я.
— Это слова Ребиса? — прервал меня Дуфф.
Нет, мать твою, это я от скуки тебя трясу! Он всегда был таким тупым сукиным сыном? Или религиозное прозрение высушило мозги до состояния изюма?
— Можешь считать, что да, — нахмурился я.
— Тогда ладно.
— Хочешь сказать, моим бы не последовал? Мы вроде неплохо сотрудничали раньше, — позволил я себе лёгкую улыбку.
— Раньше. И к чему это привело? — опёрся он подбородком о кулак. — Сколько бед случилось, прежде чем Наршгал обратил внимание на нас? Его пророк, его воин, обратившийся Ребисом, явил нам свой лик. Только теперь Ностой, нет, весь Миизар, обрёл шанс на спасение.
А может он притворяется? — возникла у меня непрошеная мысль. — Нельзя же стать настолько неадекватным религиозным фанатиком вот так сразу? По щелчку пальцев?
— Ладно-ладно, ты всё больше напоминаешь Милегера, — предпочёл я спустить тему на тормозах. — Надеюсь хоть тут у всех всё хорошо?
— Относительно. Кого возьмёшь с собой?
— Храбрецов, готовых сунуть голову в пасть дракона.
— Дракона? — растерялся он, очевидно подумав о саркарнских.
Я сдержал раздражённый вздох.
— Двух ополченцев будет достаточно. Тебя или Сатора брать не хочу.
О одноногом Леви Мос-Лире и речи не шло.
— Думаешь, ветераны миизарской войны успели ослабнуть? — осклабился Дуфф.
— Вы будете нужны в другом.
— Выкладывай, — нахмурился он.
— Что бы Реб ни говорил по поводу ситуации со следователями, мне неспокойно, — признался я. — Подготовь людей, Дуфф. Если случится проблема, то должна быть возможность отбиться. Или хотя бы сбежать.
— Если Ребис считает, что никакой опасности…
— Включи мозги, старик! — вышел я из себя. — Любой может ошибиться, даже бог. Иначе Наршгал не проиграл бы Саркарну. Будешь спорить?
— Да что ты понимаешь, сопляк! Когда ты ещё не родился, я воевал на передовой, а потом…
— Просрал. Как и все здесь. И только посмей сказать, что это было не так!
— Ублюдок! — вскочил он.
— Хочешь драки? Серьёзно? — удивился я.
— Ты ходишь по грани, Загрейн! — староста резко махнул рукой.
— Я хочу защитить близких мне людей, — строго заявил я. — И если для этого понадобится окунуть тебя башкой в яму с нечистотами, то так тому и быть.
Некоторое время мы сверлили друг друга взглядами.
— Правильно Вета послала тебя чертям под хвост, — первым произнёс он, спустя, наверное, минуту.
— Эти черти больно напоминают одного упрямого старика, — фыркнул я. — Подготовься к возможному бою, Дуфф. Подготовь пути быстрого отхода. А лучше заранее спрячь женщин и детей. Вооружи остальных. Если ничего не случится и всё успешно решится, я буду рад. Если же нет…
— Глупости… — неуверенно буркнул он.
— Скажи, что я не прав, требуя от тебя подстраховки, — закатил я глаза.
Видно же было, что он того же мнения, но по какой-то причине упрямится!
— Ты… хер с тобой, треклятый засранец, я сделаю, как ты хочешь, — наконец произнёс Дуфф.
— Большего и не прошу. Постарайся при этом не просрать всё добытое на «Чёрно-белом рояле», ладно? Лучше всего заранее перепрятать…
— Издеваешься? Там, наверное, целая тонна! Пока будем перетаскивать, как раз и попадёмся! — возмутился он.
— Хотя бы самое ценное убери подальше, Дуфф! — едва ли не взмолил я. — Если всё окажется разбито, сломано и уничтожено, то в чём вообще смысл захватывать когг?
— О смысле пусть думают те, кому положено. Это не твоя роль, Загрейн. Тебе дóлжно просто передавать слова Ребиса, вот и всё.
— Упрямый сукин сын, — покачал я головой. — Я всё сказал, если будут проблемы, поверь, я спрошу с тебя. И Ребис спросит.
Старик лишь набычился, исподлобья глядя на меня.
— Где Вияльди? — снова сменил я тему. — Мне нужно поговорить на счёт яда.
— Ауру забыл как включать? Недалеко, найди сам. Ополченцев тоже. Выбери, кого хочешь.
— Так и сделаю. И… Дуфф, хотя бы Чёрный Нектар спрячь.
— Иди, Загрейн. Тебя ждут дела.
Подавив желание врезать ему промеж глаз, я вышел из «кабинета». Слышимость, конечно, была хорошей, но никто ничего не говорил. И правильно. Я сейчас на нервах.
Самое херовое чувство! Ощущение надвигающейся опасности, с которой никто ничего не хочет делать!
Сделав дыхательную разминку, вышел со склада.
Обнаружить Вияльди было не трудно, правда лишь благодаря насекомым. Пределов Ауры не хватило. Женщина обнаружилась в небольшой пристройке, достаточно далеко от склада. Занималась она тем, что… работала по специальности.
Я телепортировался в тень, где не имелось чужих глаз, покуда мои мухи подслушивали происходящее внутри пристройки.
— Это должно помочь тебе, — протянула Вияльди какое-то снадобье.
— Спасибо, — низко поклонилась незнакомая мне старуха. — Если бы не вы… Я так благодарна…
— Не стоит, ты в должной мере отплатила за это.
— Будто бы я не знаю цену той висюльке. Сущие медяки. Но ты всё равно взялась вылечить моего внука…
Вияльди лишь улыбнулась. Типичная её реакция. Ох, доброта погубит мир… во всяком случае лучшую его часть.
Я смело направился сквозь толпу — ко входу в своеобразный лазарет, отчего очередь серьёзно заволновалась.
— Прочь, — зло бросил я им, раскрошив камень в руке — используя Ауру, ибо демонстрировать мух не хотелось. — Сегодня знахарка не принимает.
Слова вызвали гнев, панику, мольбу и громогласные крики.
— Чёртов ублюдок! У меня дочь умирает! — бросился ко мне какой-то мужчина.
— Ещё шаг, и она лишится отца, — жёстко ответил я ему.
— У меня мать! — орал другой.
— Мой муж болеет, пожалуйста!.. — разорялась потрёпанная женщина.
Их причитания на миг заставили меня замереть, но я почти сразу выровнял шаг.
Тц… не глупи, Заг, всем не помочь. В мире каждую секунду умирают десятки человек. Если помогать всем и каждому, превратишься в мать Терезу.
Наклонив голову, при помощи Ауры Наблюдения я избежал попадания брошенного камня.
— Вы что, не понимаете, что одна знахарка всё равно не сможет помочь всем⁈ — громко спросил я.
Толпа тут была такая, что, кажется Вияльди решила навестить половина Худроса. Таким темпом скоро придётся брать учеников и открывать филиалы.
— Хотя бы кому-то! — крикнул безрукий мужчина.
— Кому-то она уже помогла, — отрезал я. — Можете ждать, но если будете донимать её, то пеняйте на себя.
Добравшись до небольшого помещения, которое было переделано под зельеварню, я оттолкнул какого-то мужика в очереди и вошёл сам. Старуха уже ушла, мы с Вияльди остались вдвоём.
Местечко пропахло травами и снадобьями. На полках рядами стояли пузырьки с мутными жидкостями. В углу, в подвешенном на огне котелке, булькало какое-то варево. Под ногами хрустели рассыпанные семена.
За тонкой стенкой всё ещё были слышны голоса уличной толпы. Возмущение, тем не менее, постепенно отдалялось — мои слова сработали. Народ, — во всяком случае его часть, — принялся расходиться.
— Леви и так наводит порядок, — сказала Вияльди. — Тебе не
