счёт, — наконец решился я.
— Ого, — вновь ироничная улыбка тронула губы Зельды, — даже не поинтересуешься что там? Ты точно школяр, который прогуливает родительские денежки!
Я чуть откинулся… Блин, почему на этих лавках нет спинок⁈ Спокойно, даже отчасти холодно посмотрел на Зельду, проговорил размеренно и немного устало:
— Я был студентом, это правда… Но кое-что в моей жизни поменялось. Я бы сказал, очень радикально. Так что теперь, как выразились вы, милая дама, денежки я прогуливаю свои… Да и не прогуливаю, — словно само собой вырвалось со вздохом. Помолчал, добавил, — совсем не прогуливаю… — И чтоб сменить тему предложил: — давайте я за вами поухаживаю.
— Вот как? — Зельда задумалась, взглянула на Терезу. Подождала, пока я разливаю. — А чем ты занимаешься?
— Я? — пожал плечами, ставя кувшин на столь. — Делаю этот мир немного… лучше.
Я хотел сказать «чище», но побоялся, что «чистоту» девушки воспримут в прямом смысле.
— Любезный, — поймал я пробегавшего мимо служку за рукав, — принеси кружку пива. Не самого дешёвого, но и дорогого не надо. — как бы поясняя дамам добавил: — всё равно я в дорогих напитках ничего не понимаю. Я тоже не из панов.
А когда «официант» убежал, я вернулся к разговору.
— Но что мы всё обо мне, да обо мне? — я поднял бровь. — Разве должен мужчина разливаться соловьем о своих… хм, подвигах. О мужчине должны говорить его дела… И поступки… Вы согласны?
Судя по виду, девушки были ещё как согласны.
— Давайте поговорим о моём ангеле? Ведь кроме имени я пока не знаю ничего.
— Ого! Уже твоём? — деланно удивилась Зельда, пригубив стакан.
— Вообще-то… — проговорила Тереза с заминкой, — у меня парень есть…
— Правда? — настал черёд мне изображать удивление. — И где же он? Почему он оставил вас скучать в вечер воскресенья?
— Ну… Он работает…
— В воскресенье? В светлый день? Работает? Понимаю, — деланно серьёзно, гранича с издёвкой покивал я: — он тоже спасает мир. Наверно драконов убивает… Или змея какого душит… — тут я честно скажу, не удержался. Надеюсь, понял только я.
— Да нет, — Тереза пожала плечами, — он водонос.
— Вот как?
— А что тут такого? — с укором взглянула на меня Зельда.
— Да нет, всё норм… — хмыкнул я, — все работы хороши, выбирай на вкус… В смысле: честная работа… Странно то, что я на улицах ни одного водоноса не видел.
— Войтек сказал, что староста поручил ему и ещё кому-то важную задачу… Место, где они набирают воду чистят… Кажется.
Хм. Войтек? Впрочем, Пивчик, это ж прозвище. Проштрафился, и заставили отрабатывать? Но тему развивать не стал — не красит это, когда парни, за спиной, начинают смешивать с дерьмом соперника. Так что:
— Ясно… Так всё же, откуда родом ангел по имени Тереза?
— Я… Не местная…
— Она из Скальборга, — вмешалась Зельда, уточнила с вызовом: — ты ведь слышал, что там случилось?
Ого! Этого я не ожидал. Я ведь всех беженцев плюс-минус знаю… Не, ну тех, кого приняла родня в первые дни, конечно нет. Но таких ведь не много было.
— Так… Что-то краем уха… — я изобразил неопределённый жест рукой. — А что там было?
— Обычные дела, — Зельда поморщилась, — один пан отобрал у другого пана серебряные шахты. Нанял диких варваров и захватил… Подумаешь, — вырвалось у неё, — сжёг при этом город и побил кучу жителей. Главное, шахты ведь теперь у него.
Вот как? Какая непростая дамочка, эта Зельда. Вроде говорит что «из простых», но лично я, ни среди беженцев, ни от кого-то ещё подобной версии не слышал.
— То есть… — я посмотрел на Терезу.
— Да, — кивнула она, сказало просто: — Родители погибли, меня дядя приютил… Живу вот у него… Войтека тут встретила, он же тоже Скальборгский!
Ага. Вот значит, как этот утырок смог подкатить к такой девчонке!
— Ясно, — я стёр весёлость с лица, протянул руку через стол и накрыл её кисть. — Прими мои соболезнования… Я ведь тоже без родителей остался, — сказал со вздохом, вспоминая свою маму и отца. — Только, — вздохнул ещё раз, — дяди у меня тут не нашлось.
— А что с ними случилось? — участливо поинтересовалась Тереза.
Руку свою, кстати, она вытащила из-под моей ладони. Но не сразу!
— Да… — выдохнул я. Поморщился, — сложно объяснить…
Разговор резко сворачивал не туда. Я уже подумывал, как бы перевести его в другое русло, и тут…
— Да что ж такое-то! — долетел до меня возмущённый возглас. — Тебе явно сам нечистый ворожит!
Я дёрнулся, как от толчка — из-за игрового столика поднимался раздосадованный горожанин в приличной одежде.
— Я сегодня на исповеди был и под причастие вставал, — ухмыльнулся ему в ответ катала. Сегодня кидал кости высокий и тощий как жердь мужик лет тридцати, одетый как самый обычный горожанин. Крикнул вслед уже уходящему из корчмы проигравшему: — Наверно мне мой святой за это удачу ниспослал… Что, уважаемые, — обратился он весьма громко к присутствующим, — кто ещё хочет испытать судьбу? Кто не забоится проверить, не покинул ли его ангел-хранитель?
Фух! Я резко выдохнул. Хорош рассиживать. Меня ждёт дело.
— Эй! — я поднял руку и даже пощёлкал пальцами, привлекая внимание каталы. — Не занимайте стол, я сейчас подойду.
Встал, улыбнулся Терезе.
— Ведь я только что обрёл своего ангела, — сказал довольно громко.
Услышавшие это мужики за соседними столами одобрительно загудели и даже сдвинули кружки, желая мне удачи.
— Извините, дамы, — я приложил руку к груди и коротко склонил голову, — дела. Надо кое-кого поучить играть.
В этот момент наконец-то показался служка, с кружкой пива и, судя по тому, что он глядел на меня, это был мой заказ.
— Отнеси за тот столик, — показал я на стол для игры в кости.
— Ого! — расплылся в улыбке катала. — Пиво мне?
— Пиво мне! — решительно придвинул к себе кружку садясь, и подмигнул. — Сыграем?
Глава 18
Что наша жизнь? Игра
— По маленькой? — подмигнул мне тощий катала, сгребая кости в стаканчик.
— Да
