отлетев на три метра.
— Быстрее!
Мы побежали. Аранис замораживал падающие обломки. Катя стреляла по вылезающей из стен охране. Радж накидывал тёмные нити на ноги Эль Ключе, замедляя его.
Мой план сработал. Не идеально, но сработал. Я не взорвал Насос. Я переписал его. И теперь, пока бункер рушился, погребая старую систему навсегда, мы бежали к свету. К выходу. Навстречу новой, совершенно непредсказуемой реальности.
Мы вырвались наружу, когда первые перекрытия рухнули, похоронив под собой зал с коконами и ядром. Серый пепел взвился в воздух, смешавшись с дождём, который вдруг хлынул с неба — будто сама земля плакала и одновременно смывала с себя грязь прошлого.
Катя первой выскочила из тоннеля, развернулась и протянула руку.
— Давай, Громов! Не заставляй меня тащить тебя волоком!
Я вложил в её ладонь пальцы, и она рывком вытащила меня. Мы рухнули на мокрую траву, тяжело дыша, а вокруг падали куски бетона и металла.
— Все целы? — прохрипел я, оглядываясь.
Ус, мокрый и перепачканный, кивнул, проверяя, не повредил ли он рюкзак с остатками взрывчатки. Алина прижимала к себе Мракобеса, который шипел на рушащийся бункер. Аранис стоял, закрывая остальных ледяной стеной — она трещала под ударами обломков. Жигано опирался на молот, тяжело дыша. Радж смотрел куда‑то вдаль, будто прислушиваясь к чему‑то только ему слышному.
И только Маши не было рядом.
Сердце ёкнуло.
— Маша! — я вскочил, но тут же почувствовал лёгкое прикосновение к плечу.
Она стояла рядом, пошатываясь, но живая. Глаза снова стали обычными — серыми, немного усталыми, но живыми.
— Я тут, Саш, — прошептала она и вдруг уткнулась мне в грудь, дрожа. — Я так устала…
Я обнял её, прижимая к себе, и только тогда понял, что тоже дрожу. Не от холода. От того, что всё кончилось. По крайней мере, эта битва.
Эль Ключе так и не выбрался. Когда я в последний раз оглянулся на вход в тоннель, там уже была груда бетона. Пусть остаётся там. Мир станет чище.
Тишина в голове молчал. Впервые за долгое время. И это молчание было самым лучшим подтверждением, что мы сделали всё правильно.
Дождь смывал с нас копоть, кровь и пыль. Где‑то вдалеке слышались сирены, но они больше не имели к нам отношения. Мы были свободны.
Катя подошла, встала рядом и молча положила голову мне на плечо.
— Кофе, — напомнила она, чуть улыбнувшись.
— Кофе, — кивнул я. — Самый дорогой. И без спешки.
Глава 17
Если кому-то и казалось, что после победы над Вороном и уничтожением Насоса можно будет расслабиться, отоспаться и пару дней питаться мороженым и сгущёнкой, не думая о конце света, — этот человек явно жил в какой-то другой вселенной. В той, где нет Системы, Искры Пустоты и бюрократов, способных стереть континент одним системным запросом.
Мы выиграли битву. Вырвали Машу из-под земли, перегрузили ядро и обрушили бункер Управления прямо на голову Эль Ключе. Но войны это не закончило. Изувеченная промзона на окраине Новгорода, где мы теперь базировались, напоминала декорации к безумному постапокалиптическому блокбастеру, у которого закончился бюджет. Ржавые контейнеры громоздились друг на друга, словно пьяные гиганты, бетонные плиты перекосились, а в воздухе стоял стойкий аромат жжёной проводки, озона и чего-то подозрительно похожего на подгоревшую карамель.
Повсюду валялись обломки — куски арматуры, вырванные с корнем трубы, искорёженные дверцы от автомобилей, которые уже никогда никуда не поедут. Один из контейнеров был пробит насквозь, будто кто-то ткнул в него гигантским пальцем, и из дыры тянулся шлейф чёрного дыма, который никак не хотел рассеиваться. Вороны — настоящие, обычные вороны, не системные, не мутировавшие, просто вороны — сидели на крыше уцелевшего цеха и с интересом наблюдали за нами, словно понимали, что мы здесь новенькие и скоро либо умрём, либо свихнёмся. Один из них, особо наглый, спикировал вниз, схватил что-то блестящее из-под ног Жигано и улетел, довольный жизнью. Тёмный эльф проводил его таким взглядом, что ворона, кажется, посчитала за лучшее сменить маршрут.
Радость от выживания переполняла нас. Команда ликовала, хоть и выглядела скорее, как сборище ходячих мумий, нежели как отряд победителей. Жигано, с новообретённой силой Хранителя Пепла, умудрился где-то раздобыть мятый, закопчённый чайник и теперь горделиво кипятил в нём воду, сидя на куске разрушенной стены. Его обсидиановая кожа мерцала в тусклом свете зимнего солнца, а из носика чайника то и дело поднимался пар, складываясь в причудливые фигуры — то дракона, то череп, то что-то среднее между ними. Синие прожилки ледяной силы пульсировали под кожей, и каждый раз, когда он шевелился, воздух вокруг него покрывался тонкой изморозью. Он выглядел как персонаж из мифа, которого оживили, но забыли выдать инструкцию по эксплуатации. Аранис, смотрел на это действо с нескрываемым презрением, но и он выглядел довольным. Эльфийский хрен стоял, скрестив руки на груди, и его идеальная осанка говорила о том, что он готов заморозить половину континента, если кто-то посмеет испортить ему это редкое мгновение торжества. Между двумя эльфами — тёмным и светлым — дистанция составляла метров пять, и оба делали вид, что второй не существует. Это было похоже на развод супругов, которые вынуждены жить в одной квартире, потому что жильё дорогое.
Радж, наш блудный индиец, чья карма прошла через столько кругов ада, что буддийские монахи наверняка с ума бы сошли, пытаясь это осмыслить, сидел в стороне и медитировал. Его губы беззвучно шевелились, повторяя мантры, а руки сложились в мудру, которая, по его словам, «очищала ауру от остатков синтетической скверны». Я не знал, работает ли это, но хотя бы он был занят и никого не пытался убить. Прогресс.
Мракобес, мелкий моб Алины, устроился на капоте «Урала» и вылизывал лапу с таким достоинством, будто он был не порождением Обратного Разлома, а обычным домашним котом, которому просто не повезло с породой. Его фиолетовые глаза время от времени вспыхивали, когда он замечал движение в развалинах, но он не шипел и не бросался — просто наблюдал. Видимо, даже монстры устают от насилия.
Ус тут же занялся привычным делом. Он примостился на капоте уцелевшего «Урала», разложив на коленях потрёпанный ноутбук и скрипучую рацию, скрестив пальцы в надежде поймать хоть какой-то устойчивый сигнал среди бесконечных помех. Начальник СБ рода морщился, вглядываясь в мелькающий экран, и бормотал себе под нос что-то о частотах, шифрах и матушке-России, которая даже в апокалипсисе не может наладить нормальную связь.
Антенна
