед
