выкидывает. Но да, нашли.
— Клянусь Кователем… — прошептал Шило и перекрестил бороду. — А ну-ка, налейте мне ещё, я это дело обмыть должен.
— Рано обмывать, — остановил его Клык. — Сначала надо сходить в эти руины и вернуться. А потом уже пить. Если вернёмся.
— Вернёмся, — уверенно сказал Лекс. — У меня теперь есть кое-что, что поможет. — Он похлопал по рюкзаку, где лежала найденная в хранилище отмычка. — С ней я могу работать с артефактами безопаснее.
— Безопаснее? — фыркнул Кор-Дум. — Ты в прошлый раз тоже говорил «безопаснее», а сам полчаса без сознания лежал.
— Это был прогресс, — парировал Лекс. — Раньше я лежал по часу.
Айрин закатила глаза, но улыбнулась. Она уже привыкла к этому мрачноватому юмору.
Решили так: идут Лекс, Айрин, Эрвин (он единственный знает дорогу), Клык (как командир и опытный боец) и Шило с Малым (для подстраховки и чтобы тащить припасы). Кор-Дум оставался в Механосе — во-первых, кузница требовала присмотра, во-вторых, кто-то должен был держать связь с Грымом, если тот вдруг подаст весть.
— Держи, — дворф протянул Лексу небольшой мешочек. — Тут дворфийские лепёшки, моя Хельга когда-то пекла такие. Не черствеют неделями. И вот это. — Он достал из-за пазухи маленький амулет на кожаном шнурке — грубо выкованную фигурку молота. — Дедовский оберег. От обвалов помогает. В горах пригодится.
Лекс надел амулет поверх своей цепочки. Металл холодил кожу, но в этом холоде чувствовалась странная уверенность.
— Спасибо.
— Ты сына моего спас, — коротко ответил Кор-Дум. — Я теперь твой должник до седьмого колена. Так что живи долго, чтобы я успел отдать.
Они вышли на рассвете. Механос только просыпался — зажигались печи, выползали на улицы первые торговцы, перекликались патрульные. Город машин начинал новый день.
Тропа петляла между скал, то поднимаясь вверх, то ныряя в распадки. К полудню они прошли уже порядочное расстояние — Клык гнал отряд быстро, не давая отдыхать.
— Надо успеть к вечеру дойти до первого перевала, — пояснил он, когда Шило начал ныть, что «ноги отваливаются». — Там есть пещера, можно заночевать. Дальше начинаются открытые участки, эльфийские патрули шастают.
— А откуда ты знаешь про патрули? — спросил Малой, с трудом переставляя ноги. Его рюкзак был набит припасами и казался больше самого парня.
— А ты думал, я всю жизнь в подвале сидел? — усмехнулся Клык. — Я двадцать лет по горам лазаю. Каждую тропу знаю, каждый камень. Эльфы любят ходить вот здесь, — он ткнул пальцем в сторону востока, — и здесь. А нам нужно вон туда, где они не ходят.
— Почему не ходят?
— Потому что там опасно. Обвалы, твари, места гиблые. Эльфы не любят рисковать понапрасну. Им жизнь дорога.
— А нам не дорога? — обиженно спросил Малой.
— Нам дорога, но мы сталкеры, — философски заметил Шило. — Мы привычные. У нас риск — это работа. А у эльфов работа — это сидеть в своих башнях и считать себя пупами земли.
— Ты бы потише про эльфов, — одёрнул его Клык. — Уши есть везде.
— Какие уши в горах? — фыркнул Шило, но голос понизил.
К вечеру они добрались до пещеры. Небольшой грот, сухой и чистый — видимо, сталкеры иногда пользовались им для ночёвок. На стенах даже остались следы старой копоти от костров.
Шило быстро развёл огонь, Малой натаскал сухого мха для лежанок, Клык выставил часовых. Эрвин сидел у входа, глядя на закат, и тихо бормотал что-то — то ли молитву, то ли просто разговаривал с духами гор.
— Красиво здесь, — сказала Айрин, садясь рядом с Лексом. — В Ингрии тоже были такие горы. Суровые, холодные, но красивые. Отец говорил, что горы помнят всё. Каждый шаг, каждую битву, каждую смерть.
— Может, и помнят, — ответил Лекс. — Только нам от этого не легче.
— А ты веришь в память камней? — спросила она. — В то, что они хранят истории?
— Я верю в то, что могу пощупать и починить. — Он усмехнулся. — Но после того, как я видел эфирные схемы… я начинаю верить во многое.
Она прижалась к его плечу.
— Спасибо, что идёшь со мной.
— Я всегда буду идти с тобой, — ответил он просто. — Куда угодно.
Из пещеры донёсся голос Шило:
— Эй, голубки, идите ужинать! А то Малой всё слопает, у него аппетит как у драконида после спячки!
— Сам ты драконид! — донеслось в ответ.
Лекс улыбнулся и потянул Айрин к костру.
Ночь прошла спокойно. Под утро Лекса разбудил Клык.
— Тихо, — шепнул он, прижимая палец к губам. — Слышишь?
Лекс прислушался. Где-то далеко, со стороны восточных склонов, доносился мерный топот. Много ног. И лязг металла.
— Эльфийский патруль, — одними губами сказал Клык. — Человек двадцать. Может, больше. Идут в нашу сторону.
— Увидят пещеру?
— Не должны. Мы костёр погасили, дым рассеялся. Но если пройдут близко… — он не договорил.
Лекс разбудил остальных. Все замерли, прислушиваясь. Топот нарастал, становился отчётливее. Слышались гортанные команды на эльфийском.
Эрвин, приложив ухо к стене, вдруг прошептал:
— Они не сюда. Идут по верхней тропе, к перевалу. Если повезёт, не заметят.
Минуты тянулись бесконечно. Лекс держал руку на поясе, где висела отмычка и нож. Айрин замерла рядом, готовая к броску. Шило прикрыл рот Малому, чтобы тот случайно не чихнул.
Топот стал удаляться. Ещё несколько мучительных минут — и стих совсем.
— Ушли, — выдохнул Клык. — Повезло. В следующий раз может не повезти. Надо двигаться быстро, пока они не вернулись.
Они собрались за несколько минут и вышли из пещеры, когда солнце только начинало золотить вершины.
К полудню добрались до цели. Это был не просто вход в пещеру — это были руины. Огромные каменные плиты, поросшие мхом, торчали из склона горы, словно зубы древнего чудовища. Между ними зиял чёрный провал — вход, заваленный частично, но всё ещё проходимый.
— Здесь, — сказал Эрвин, сверяясь с картой. — Вход в Зал Памяти. Моя бабка рассказывала, что в старые времена ингрийские мастера приходили сюда, чтобы учиться у Древних. А потом эльфы запечатали это место.
— И как открыть? — спросил Шило, оглядывая завал. — Лопатой копать?
— Не лопатой, — ответил Лекс, подходя ближе. Он уже чувствовал знакомую пульсацию — эфирные линии, пронизывающие камень. Где-то там, под завалом, работал механизм.
Он приложил руку к плите. Эфирное зрение включилось, и мир поплыл. Голову кольнуло, но отмычка на поясе слегка нагрелась, принимая часть нагрузки на себя. Лекс увидел: завал был не случайным. Камни держались на эфирной «сетке», которая питалась от кристалла глубоко внизу. Если просто копать, сетка не даст сдвинуть ни одного камня. Но если отключить питание…
— Нужно найти панель, — сказал он, озираясь. — Где-то здесь должен быть доступ.
Они обыскали все плиты. И нашли — заросшую
