Двойной удар цветущей сакуры - Рина Львович

Второй молодой господин поставил чашку на татами с глухим, четким стуком. Его взгляд был тяжелым, но в нем больше не было той слепой ярости, что в тренировочном зале. Он смотрел на девушек как на странный, непонятный, но крайне опасный механизм. Упоминание Ходзё мгновенно вернуло его в состояние боевой готовности.

— Говори, — коротко приказал он, глядя прямо в глаза Асе. — Только без загадок и метафор. И помни: если эта беседа окажется очередной попыткой поиздеваться над моим достоинством, чайная комната станет последним местом, где ты видела свет.

Араками переглянулся с Касуми, и в его глазах промелькнуло предостережение: «Сцена готова, теперь ваш выход». Старший Минамото откинулся назад, скрестив руки на груди, готовый сменить роль соучастника на роль наблюдателя за тем, как Ася будет вбивать правду в голову самого упрямого человека в Японии.

Фукуи спрятала улыбку за рукой, а потом повторила все то, что было сказано старшему брату в подвале.

— Вы собираетесь заключить сделку по китайскому шелку через несколько дней. — Ася была не так мягка как подруга, наоборот она являлась зеркалом для Ёсихиро. — Так вот. Ходзё затопят корабль. Затем они предложат вам помощь, чтобы закрыть финансовую дыру. Но это будет первый шаг вашей от них зависимости, а их — к захвату рынка. Думаю, такой информации достаточно, чтобы выяснить, говорим ли мы правду. Подмените товар на корабле, но так, чтобы об этом никто не знал. И увидите, что произойдет.

Самурай замер. В комнате стало так тихо, что было слышно, как догорает фитиль в лампе. Информация о сделке с китайским шелком была строжайшим секретом, который знали лишь он, его ближайшие советники и, возможно, несколько доверенных лиц. То, что две чужестранки, проведшие последние дни в подвале, рассказывали детали предстоящей операции, было не просто странно — это было пугающе. Его зеленые глаза сузились, превратившись в две ледяные щели. Он медленно перевел взгляд с Касуми на Асю. В этом взгляде больше не было раздражения — теперь там была холодная, расчетливая оценка опасности.

— Откуда? — одно слово, произнесенное почти шепотом, но с силой удара молота. — Кто передал вам сведения о шелке? Такео? Или кто-то из старейшин решил поиграть в предательство?

Араками, который до этого просто наслаждался моментом, вдруг сам напрягся. Он понял, что ситуация выходит из-под контроля: младший брат сейчас видел в девушках не «интересных гостей», а шпионов высокого уровня, способных проникнуть в самые глубокие тайны клана Минамото.

— Ёси, успокойся! — вмешался первый молодой господин, стараясь разрядить обстановку. — Они же говорили, что видят будущее и умеют сопоставлять фкты! Это не шпионаж, это... предсказание!

Самурай резко повернул голову к брату, и тот на мгновение замолчал под этим взглядом. Затем второй наследник снова посмотрел на Асю. Её уверенность, её отказ играть в дипломатию и этот вызов в глазах... это было похоже на него самого.

— Подменить товар... — медленно повторил Ёсихиро. Он обдумывал план. Если это правда, то Ходзё действительно заманили в ловушку не только его, но и весь клан. Если же это ложь, то он просто потеряет ценный груз из-за советов девчонок. Самурай молчал несколько долгих секунд, а затем неожиданно для всех коротко кивнул. — Я сделаю это. Но если корабль придет в порт без потерь, а сделка пройдет успешно... — мужчина сделал паузу, и в его голосе прозвучала сталь, — вы обе отправитесь в подвал навсегда.

— Думаешь, это нас удержит? — Ася наклонила голову. — Если запрешь, то пожалеешь! Я действительно приду за твоей жизнью! Да я зубами прогрызу тоннель к свободе!

Ёсихиро посмотрел на блондинку с выражением, в котором смешались недоумение и какое-то странное, почти болезненное уважение. Он привык к страху, к покорности или к открытой ненависти, но эта яростная готовность «грызть землю зубами» была для него чем-то запредельным. Это была воля, которую он всегда ценил, но которая теперь была направлена против него самого.

— Твоя уверенность граничит с безумием, — тихо произнес самурай, и в его голосе впервые за всё время прозвучал металл, который не пытался подавить, а скорее признавал равного. — Но безумие иногда бывает единственным способом выжить там, где логика бессильна.

Араками, наблюдавший за этой сценой, вдруг тихонько рассмеялся. Он чувствовал, как в комнате происходит тектонический сдвиг: младший Минамото перестал видеть в девушках «пленниц» и начал видеть в них союзников, пусть и крайне неудобных.

— О, мой дорогой брат, признай это! — пропел первый гсоподин, вскинув руки. — Тебе наконец-то стало скучно быть единственным сильным человеком в этом доме. Тебе нравится эта бешеная энергия, которая сейчас буквально искрит между тобой и Асей-сан.

— Заткнись, Ар, — бросил Ёсихиро, не глядя на брата. Его взгляд был прикован к девушкам. — Допустим, я проверю вашу информацию. Если корабль действительно атакуют... — он сделал паузу, словно примеряя на себя непривычную роль ученика, — что вы посоветуете делать

— В вашем клане действительно есть предатель, ведь Ходзё известен каждый ваш шаг. Поэтому о ловушке должны знать только мы четверо. — Косуми была серьезна, как никогда.

Слова Фукуи о предателе попали в самую цель. Ёсихиро и сам подозревал, что в его окружении завелись «кроты», но признать это вслух означало расписаться в собственной уязвимости. Его челюсть сжалась так, что на скулах выступили желваки.

— Что касается предателя... — Арками прищурился. — Если Ходзё знают каждый наш шаг, значит, крыса сидит очень близко. Возможно, даже ближе, чем нам кажется. Если мы действительно объединимся, нам придется провести чистку в доме. И я с огромным удовольствием помогу Ёси. — старший Минамото хищно улыбнулся, —...вырезать все гнилые корни из нашего семейного древа.

Самурай медленно встал. Его фигура возвышалась над татами, создавая тень, которая накрыла всю компанию. — Хорошо. Мы проверим информацию с кораблем. До этого момента вы остаетесь в поместье. Но... — он посмотрел на Асю, —...никаких подвалов. Вы будете находиться под моим присмотром. И если кто-то из вас попытается «прогрызть тоннель», я лично прослежу за тем, чтобы вы сделали это в максимально неудобном месте. Араками, забудь про свои игры. Если они правы, значит, мы действительно стоим на краю пропасти. И нам придется научиться ходить в одном ритме, если мы не хотим свалиться туда вместе.

С этими словами он вышел из комнаты, оставив после себя тяжелый шлейф власти и ледяного спокойствия. Араками с облегчением рухнул обратно на татами.

— Боги... я думал, он всё-таки придушит нас прямо здесь, — прошептал он, глядя на блондинку с нескрываемым восхищением. — Ася-сан, вы только что сделали то, чего я