Горелым пахнет, – заявил Адик и посмотрел на Аглаю.
– Ой! – воскликнула девушка и убежала на кухню. – Ужина не будет, – раздался её голос спустя минуту.
Ну да, Лунёв привёз Павла в тот момент, когда они готовили ужин. А поесть я бы не отказался.
– Сейчас закажу, – правильно понял мой просящий взгляд Адик.
Входная дверь резко распахнулась, и в дом ворвался Лунёв. Первым делом он нашёл взглядом Павла и удостоверился, что с ним всё в порядке. Потом, удивлённо подняв брови, осмотрел комнату и всех собравшихся. Я с трудом поднялся на ноги и стоял, опираясь спиной о стену. Комната, без сомнения, имела весьма жалкий вид. Резкий выход магической энергии – это вам не шутки. Так впечатление, что в комнате разорвалась граната.
Я растрёпан, одежда кое-где порвана. Думаю, и цвет моего лица оставляет желать лучшего. Адик сидит на обломках стола. На лбу у него здоровенная шишка. Аглая стоит в дверях кухни и выглядит помятой и уставшей. А посреди всего этого сверкает широкой улыбкой Павел. Он прям пышет энергией и счастьем.
– Н-да... – выдал Юрий Михайлович, – Помощь нужна?
– Идите, – я покачал головой. Какая тут помощь? Мне бы поесть, помыться и спать. Разгребать будем завтра утром.
– Я верил, что у тебя получится, – начал вдруг Лунёв.
– Стоп! – Я выставил перед собой руки. – Не надо. Тем более, сейчас. Забирайте сына и отвезите его жене. Ей сейчас вредно волноваться. А все ваши слова и так понятны.
– Примите моё служение, – Лунёв опустился на одно колено передо мной и склонил голову, – я небогат и не могу расплатиться деньгами. Но я признаю свой долг перед вами.
– Идите домой, – вздохнул я. Хотелось закатить глаза. Чего-то подобного я, в общем-то, и ожидал от Лунёва. Кто он? Наверняка, бывший вояка. Денег нет, и расплатиться службой для него самое простое решение. Но оно мне надо?
– Потом поговорим.
– Понимаю, – кивнул Лунёв.
– Павел! – Он встал и подошёл к сыну. – Идём.
Они вышли из дома, и я сполз по стене на пол. Рядом присела Аглая. Она задумчиво разглядывала бардак, царящий в мастерской.
– Наверно, ты был прав, мне ещё рано переходить на мастера. Лучше подождать и хорошенько подготовиться.
– Не наверно, а точно, – поправил её я.
На следующее утро я проснулся бодрым и решил первым делом добраться до флигеля. Надо было посмотреть, что там внутри и насколько он вообще пригоден под мастерскую. Так что, взяв лопату, я отправился во двор.
Вскоре ко мне присоединился Адик, и мы достаточно быстро прокопали дорожку.
Флигель представлял собой одноэтажное здание, внутри которого обнаружилась большая комната с печью.
– Всё не так уж плохо, – заявил я за завтраком, довольный осмотром, – барахла там много, просто выкинуть, и всё.
– Доски на полу некоторые заменить, – продолжил за меня отчёт Адик, – печь почистить, и отличная мастерская получится! А здесь мы расширим кухню и вместо мастерской сделаем гостиную. Будем по вечерам пить чай. Даёшь добро? – Он повернулся ко мне.
– Ладно, делайте, – махнул я рукой. В принципе, если у меня будет свой флигель, то я не буду против ремонта в доме. Устал от одиночества и работы – пришёл в гостиную. Устал от Адика – отправился во флигель. Вроде звучит неплохо.
Пока же мы притащили из кабинета, что имелся на втором этаже, стол и установили его в мастерской. У меня появилось желание поработать. Так что, пока Адик гулял по городу с Аглаей, выбирая мебель, я делал целительский артефакт.
В понедельник после школы и тренировки поехал в мастерскую к Колычеву. Чувствую, в ближайшие дни буду работать у учителя. Тут хоть условия нормальные, не то что в моём доме.
– Как там твой артефакт, испытали? – сразу подошёл ко мне Матвей Фёдорович, стоило перешагнуть порог мастерской.
– Не знаю, – я развёл руками и, достав телефон, набрал Савву.
Тот сообщил что сразу же передал артефакты Борису Борисовичу, но врач отнёсся к ним скептически.
Я попросил Савву по возможности напомнить Назаренко об артефактах. Но на этом не остановился и набрал Зотова. Ему тоже покапал на мозги. Пусть подёргает своего приятеля.
Зотов отчитался, что уже продал несколько накопителей.
– Вот такие дела, – сообщил я Колычеву, закончив разговоры, – пока не опробовали.
– Ладно, дай мне один с собой. В четверг еду по вызову в Москву. К императору. Может быть, получится кого-нибудь заинтересовать. Но не обещаю.
– Прямо к императору? – удивился я. С чего бы это артефактора вызывали лично к императору?
– Да, – спокойно произнёс Колычев, словно речь шла о заурядном событии, – мы с ним давно знакомы. Скорее всего, подкинет пару задач или работу. Так что давай артефакты. Императору не покажу, к нему с артефактами не пускают, но есть у меня в столице знакомые, – многообещающе добавил он.
Я достал из кармана сразу два и протянул их Матвею Фёдоровичу:
– Держите. Один на активацию кровью, второй на магическую.
– Какая у тебя производительность получается? – уточнил мастер, крутя в руках мои изделия.
– Ну... пока не больше пяти в неделю, – сообщил я, – кстати, каких больше делать? На активацию кровью или магией?
– Давай два на кровь и один на магию, в такой пропорции, – после недолгих раздумий принял решение Колычев.
– А что за артефакты? – К нам подошёл Виктор.
– Ты не поверишь, – улыбнулся я, – артефакты с целебной руной!
Было смешно наблюдать, как округлились глаза первого ученика. Он стоял, пытаясь осознать услышанное. С одной стороны, Виктор бы и рад посмеяться надо мной. Но с другой, тут сидит учитель с совершенно серьёзным лицом.
– Правда? – недоверчиво спросил он у Колычева.
– Да, – тот солидно кивнул, – только прошу, не надо демонстрировать его действие! Слишком уж зрелищно у тебя получается, – мастер недовольно посмотрел на меня, – мне до сих пор в кабинете мерещится запах крови!
Когда Колычев ушёл по своим делам, Виктор насел на меня с просьбой показать артефакт. Пообещал ему завтра принести, а пока открыл на странице гильдии рисунок и описание. Пусть изучает. Судя по виду парня, этой информации Виктору хватит надолго.
Во вторник утром я отправился на полигон. Занятия прошли
