Двойной удар цветущей сакуры - Рина Львович

— Для начала, — оборвала Горная оптимиста, — найдите предателя,

— Но не уничтожайте его, — добавила Косуми, используйте. — Ложные сведения делают игру гораздо интереснее.

На лице Араками медленно расцвела улыбка, которая была по-настоящему пугающей. В этот момент он выглядел не как шут и даже не как наследник, а как истинный мастер интриг, который только что получил в руки идеальный инструмент.

— Использовать предателя... — прошептал он, смакуя каждое слово. — Скармливать ему ложь, чтобы он передавал её Ходзё, заставляя их строить планы на основе наших иллюзий... — парень наклонился к каскадерше очень близко и практически зашептал ей в губ. — Боже, Касуми-сан, вы просто гений. Это же куда изысканнее, чем простое отсечение головы. — Парень снова откинулся на подушки. — Это превращает войну в шахматную партию, где противник уверен, что он гроссмейстер, в то время как он всего лишь пешка в нашем спектакле. — Молодой человек представил, как Момока и её отец будут уверенно двигаться к цели, которая на самом деле является капканом, расставленным ими самими. Эта мысль приносила ему почти физическое удовольствие. — Брат этого не поймет, — добавил Арками, уже поднимаясь на ноги. — Он привык рубить головы предателям сразу. Для него верность — это абсолют, а предательство — это грязь, которую нужно смыть кровью. Но я... я смогу убедить его, что «игра втемную» — это единственный способ узнать, кто ещё стоит за спиной Ходзё. — В движениях наследника снова появилась та самая хищная энергия. Его глаза сияли предвкушением. — Я уже вижу это! Мы дадим им «секретную» информацию о перемещениях Ёси, заставим их собрать все силы в одной точке, а затем... — он сделал паузу, театрально задумавшись, —...затем мы просто захлопнем ловушку. — Старший Минамото посмотрел на блондинку, и в его взгляде промелькнуло нечто похожее на партнерство. — Видишь, Ася-сан? Твои «удары» и её «сценарии» создают идеальный союз. Значит, план таков: Ёсихиро занимается грузом и «стальной» частью операции, я занимаюсь «грязной» работой с крысами в стенах, а вы... вы просто постарайтесь не сжечь восточное крыло до того, как мы увидим падение Ходзё. Это было бы слишком поспешным финалом.

— Подожди. — Остановила Ася мужчину. — Если мы начнем играть в невинных овечек, то это будет подозрительным.

— Нам нужно продолжать мини-диверсии против Ёсихиро. — вступила Касуми. — Это лишь докажет, что между вами не может быть союза. Предупреди его, что любимые места по-прежнему должны страдать.

Араками остановился как вкопанный, и его лицо медленно вытянулось в выражении крайнего изумления. Он обернулся к девушкам, и в его глазах вспыхнул такой искренний восторг, что он почти выглядел влюбленным в саму идею этого обмана.

— Вы... вы просто монстры, — прошептал он с придыханием, и в его голосе звучало почти религиозное почтение. — Продолжать войну на виду у всех, чтобы скрыть мир в тенях. Использовать мою ненависть к дисциплине Ёси и его ярость как дымовую завесу... Это не просто тактика, это настоящее искусство! Боги, вы действительно продумали всё до мелочей. — Он представил, как младший брат будет в бешенстве обнаруживать новые «сюрпризы» в своих любимых местах, в то время как они втайне будут обсуждать стратегию уничтожения Ходзё. Эта мысль вызвала у него приступ почти истерического смеха. — Представляю его лицо! Предатель будет думать: «Боже, эти девчонки окончательно сошли с ума», и в этом своём праведном гневе он даже не заметит, как мы затягиваем петлю на его шее. Я с огромным удовольствием продолжу играть роль «невыносимого младшего брата», который поощряет ваш хаос. — Мужчина снова посмотрел на девушек, и теперь в его взгляде было что-то похожее на признание. — Я предупрежу его. Скажу, что ваши «подарки» будут продолжаться, и что ваше уважение к нему прямо пропорционально количеству испорченных вещей в поместье. Ёсихиро будет в ярости, а я... я буду в восторге. — Араками сделал шаг вперед, сливаясь с тенями коридора.

Девушки двигались по направлению к своей комнате. Ася была сама грозовая туча, а Косуми пыталась успокоить свою подругу.

— Да чтоб он подавился своим чаем! — Рык блондинки разнесся по всмеу поместью. — Если он хочет войны, то он ее получит!

Фукуи вздрогнула от грохота двери, но даже в этот момент на её губах играла лёгкая, едва заметная улыбка. Она привыкла к таким вспышкам Аси — это была та самая энергия, которая позволяла им выживать там, где другие ломались. Однако сейчас эта энергия была направлена в русло чистого, дистиллированного хаоса.

— Спокойно, дорогая... — тихо произнесла Косуми, осторожно обходя разгневанную подругу, чтобы не попасть под горячую руку. — Помни, что мы сейчас не просто «наваляли и ушли». Мы играем в очень долгую и опасную партию. Если ты разнесешь всё поместье в первый же день нашего освобождения, нам просто негде будет ждать своего шоколада.

Морпех в ответ лишь издала звук, подозрительно похожий на рычание. Она начала расхаживать по комнате, словно запертый в клетке тигр, и каждый её шаг заставлял половицы жалобно скрипеть.

— Шоколад! Вечно ты думаешь об этом шоколаде! — вспыхнула капитан, резко остановившись и скрестив руки на груди. — Эти двое... они считают, что могут купить нас сладостями и парой красивых слов о «трагедиях детства». Один — каменная глыба, второй — извращенный павлин. Я чувствую, как у меня зудит кулак, Касуми! — Она посмотрела в окно, за которым раскинулись ухоженные сады клана Минамото. В её глазах зажегся тот самый огонек, который Араками назвал «монструозным». — Раз они хотят диверсий... — прошипела Ася, и в её голосе зазвучали нотки настоящего тактического планирования, —...то завтра утром Ёсихиро обнаружит, что его любимый тренировочный зал превратился в одно большое скользкое озеро. Или что все его кимоно теперь пахнут тухлой рыбой. Мы устроим им такую «войну», что они сами приползут к нам умолять о пощаде! — Неожиданно блондинка улыбнулась и прошептала одними губами. — Я же была хороша? Меня бы взяли актрисой в твой сериал? — и озорно подмигнула подруге.

Фукуи на мгновение замерла, а затем разразилась тихим, искренним смехом, который окончательно разрядил обстановку в комнате. Она посмотрела на подругу — только что яростную и опасную, а теперь сияющую озорным предвкушением — и покачала головой.

— О, Ася... — протянула каскадерша, лукаво прищурившись. — Ты была просто великолепна. Твоё умение переходить от состояния «я сейчас уничтожу этот мир» к «я просто хочу шоколада» за две секунды — это уровень Оскара. Ты бы не просто попала в сериал, ты бы стала главной звездой. Самым непредсказуемым персонажем,