в другой конец коридора. — Лежат вещдоки от почти сотни уголовных дел. Если ты не хочешь, чтобы твой волос оказался там, или чешуйка кожи, или капля после того, как чихнешь — надевай стерильный костюм.
— Да я, наверное, кота и так опишу.
— Ты на него посмотри сначала. Для мистера Хайни могли и отловить какого-то левого, — хохотнул Рельфи. — Чтобы не расстраивать старика.
— Даже так? Ладно, — почесал я затылок.
Делать нечего — пришлось раздеваться. Благо, к нижнему белью претензий не высказывали — но футболку настоятельно потребовали стянуть.
— Жарко будет, вспотеешь весь. Это ж пластик, он без вентиляции.
Пришлось последовать совету — тем более что сам сержант довольно шустро переоделся и стоял в костюме с бахилами, терпеливо дожидаясь. Разве что капюшон на голове с фильтр-маской не застегнул.
Заодно разглядел татуировки на его плечах — крылья и знамена. Такие попадались в парках, где под стеклом были фотографии героев и эмблемы их полков. Наверное, воевал — тут многих зацепило прошлым конфликтом.
Пластиковый костюм был мне слегка большеват — или, вернее сказать, универсален, на любую фигуру. Он неприятно скрипел на сгибах, через него не так уж и хорошо дышалось — но пусть так, чем потом стать главным подозреваемым в каком-нибудь массовом убийстве. Вряд ли вход в отдел с вещдоками кем-нибудь санкционирован — не уровень это сержанта. Просто очередная уступка «по знакомству» — и не мне, а пропавшему где-то Гаусу Хайни.
«Надо будет выяснить про него побольше», — оставил я себе отметку в памяти.
Ведь должен был засветиться где-то — с таким-то размахом знакомств и влияния. Оно ведь не на пустом месте появилось — обязаны быть какие-то очерки в газетах, сводки, новости с его именем. Если цензура не выпилила все — но это вряд ли. Герои всем нужны на виду, а отношение к бывшему генерал-лейтенанту именно такое.
Сержант открыл прежним ключом новую дверь и указал дальше — в затененный коридор с еще одной дверью. Туда же и прошел первым.
Напоследок я бросил взгляд на шкафчик со своей одеждой — там через карман замигал вызовом экран сотового.
«Увы, никак», — Тут же прикрыл я створку за собой и пошел дальше.
В новом помещении обнаружилась тюремная камера — справа, сразу за выступом стены. На этот раз — условно комфортабельная, уже не из фильмов ужасов, а из бытовой действительности. Обычная — даже сортир выполнен керамическим унитазом, как и раковина. Бетонный пол вымыт, решетки нормальные. Откатная дверь на электромагнитном замке стояла открытой. На широких нарах — белье и одеяло в наволочке.
— Ты тут жди, я договорюсь, — пробубнил сержант приглушенно сквозь костюм, отправившись к очередной проходной двери. — Что? — Заметил он взгляд. — Сплю я тут, в город далеко кататься. Ты пока присаживайся, — кивнул он на нары.
— Да я постою.
— Как хочешь, — не стал он спорить.
Сержант постучал в дверь, представился — и с той стороны щелкнул замок. Нешироко открылась дверь — ровно ему протиснуться, что тот и сделал.
Потянулись минуты ожидания, которые я разбавлял шагами туда-сюда перед решеткой.
Покрутил головой — нашел глазок видеокамеры, вполне современной, запрятанной под потолком. Она и выделялась, что там не было вездесущей паутины.
«Интересно, зачем мы там переодевались, если он тут спит?» — От безделья размышлял я лениво, глядя на заправленную постель. — «Не в пленке же он это делает, значит, всякого на полу полно».
Впрочем, вряд ли у них тут часто хранят вещдоки — так что вымыл полы, да и все…
Вновь посмотрел на дверь, в которую ушел сержант — дальше, видимо, «чистая комната» — видел я такие по ТВ. Хотя вряд ли все так строго — оно ведь в грузовике в пакетах все было. Моего кота при мне упаковывали.
«Тогда какого черта мы в этих костюмах?» — Удивился я. — «Не стали же грабители рвать пакеты. А если и стали — то перепечатать в новые не займет много времени».
Что-то стало не по себе. И от давящей атмосферы комнатки, и фильтр-маска отрабатывала так себе — снова полиция сэкономила, наверное.
И от догадки, что вообще не нужны тут такие костюмы — ну где такое вообще видано?
«Они ведь в больницах или в зонах заражения только и применяются…» — Сказал я сам себе, да так и замер.
Все нестыковки, все совпадения, все попытки похищения — все встало на свои места, если взять участок дня не от заявления куратора. А от момента контакта с зараженным пациентом — пораженным вирусом, который обычный студент без моих навыков просто вынес бы на поверхность.
Смертельного вируса, который не добыть больше никак — только в закрытых государственных заведениях. Или путем подлога, подмены — в Хранилище.
«Не я им нужен», — тяжело дышал я.
Маска потела — дешевый, плохой костюм.
«Им нужен был вирус».
Я дернул ручку двери, ведущую наружу — кот подождет, тут события пострашнее. Надо сказать Эффе.
Дверь не поддалась — закрыта.
Метнулся к другой двери, застучал:
— Сержант Рельфи! Кто-нибудь!
Оттуда — тишина. Дверь закрыта.
Замкнутое помещение, открытая тюремная камера, две закрытые железные двери.
«Глазок видеокамеры!» — Я принялся, глядя на нее, заполошно кричать и махать руками.
Еще и потому, что стало совсем плохо — даже в глазах потемнело и слабость напала. То ли от догадки, то ли этот клятый костюм виноват.
«Но он же уже не нужен — его можно стянуть!»
Застегивать его помогал Рельфи — сложная система с застежкой на спине. Но я примерно помню, я дотянусь. Только присяду на пол.
Сел, потянулся рукой за спину. Качнулся, чувствуя, как теряю равновесие, и упал на бок.
Как открылась железная дверь, и в помещение вошли сержант Рельфи и мистер Хайни — оба в герметичных костюмах — увидел, уже теряя сознание.
— Крепок, — сухо произнес Хайни.
— Я всыпал ему в костюм двойную дозу. — Словно оправдывался Рельфи.
— Говорю же — крепок. И в камеру не зашел.
— Вроде, сообразил под конец.
— Уже не важно. Затаскивай, — отвернулся он от меня.
Картинка в глазах сменилась на монотонный рельеф бетонного пола, по которому меня потащили.
«Они — Хайни, Эффа, похитители, Рельфи, начальник гарнизона — хотели получить вирус. Только вируса ведь нет», — пронеслось удовлетворенное, и изображение пропало совсем.
Глава 15
