лишь морщиться, продолжает — Не наговори лишнего Алексей Николаевич. Не нарывайся лучше на неприятности — мужик в свою очередь тоже криво улыбается, лишь уголком губ — Итак весь в неприятностях.
— Неприятности мои на то и хороши, что это мои неприятности. Я уж сам, пожалуй, решу, что мне с ними делать и как делать. Нарываться или не нарываться — закусывая удила снова, не сдерживая раздражения Алексей невольно делает шаг вперед навстречу во время своей короткой речи. Вызывая тем самым еще больше удивления у стоящего напротив мужчины.
— Да уж кровь не водица. Духовитости тебе Алексей Николаевич не занимать. — Анатолий смотрит при этом на парня задумчиво и видно приняв какое-то для себя решение продолжает речь уже с совсем другим тоном.
— Ладно. Признаю наговорил лишнего. Чудное дело конечно, но должен признать — есть в твоих словах часть правды. За начало разговора ты уж извини, без задней мысли это говорю. Но и предупредить должен — дерзить больше не надо. Возрастом и силой ты не вышел еще так со взрослыми разговаривать.
— Так и со мной не надо говорить, как с сосунком. Тогда и диалог смотрим получиться, как у взрослых людей — не смог удержаться Белов от сарказма.
— Ладно уговорил. По-взрослому так по-взрослому будем беседовать.
— А вот теперь я Анатолий Сергеевич весь во внимании, раз мы с Вами выяснили свои взаимоотношения. — на этих словах Анатолий покачал головой, всем своим видом показывая, наверное, неодобрение юношеским максимализмом что, по его мнению, стоял за бравадой Алексея. Но не стал развивать эту тему.
— Ты Алексей Николаевич требования о беседе с Главой Рода Белых заявлял?
— Нет. Не заявлял. — ответил Белов спокойными неожиданно равнодушным тоном. Скорее даже усталым.
И снова выбивая Анатолия из колеи своим ответом, так что тот смог только растерянно произнести.
— Как не заявлял?
— Совершенно точно не заявлял никаких пожеланий или требований о беседе с Вашим главой Рода. Требовать извинений от него по причине неподобающего поведения девушки из Вашего Рода — это было. А о беседе речи не шло.
— Кхе. Требовал — протянул задумчиво Анатолий — Ну раз требовал, то считай тогда что своего добился.
— И где же Глава? — Белов показательно заозирался, демонстративно делая вид что ищет в округе упомянутого главу и нигде не видит. — Мы с Вами тут совершенно одни, как я погляжу.
— Нда уж. Колюч ты Алексей Николаевич не по годам.
— Каков есть. Другого нет.
— Тогда приглашаю пройти со мной. Глава ждет нас в администрации, там и побеседуете. — Белых сделал приглашающий жест указывая вдаль по коридору.
— Ну раз приглашаете, то отчего бы и не да. — Не смог удержаться Алексей от небольшой подколки.
В этот раз лишь тяжело вздохнув, и ничего не прокомментировав на его выпад Белых лишь пробурчал «Пойдемте» и двинулся по коридору, а за ним двинулся и Алексей.
Их путь был действительно направлен в администрацию. Белов вспомнил из памяти предшественника, как в первый свой день в этой школе малец ждал как сирота какая-то в приемной. Так в итоге, и не допущенный никуда. Хотя почему как, он и есть сирота, никому на тот момент не интересная и не нужная. А вот сейчас глядика, оказался нужен и востребован. Чуть ли не под конвоем ведут на растерзание. По крайней мере со стороны это выглядело именно так. Встречающиеся ими по дороге школьники немедленно освобождали дорогу. Стараясь не вставать на пути идущего на шаг впереди него Анатолия. Судя по всего личность тот был известная, и явно не в узких кругах. Шептаться подростки, мимо которых они проходили, начинали глядя на эту странную пару, шествующую мимо них, только когда они уже удалялись на приличное расстояние. И если в первый момент Алексей это отметил для себя так мимоходом, то, когда это стало повторяться повсеместно то сделал для себя уверенный вывод, что Анатолия местные школьники если и не бояться, то опасаются точно. Значит не простой служака за ним пришел, как говориться мелочь, а приятно.
Путь их закончился у добротной такой двери из темного массива дерева, с ярко начищенной табличкой «Директор» выгравированной на бронзе красивым готическим шрифтом. Задерживаться Белых на входе не стал, а ударив костяшками пальцев в дверь пару раз, и не дожидаясь ответа изнутри, уверенно толкнув её, шагнул внутрь, не останавливаясь на пороге. Не дожидаясь дополнительного приглашения вслед за ним в кабинет прошел и Алексей.
Кабинет директора метров на сорок квадратных, с деревянными стенными панелями каштанового оттенка, вызывал приятные ощущения своей монументальностью исполнения и реально внушал. Два больших панорамных окна открывали вид на двор перед школой, заливая кабинет светом. Пол устилал огромный темно-бежевый ковер с толстым ворсом, что приятно гармонировал, оттеняя стены. А все это великолепие венчал мебельный гарнитур в виде огромного стола — бюро посередине кабинета, сделанный как ему показалось из массива кедра, огромного трехстворчатого шкафа у правой стены из того же вида древесины, длинный прямоугольный стол на низких ножках, стоящий перед кожаным диваном кремового оттенка у левой стены. А два глубоких кожаных кресла перед столом в центре, и развернутые к нему завершали эту композицию. В одно из этих кресел, в левое, и присел Белых. Проделав это молча, отсалютовав лишь кивком сидящему за столом мужчине. Мужчина восседавший за столом, как и кабинет тоже не слабо внушал. Практически седые волосы, с редкими прядями иссини черных волос. Небольшая и аккуратная сплошь седая борода. Серо-стальные глаза из-под широких бровей, ровный прямой нос и чистое гладкое лицо. Что опиралось подбородком на переплетенные пальцы упирающихся локтями в стол рук, с массивным перстнем, увенчанным ярким синим камнем на среднем пальце правой руки. Алексей не смог с ходу прикинуть рост сидящего, но вот размах плеч реально удивил — на первый взгляд, как бы не метра полтора. Да и шея этого здоровяка дала бы фору многим мистер Олимпия его прошлого мира. Колоссальное чувство мощи и монументальности исходило от этого явно непростого мужика. Такого смело для рекламных проспектов норвежской армии можно было бы снимать без подготовки. Если охарактеризовать двумя словами, то эти два слова будут мощь и порода. И сейчас этот местный викинг костромского разлива сидел и молча смотрел на оставшегося стоять посередине кабинета в одиночестве и тишине Алексея. Неотрывно и без тени малейшей эмоции на лице. Анатолий усевшись поудобнее в своем кресле и практически не поерзав замер и уставился в окно за спиной сидящего за столом. И как подсказывала интуиция Белову — тот
