архитекторам. Они бы рассчитали идеальные пропорции, нашли бы лучшие материалы.
Да, вышло бы дороже. Но такой артефакт стал бы вечным. И его возможности просто сносили бы всем крышу.
Здесь — совсем другое. Работаю с тем, что есть. И это тоже по-своему интересно.
Я ещё раз объяснил Катарине, как пользоваться машиной — какие рычаги за что отвечают, как переключать формы блоков, как регулировать мощность.
Она кивала, запоминала. Умная девочка.
— Справишься? — уточнил я.
— Справлюсь.
— Если что — зови, — кивнул я и пошёл искать старосту.
Нашёл Степана у новых домов. Он что-то обсуждал с каменщиками, приветливо улыбаясь. Увидел меня и поклонился.
— Ваша милость! Это просто замечательно! — воскликнул он.
— Что замечательно?
— Машина ваша! Вся деревня очень рада, что вы такую штуку смастерили! — объяснил староста.
Я не на шутку удивился. Вообще-то, ожидал получить жалобы. Мол, нагрузка большая, людей не хватает, все устали. А тут такая реакция.
— В чём радость-то? Вы какие-то мазохисты, что ли?
— Почему мазохисты? — Степан моргнул. — Нормальные люди.
— Как это понимать? Смотри сам. На первой камневарке, которая, кстати, развалилась при демонтаже, работало человек двадцать. А сейчас на эту каменную махину нужно больше полусотни работников. Таскают, возят, загружают. И вы ещё довольные ходите?
Степан лишь шире улыбнулся.
— Так в том и радость! Чем больше людей при деле, чем больше работы — тем они счастливее!
Я задумался.
Ну, в целом-то замечательно. Выходит, я некоторых загружаю так, что они не знают, когда спать — а они всё равно счастливы.
Но это странно.
Я поблагодарил Степана и пошёл обратно к Катарине.
— Знаешь, — сказал я, подойдя, — разговаривал только что со старостой. Он говорит, люди счастливы, что работы много. Ты не знаешь, почему? Мне что-то казалось, мои подданные более ленивые.
Катарина хмыкнула.
— Сразу видно, господин граф, что ты мало со своими людьми общаешься.
— В смысле?
— Ты обеспечил им бесперебойный поток дичи. У них теперь постоянно есть мясо. В лесу стало безопаснее — можно спокойно собирать ягоды и грибы. Плюс одежда, производство которой ты наладил благодаря той семье, — объяснил ведьма.
Нет, ну это и так понятно. Еда, безопасность — основа. А с одеждой и правда, кстати, была полная лажа. Раньше люди ходили чуть ли не в обносках, латаных-перелатанных. А сейчас семья кожевников, которых я нанял, уже закончили заказ для армии и жителей имения. Начали шить на деревню. Скоро и в запас пойдёт.
— Люди видят, что жизнь налаживается, — продолжила Катарина. — Конечно, они счастливы работать.
Она помолчала и добавила:
— Но есть и другое.
— Что?
— Они боятся, что всё это однажды прекратится. Что ты посчитаешь их бесполезными и перестанешь кормить. Поэтому они так стараются заполучить работу и твоё одобрение, — Катарина вздохнул. — Опыт научил их, что хорошие времена не длятся вечно. Дичь закончится, настанут голодные дни. И тогда кормить будут только тех, кто полезен.
Я покачал головой. Они явно не понимают, о чём говорят.
Чтобы в этих лесах закончилась дичь, нужно обрушить какой-нибудь огненный армагеддон и выжечь всё живое. И то вряд ли получится. Магический фон этого мира настолько насыщенный, что животные растут гораздо быстрее обычного.
Люди, к слову, почему-то нет. А вот звери — прямо прут.
Это немного напрягает. Потому что инсектоиды тоже как бы животные. И если у них тоже ускоренный рост…
Будет нехорошо.
Интересно, кстати, это всё работает.
Травоядные едят растения. Растения прорастают из земли, а земля здесь пропитана магией после Падения. Вот рост травоядных и увеличивается.
Те, кто потом ест мясо этих животных, тоже получают лёгкий магический эффект. Но это не даёт какого-то взрывного роста — просто здоровые, крепкие звери.
На хищников магический фон работает меньше, хотя действует и на них тоже.
А мяса вокруг — в изобилии. Травоядных расплодилось столько, что куда ни пойди — везде добыча. Для хищников раздолье. Можно спокойно охотиться и спокойно плодиться.
Я как-то видел через сторожевые нити, как пробежала стая волков. Больше трёхсот голов. И это были не самые простые волки.
— О чём задумался? — спросила Катарина.
— О волках, — ответил я.
— О волках?
— Потом расскажу. Работай давай.
Она фыркнула, но вернулась к рычагам.
А я пошёл дальше — проверять, как идут дела в остальной деревне. Проверил, и отправился в имение.
Войдя в свой кабинет, погрузился в работу.
Камни, руны, зачарования. Привычное дело, успокаивает нервы. Особенно после разговора о счастливых крестьянах и голодных временах.
Но не прошло и часа, как в дверь быстро и громко постучали.
Не дождавшись приглашения, внутрь ворвалась Катарина. Глаза у неё были круглыми, как блюдца, лицо вдвое бледнее обычного.
— Всё пропало! — выкрикнула она.
Я долго смотрел на неё. А ведьма ждала моей реакции и молчала, только дышала тяжело.
— Женщина, ты что, сломала мою машину? — невозмутимо спросил я.
Она опустила глаза.
— Да ладно, — я отложил инструменты. — Я бы даже если захотел — не смог бы сломать. Что случилось? Я же проверял, всё работало.
— Я допустила ошибку. Готова понести наказание, — пробормотала Катарина.
— Какую ошибку можно допустить? Я только что тебе всё объяснил, всё показал.
— Тебе лучше самому увидеть…
— Может, расскажешь? Туда ехать долго, а у меня дел полно.
— Нет. Тебе лучше увидеть, — настаивала ведьма.
— Ладно, — вздохнул я. — Пойдём.
* * *
Когда мы прибыли на место, машина работала на полную мощность.
Безостановочно, с грохотом, она выплёвывала одну за другой каменные трубы диаметром почти в метр. Рядом уже выросла целая гора. Деревенские стояли в шоке, глядя на растущую кучу непонятной продукции.
Я посмотрел на это и покачал головой.
— Понятно. Ты решила за раз влить побольше энергии и посмотреть, насколько хватит. Верно?
Катарина виновато кивнула.
— Я же тебе объяснял, какой нам нужен камень?
— Розовый, — ответила ведьма.
— Ну вот, приехали. Я же дал инструкцию, как пользоваться управляющим устройством. Сам лично написал, вот этими руками! С чего ты взяла, что розовый?
— Так ты же сам сказал!
Я подошёл к барабану управления. Посмотрел на то, как всё настроено.
Выбрана была фуксия.
В камневарку залито столько энергии, что она теперь не остановится, пока всё не израсходует. Функции аварийного отключения пока
