всё то, чего хотела. Дядя на это смотрел сквозь пальцы, хотя иногда и запрещал какие-то вещи.
Но в основном, махал на причуды племянницы рукой. И если против стрельбы и конного спорта у него находились возражения, то какие могли быть поводы не допускать девушку до углубленного изучения физики?
Единственное, что бесило её дядю, это то, что О На Ён категорически отказывалась от постоянной охраны. Даже на выездах, подобных олимпиаде в Пусане.
— Но если что-то вдруг случится? — перед самым выездом сказал президент. — Рядом должны быть люди, которые смогут тебя защитить, если что.
— Что может случиться на олимпиаде по физике? — хохотнула в ответ О На Ён. — Разве что какой-нибудь заучка попытается мне помочь и объяснить смысл сложных формул.
— Ты не понимаешь всей опасности нашей жизни, — он лишь покачал головой. — Молодости свойственно недооценивать угрозы.
— Послушай, Пэк Джи А — то есть я, простая девчонка. Ребята из группы не поймут, если я вдруг заявлюсь с телохранителем. Они его ещё за папика могут принять.
Тут она уж не сдержалась и расхохоталась в голос, представив себе эту картину. Президент сжал губы и даже немного покраснел, но сдержался и не стал ничего говорить. А, как обычно махнул рукой и пошёл к себе в кабинет.
А вот О На Ён смотрела ему вслед и продолжала смеяться.
Прошло всего лишь несколько дней, а она уже пожалела, что тогда отнеслась к словам дяди поверхностно. Она участвовала в олимпиаде вместе с вторыми классами старших школ. И всё шло отлично до окончания третьего этапа, когда вдруг на территорию университета стянули технику.
Дядя позвонил О На Ён практически мгновенно.
— У вас в университете ЧП.
— Что случилось?
— Слушай и запоминай. Внутри орудуют преступники, которые захватили некий реагент. Информация секретная, так что не распространяйся. Университет сейчас окружён, и из него не выпустят никого до тех пор, пока бандитов не нейтрализуют. Ты — исключение. Через некоторое время к тебе подойдёт человек из спецслужб и выведет тебя наружу.
— Не, я так не хочу, — ответила девушка, оглядев свою группу. — Я должна быть со всеми вместе. В конце концов я могу и бандитов обезвредить.
— Не смей! Это приказ! Ты должна немедленно!..
Но девушка уже отключила телефон. Она терпеть не могла, когда ей пытались приказывать. Наконец-то у неё есть возможность испытать настоящее приключение, а дядя хочет, чтобы она не только смотрела на всё это по телевизору, но и бросила ребят, с которыми вместе в эту ситуацию попала. Ну уж нет!
Правда, в её группе не нашлось столь же смелых ребят, как в группе Гису. Тут все спрятались под парты и старались дышать через раз. Да и экзаменатором у них была молодая девушка, которая сделала практически то же самое.
Поэтому, когда О На Ён приблизилась к двери её лишь окликнули шёпотом.
— Ты куда⁈ Туда нельзя!
— Полагаю, что смогу помочь, — она качнула головой и непослушные волосы тёмным водопадом расплескались по её плечам.
Уже выйдя в коридор, где были слышны короткие команды и даже редкие выстрелы, О На Ён подумала, что может быть лучше было бы остаться в аудитории и сделать то, как приказал ей дядя. Однако внутренняя гордость не дала ей вернуться, и девушка решила пробираться дальше сама.
Свет в коридорах по какой-то причине отключили. О На Ён откровенно не понимала, зачем это нужно. При свете преступников должно быть гораздо лучше видно. Но, что есть то есть.
По чёрной лестнице, которой обычно не пользуются в обычное время она аккуратно спустилась вниз. Этаж за этажом, пролёт за пролётом она прислушивалась. Иногда резкие лающие приказы военных звучали совсем рядом, как будто бы за стеной. В такие моменты она замирала и старалась вообще не издавать звуков.
Затем наступая исключительно на носочки своих дорогущих кроссовок, шла дальше. Время перестало для неё существовать. Были только звуки. Причём, иногда О На Ён казалось, что она слышит чей-то шёпот. И, если она хотела сама захватить бандитов, то надо было следить за ним. Но девушке уже хотелось держаться подальше от него.
Она даже подумала, а не сдаться ли ей уже силовикам? Да, будет скандал, зато окончится это хождение украдкой по тёмным коридорам.
И в этот момент она задела ногой что-то стеклянное, возможно оставленную тут кем-то бутылку. Та не разбилась, но со звоном, кажущемся оглушительным, покатилась в сторону.
— Тут кто-то есть, — раздалось совсем рядом из-за стенки. — Пятый, я сейчас проверю.
Инстинктивно девушка дёрнулась прочь, стараясь вжаться в стену. И даже не поняла, что спиной упёрлась во что-то мягкое. Но закричать она не успела, потому что на рот ей легла широкая мужская ладонь.
— Тихо! Не ори, и может быть, выживешь.
* * *
— Хан, мы можем его вытащить?
Бэк Чхоль был сосредоточен и знал, что его слова могут быть излишни, но он должен был на сто процентов контролировать обстановку.
— Я работаю над этим, — сквозь зубы проговорил Хан Чжун. — Я облажался, я всё исправлю.
— Ну, всё, теперь мы точно не исправим, — заметил на это Бэк Чхоль. — Потому что за нами уже выехали.
— Но побороться мы ещё сможем.
Дверь на склад, где застряли Юн Кван и ещё один человек из их группы, получилось открыть минут через пятнадцать. К этому времени университет уже был полностью окружён, и замыкался второй круг безопасности.
Юн Кван, так и не отпустивший бочку с реагентом, с холодной решимостью смотрел на предводителя их группы.
— Что мы можем сделать? — спросил он, чувствуя внутри досаду. — Сдаваться никак нельзя.
— А кто сказал, что мы будем сдаваться? — усмехнулся Бэк Чхоль, в котором говорила уверенность. — Мы поступим так, как и планировали в случае провала тихой операции.
Тут на него уже посмотрели все участники группы, потому что о запасном плане были осведомлены далеко не все.
— Что нам нужно делать?
— Тут целый университет набитый детишками чеболей. Мы возьмём заложников, — проговорил Бэк Чхоль, оглядев свою группу. — Все, кроме Юн Квана и Су Джи расходятся парами по ближайшим помещениям университета и берут в заложники студентов. Так у нас, по крайней мере, будет шанс выбраться. Наши требования могут услышать.
Хан Чжун попал в пару к молодому бойцу, которого он не знал. Учеником школы, приехавшим на олимпиаду по физике, он прикидывался вместе с Юн Кваном, а этого парня видел только на общих собраниях. Узнавать у него имя и фамилию он сейчас не торопился, важно было, как они отработают.
Оба действовали скрытно и очень
