Советник всегда думал, что смерть приносит облегчение. Исчезает все, что не дает покоя живым. Не будет волнений, боли, забот. Но, кажется, ему не повезло, и он ошибся. Было больно. Голова раскалывалась, а в груди жгло. Каждый судорожный вдох отдавался новой вспышкой, словно с порцией кислорода внутрь поступал жидкий огонь.
«Стоп. Я дышу, значит, я еще не умер», — с легким разочарованием подумал он и попытался приоткрыть глаза.
Этого просто не могло быть. Он потратил весь ресурс, чтобы не дать переродившемуся разуму источника поглотить его и разрушить его до основания, уничтожить саму суть. Непосильная задача для любого мага, даже такого сильного как он. Если такое и удалось бы, то и он сам должен был погибнуть вместе с источником, но вопреки всему он умудрился выжить.
Советник обнаружил себя у того самого уродливого дерева, на котором он еще недавно сидел. Только теперь он лежал на небольшом холмике, прижавшись спиной к мертвому, покореженному стволу. Чуть пониже сердца сквозь него проходил продолговатый каменный осколок, намертво пришпиливший его тело. Странно, но в этом месте он боли не чувствует, а вот горло дерет от каждого вдоха, не говоря о легких. Да еще эти хрипы.
— Лучше мне было сдохнуть в источнике... — одними губами проговорил он сам себе.
Вот же ирония! Выжить там, где выжить было невозможно и ради чего? Чтобы долго и мучительно подыхать потом? Вот же ирония! Если бы советник мог, он бы вульгарно по -простецки сплюнул от досады.
Хотя какие там несколько часов? Ядовитые испарения уже делают свое дело, превращая в кашу его внутренности. Если немного напрячь фантазию, легко представить, как это происходит. Советник мысленно передернулся, и попробовал сделать то, что его всегда выручало — попробовал перейти тенями. Но магия не откликнулась, словно бы ее и не существовало. Словно бы кровь лла’эно вся выкипела в котле, который он сам же и устроил.
Лорд Сатем Ллорг Яррант улыбнулся. Теперь он точно видел в этой жизни все. Успел попробовать на вкус небывалое могущество, какое даже императору не снилось, и.
побывать в шкуре обычного человека. Тоже полезный, однако, опыт. Только вот последний в его жизни. А раз так, советник здраво решил, что последние отведенные минуты стоит потратить, думая о чем-то приятном.
Хоть Сатем Яррант и не чувствовал себя сейчас магом, навыки не растерял и легко вошел в состояние полутранса, в котором было легче абстрагироваться от все усиливающейся боли. Как ни странно, но умирал он счастливым. Дочь в надежных руках, Вердерион достойный человек и очень ее любит, жаль только не доведется внуков подержать на руках. За свою жизнь советник сделал много хорошего, он верил, что был прав, даже отправляя на эшафот. Он служил народу Эрессолда. В том числе и благодаря ему империя сильна и процветает. Ему за себя не стыдно.
Но вот вскоре никаких иных мыслей не осталось, кроме непрерывно пульсирующего пламени в груди. Игнорировать боль и дальше стало попросту невозможно. Отчего -то она ассоцировалась с копной рыжих чуть волнистых волос с черными подпалинами. Они стали намного темнее и ярче с момента их последней встречи. Рыжеволосая девушка ворвалась в его жизнь, осветила ее точно волшебный огонек, согрела ледяное сердце Грозного Теневого мага... Об одном он жалел, что она будет горевать.
Тилирио. Тилья. Тиль. Жаль, что мы с тобой так поздно обрели друг друга.
«Не плачь, детка. Не надо. Теперь все будет хорошо. Я все сделал, вы в безопасности», — обратился он к ней мысленно, во все глаза разглядывая необычайно красивую хоть и заплаканную галлюцинацию. Она то обретала невероятную четкость, то размывалась в пятно, в котором едва угадывались черты. Ядовитые испарения делали свое дело, раз начались видения. Не за периметром его последний вздох.
Галлюцинация заплакала навзрыд, засуетилась, но он почти не слышал ее слов. Просто любовался, боясь даже моргнуть. Ему казалось, стоит это сделать, и она исчезнет. А вместе с этим оборвется его жизнь. Хотя... Чему там обрываться, он и так на самом краю.
— Поцелуй меня, Тиль, — шевельнулись его пересохшие, растрескавшиеся губы.
Советник все же моргнул, а склонившаяся над ним девушка подпрыгнула.
— Сатем! Не смей притворяться мертвым!
Тилья зло вытерла слезы, а его тут же окутал какой-то странный щит, сотворенный сразу из двух видов энергий. Дышать стало чуточку полегче, а уж когда Тилья положила свою нежную руку ему на грудь и принялась потихоньку восстанавливать.
— Стой! Прекрати!
Он даже смог поднять руку и перехватить ее ладонь, отодвигая от себя. Тилирио побледнела. Лечить его и одновременно удерживать щит, задача не из легких. Еще чуть -чуть и подрагивающая истончившаяся пленка не выдержит, и тогда она тоже окажется в опасности. Стоило представить, как ее нежная кожа пойдет волдырями, соприкоснувшись с ядовитой средой, как любимая станет задыхаться, и даже сил прибавилось.
— Как ты здесь оказалась?
— Пришла тенями. Я была нужна тебе, и они откликнулись.
— Плохо... — советник поморщился. — Очень плохо... Кажется, я убил тебя нашей связью. Не стоило этого допускать.
— С чего ты это взял? — рассердившись, юная врачевательница уперла руки в боки точно сварливая жена, зло сдула с лица темную прядку.
Это зрелище заставило что-то тоскливо екнуть в груди. Загубил такую красоту, дурак!
— Родная, я больше не маг. Я не чувствую тени. Вообще, ничего не чувствую, а у тебя не получится перенестись обратно. Тут сейчас отрицательно заряженное место, оно прямо-таки высасывает силы. Чувствуешь?
Она нахмурилась, но кивнула, и снова присела рядом и что-то вынула из кармана куртки.
— А это нам поможет?
— Портал «Уробороса»?! — советник счастливо откинул голову и закрыл глаза. — иди ко мне. Я тебя расцелую за предусмотрительность.
— Как только вернемся назад.
— Но где ты его раздобыла... Ах да! Твой кузен же их новоиспеченный адепт.
Тилья кивнула, тряхнув рыжей гривой, к которой так хотелось прикоснуться.
— Для активации у меня сил хватит? Я еле удерживаю щит, — она опасливо осмотрелась по сторонам и поежилась.
— Конечно, тут все так придумано, чтобы его даже не маг смог активировать простым усилием воли.
— Хорошо. Тогда проблема номер два. Прежде мне нужно как-то вытащить из тебя это, — она указала на каменный осколок.
Сатем замолчал, судорожно соображая, как бы ей помочь.
— Хватай советника, и возвращайтесь назад! — спародировала она кого-то и тронула пальцем камень. — Сатем, мне страшно. Я боюсь тебя убить, он слишком близко от сердца. Если я потяну, а он начнет ломаться или крошиться. Я не смогу без тебя жить.
— Тогда прихватим его с собой, — попытался пожать плечами советник, но для столько активного поведения, оказался слишком слаб, да и боль стала возвращаться.
— Ага! Дерево тоже прихватим? — закусила губу Тиль.
— Попробуй создать теневой клинок, он способен разрезать даже камень, как нож масло.
— Но тогда я не смогу удержать щит!
— Ничего страшного. Если получится, это не займет много времени, а у тебя все получится, родная, — слова снова давались советнику с большим трудом.
Отступившая боль в груди снова возвращалась. Уговорить Тилирио вернуться без него, он даже не надеялся. Упрямица скорее тут умрет, чем согласиться его оставить. Значит нужно ей помочь.
— Представь, что собираешь тени в кулак. Целый меч тебе ни к чему. Осколок засел в дереве острым концом, довольно будет небольшого лезвия, чтобы его перерезать. И дай мне портал. Как только закончишь, я его активирую. Не забудь меня покрепче обнять, а то придется тебя тут оставить, — неловко пошутил он.
Тилья только хмыкнула и, сунув пластинку мобильного портала в его ладонь, присела, пытаясь разглядеть место, где придется резать камень.
— Раз... Два... Три!
Щит исчез, но больше ничего не происходило. Доносилось лишь сосредоточенное сопение девушки, и от мысли, что сейчас она вдыхает ядовитый воздух, стало страшно.
