ярость. Эти люди помогали её брату падать в бездну безумия, и она жаждала ответов.
— Слева! — предупредил я, замечая характерное движение.
Группа элитных бойцов Ферро в тяжелых экзоскелетах попыталась обойти нас с фланга. Громоздкие, дымящие паром и маной машины, вооруженные пневматическими молотами, двигались с пугающей целеустремленностью.
Я рванул им навстречу, сокращая дистанцию.
Первый боец в экзоскелете попытался раздавить меня вертикальным ударом. Я скользнул под его манипулятор, рубанул по гидравлике коленного сустава, лишая машину опоры. Конструкция с грохотом рухнула, и я завершил дело коротким уколом через смотровую щель, навсегда успокаивая пилота.
Второй противник попытался достать меня размашистым ударом с разворота. Я использовал инерцию его движения, перепрыгнул через него, оттолкнувшись от металлического горба машины, и в полёте снёс голову третьему оператору, который только начал разворачивать свое орудие.
Происходящее напоминало, скорее, казнь, чем битву. Мы продвигались к главному цеху, оставляя за собой искорёженный металл и стонущие тела. Сопротивление Ферро было ожесточённым, но бессмысленным. Они полагались на технику и демонические артефакты, но против меня это было лишь пшиком.
Внутри главного цеха царил тяжелый запах озона и жжёной плоти. Огромные плавильные печи всё ещё работали, заливая пространство тревожным багровым светом и создавая длинные, пляшущие тени.
В центре, на укрепленном мостике управления, стоял глава клана — лысый, покрытый татуировками мужчина, чья правая рука была заменена сложным механическим протезом. Рядом с ним жались остатки его личной гвардии, понимающие, что их время истекло.
— Вы! — заорал он, и его голос дрожал от страха и ярости. — Вы нарушаете закон! Мы находимся под защитой…
— Аудиторе больше нет, — прервал я его речь, поднимаясь по металлической лестнице, ступени которой звонко отзывались под моими сапогами. — Мальфас мёртв. Ваши покровители либо в могиле, либо в бегах, спасая свои жизни. Вы остались одни, и помощи ждать неоткуда.
Лицо главы Ферро приобрело серый оттенок. Он судорожно схватил какой-то пульт с консоли, явно собираясь активировать систему самоуничтожения или скрытые ловушки.
Я предпочел действовать на опережение.
Клятвопреступник метнулся вперёд, брошенный как копьё. Чёрный клинок со свистом рассек воздух, пробил пульт, прошил механическую руку и намертво пригвоздил главу клана к стене рубки.
Остальные гвардейцы, увидев судьбу своего лидера, поспешно побросали оружие, поднимая руки.
Я подошёл, рывком выдернул меч и вытер его о куртку поверженного врага. Глава сполз по стене, держась за искрящееся устройство здоровой рукой.
— Где он? — Брина поднялась на мостик следом за мной, наводя на него сияющий лук.
— Кто? — прохрипел тот, морщась от боли.
— Брендон Синкроф. И человек в сером плаще, который был с ним.
Глава Ферро рассмеялся, и этот смех быстро перешёл в надсадный кашель.
— Ушли… они покинули базу два дня назад. Забрали всё оборудование, все записи и разработки. Мы остались только для того, чтобы прикрыть отход и уничтожить следы.
— Куда они направились?
— Без понятия! Клянусь, я не знаю! Они никогда не сообщали конечную точку маршрута. Вводили только координаты для одноразового телепорта.
Я оглядел цех повнимательнее. Пустые верстаки, следы спешного демонтажа, распахнутые сейфы. Они, действительно, вывезли всё ценное, оставив только мусор и расходный материал вроде этих фанатиков. Операция по эвакуации была проведена чисто и профессионально.
Брина опустила лук, и её плечи поникли под тяжестью разочарования.
— Снова опоздали, — прошептала она.
Я положил руку ей на плечо, стараясь поддержать.
— Мы зачистили их базу и лишили ресурсов. Это серьезный удар по их инфраструктуре — тоже победа.
— Но Брендон…
— Мы найдём его. Он оставит след, они всегда оставляют следы. Рано или поздно.
Я повернулся к главе Ферро, который с ужасом смотрел на нас.
— Этот завод конфискуется в качестве частичной компенсации за ущерб. А ты и твои люди… вы расскажете всё, что знаете, дознавателям Гильдии и следователям Совета. Если хотите сохранить жизнь, советую быть максимально откровенными.
Мы обыскали комплекс сверху донизу. Я использовал своё новое зрение, данное мне статусом Хранителя этого мира, сканируя каждый угол, каждую щель в реальности, надеясь найти хоть какую-то зацепку.
Результат был неутешительным. Следы присутствия были повсюду: здесь тренировались убийцы, здесь проводили ритуалы по вживлению артефактов, здесь Брендон готовил свои планы. Я видел отпечатки их аур, грязные, искаженные пятна на ткани мира.
Но нить обрывалась в центре главного зала. Портал, через который они ушли, был одноразовым и саморазрушающимся. Он схлопнулся, стерев вектор направления и любые пространственные метки.
Никаких подсказок, никаких «озарений свыше». Моя сила Хранителя давала мне власть над территорией Ориата, позволяла чувствовать угрозы, но она не делала меня всеведущим богом. Я мог видеть аномалии, мог реагировать на вторжения, но я не мог видеть того, что скрыто за барьерами неизвестности и профессиональной магической маскировки.
Я стоял посреди пустого цеха, глядя на остывающие печи, и осознавал простой факт.
— Значит, старые методы, — произнес я вслух.
Разведка, шпионаж, давление на криминальный мир, анализ денежных потоков и слухов. То, чем так успешно занимаются Кайден и Селина. То, чем теперь с удвоенной энергией будет заниматься Брина. Магия имеет свои пределы, и там, где она бессильна, придётся работать головой и руками.
Мы покинули Рост под вечер. Дождь к тому времени прекратился, но небо оставалось свинцово-серым, отражая настроение нашей группы.
Брина молчала всю дорогу, погружённая в свои тяжелые мысли. Я не мешал ей. Иногда человеку нужно время, чтобы переварить горечь неудачи и найти в себе силы двигаться дальше.
* * *
Вернувшись в Доминус, я сразу направился в свой кабинет и сдал дела. Кайден принял отчёт об операции с предсказуемым энтузиазмом. Активы клана Ферро, их заводы и склады, были лакомым куском, и он уже прикидывал, как интегрировать их в нашу растущую империю. Ну и, конечно, немного отдать Брине и ее клану, но с учетом вложенных усилий, проще было откупиться деньгами.
Селина занялась организацией допросов пленных и сбором информации. Брина уехала в своё поместье, пообещав держать нас в курсе любых новостей, касающихся её брата.
В особняке воцарилась привычная деловая суета. Все куда-то бежали, что-то решали, строили планы, обсуждали контракты. «Последний Предел» рос, превращаясь в огромный, сложный механизм, требующий постоянного внимания.
А я внезапно почувствовал, что мне нужно исчезнуть.
Ненадолго, но мне требовалось сменить обстановку. Мне нужно было место, где нет телефонов, отчётов, интриг, политики и постоянного шума чужих мыслей. Место, где я смогу спокойно разобраться с тем, во что превратилось моё тело и моя сила после всех этих божественных апгрейдов и слияний. Мне нужно было понять пределы своих новых возможностей вдали от любопытных глаз.
— Кайден, — сказал я, заходя
