и держась руками в перчатках за коленный сустав, согнувшийся под неестественным углом, Норткампф присел у канатов, опираясь на них и держась за голень. Рефери немедленно остановил бой, медики и секундант бросились к пострадавшему.
Когда Маркус подбежал к старому чемпиону, тот повернул к нему окровавленное лицо — снова пошла кровь из рассечения — и ухмыльнулся, протягивая руки, чтобы с них сняли перчатки:
— Кажется, вы задолжали мне больше, чем рассчитывали, да, мсье астронавт?
Маркус ничего не сказал, но уголки его губ непроизвольно поползли в стороны в ответной ухмылке, когда он развязывал шнурки.
Секундант Виллема вопил и скандалил, требуя у распорядителя дисквалифицировать Норткампфа и составить протокол для подачи в суд, но тут вмешался рефери и спортивные арбитры.
— О каком суде речь? Нарушений правил-то не было.
— Да вы что⁈ Вы разве не видели⁈ Этот старый пердун просто сломал Джонасу ногу!
— А вот это занесите в протокол, — сказал Норткампф, — я подам в суд за оскорбление. Компенсация будет мизерная, но мне лишних десять тысяч не помешают.
Распорядитель сделал пометку в своем планшете и повернулся к судьям:
— Почему вы говорите, что нарушений не было? Состязающийся получил увечье и останется инвалидом. Противникам запрещено калечить друг друга, в том числе ломая конечности.
Норткампф встал, сбросил перчатки подошел к ним, придерживая рукой рассеченную бровь:
— Прошу прощения, но это был разрешенный правилами лоукик. Если у спортсмена ломается от удара челюсть, нос или там нога — это только его проблемы. Такое случалось и будет случаться. С глиняными ногами и стеклянным подбородком нечего на ринг выходить.
— Все верно, — подтвердил один из арбитров, — в практике кикбоксинга спортсмен не несет ответственности за повреждения, причиненные его ударами, и неважно, синяк это, рассечение или перелом.
— Но вы же видели, что он специально сделал это! — выкрикнул с пола Виллем, которому уже успели вколоть обезболивающее.
— Специально сделал что? — сделал невинное лицо Норткампф, — вы меня, стало быть, нечаянно били? Спорт такой, чтобы друг друга бить. А что попал в колено — всякое бывает. Лоукики частенько попадают в коленный сустав.
— Нарушений правил со стороны Петера Норткампфа не зафиксировано, — подытожил распорядитель, — Вызов закончен победой защищающейся стороны, все претензии вызвавшего Джонаса Виллема к вызванной Маделине Грант аннулированы. Результаты состязания и их последствия не могут быть оспорены в суде. Дополнительный счет за медицинские услуги Джонасу Виллему будет прислан Джонасу Виллему.
— Его секундант меня оскорбил, — напомнил Норткампф.
— Оскорбление гражданина Пьера Дюшато в адрес гражданина Петера Норткампфа зафиксировано. Господин Норткампф вправе подать в суд на общих основаниях. Спасибо за то, что воспользовались правом на Вызов и приняли его. Вызов завершен, желаю всем хорошего дня.
Когда Кавано, Маркус и Норткампф вышли из здания, старый чемпион устало сел на ступеньки, достал из кармана портсигар и вынул из него единственную сигару, щелкнул зажигалкой.
— Восемь лет хранил, — сказал он, выпуская струю дыма.
— Сигару?
— Да. Я так-то не курю, но была у меня привычка такая — выкуривать сигару после победы. Когда окончательно ушел из спорта — эта последняя оставалась. Хранил на счастье, думал — не пригодится уже. А она вот взяла да пригодилась. Сейчас словно на двадцать лет назад вернулся, когда завоевал победу на чемпионате Доминиона в полутяжелом весе по версии европейской ассоциации. Только эта вот победа для меня важнее прежней.
— Понимаю, — сказал Маркус.
— Хе-хе… Парень запомнит на всю жизнь. Вы этого хотели?
— Вы превзошли мои самые смелые ожидания, Петер. Знаете, вы мне с первого взгляда напомнили старого бабуина.
— Чего-о⁈ — возмутился Норткампф.
— В хорошем смысле. Старые бабуины-самцы, которым, в принципе, жить осталось немного и терять особо нечего, иногда объединяются в группы с несколькими такими же старыми смертниками и охотятся на своего злейшего врага, леопарда, чтобы обезопасить от него свое потомство. Дерутся они отчаянно, совершенно не заботясь о себе, и хотя большинство бабуинов в бою погибает либо получает смертельные раны, леопарду, как правило, спастись не удается.
— А, вот вы о чем… Да, угадали, мсье астронавт. Я был готов сдохнуть, но отправить его в больницу. Что и сделал. Полагаю, лечение обойдется тысяч в семьдесят, а то и в сотню, если мсье Виллем захочет ходить без палочки — без операции никак. Больница — недели на три, полагаю. Итого вы мне должны приблизительно сто тридцать — сто семьдесят тысяч. Еще с секунданта десятку взыщу… Хватит и дочке на операцию по первому классу, и нам с женой на небольшой отдых, еще и припасу немного на черный день…
Маркус кивнул, доставая ПЦП:
— Да, работа отличная. Перечисляю вам сто пятьдесят тысяч, если в итоге надо будет больше — докину. И вот еще пятьсот на расходы по расторжению брака. Спасибо вам, Петер.
Старый боец вынул изо рта окурок сигары и затушил о ступеньку, затем повернул к Маркусу широкое, улыбающееся лицо:
— Да нет, это вам спасибо, мсье астронавт. Знаете, защищать кого-то — совсем не то же самое, что отбирать. Я вот, положа руку на сердце, погано себя чувствовал. Не в своей тарелке. Не приучен был отбирать чужое, понимаете? Нет, ради дочки я бы на что угодно пошел, но теперь… Теперь я и дальше буду жить в мире с собственной совестью.
— Вас подвезти домой?
— Нет, спасибо. Сейчас позвоню жене, пускай доктора заказывают искусственный клапан и готовят мою девочку к операции. И пойду, прогуляюсь. Больница тут рядом, всего два квартала.
Маркус попрощался с Норткампфом и оглянулся в поисках Кавано. Тот как раз вернулся вместе с сияющей от счастья Маделиной. Женщина в избытке чувств поцеловала в щеку вначале Норткампфа, затем Маркуса.
— Хорошо, что моя жена не видит, — ухмыльнулся старый боец.
Покидая комплекс, Маркус в последний раз оглянулся на сидящего на ступеньках пожилого человека с широким, покрытым морщинами лицом, немного грустной улыбкой и глазами бабуина-убийцы.
* * *
Вечером Маркусу позвонила Пайпер.
— Слыхала, ты преуспел?
— И больше, чем ты думаешь. Кавано все записал на видео, теперь нам осталось собрать побольше таких записей.
— Не поняла, каких записей и зачем?
— Агрессор в больнице с переломом коленного сустава. Еще несколько таких видео — и Кавано будет монтировать фильм о том, что бывает с теми, кто покушается на наше общество. Девяносто процентов Вызовов можно
