Я посмотрел на них внимательно, поочередно.
— Ну допустим со снятием шкуры Егору придется подождать, потому что вы работу не закончили.
— Так он сюда придет…
— Если придет, скажите, что это я у вас деньги забрал и отдать барыге не разрешаю.
Виталик и Марик переглянулись.
— Че правда? Ты за нас впряжешься?
Нет, впрягаться за пацанов я не собирался, хотя и был заинтересован в их помощи. Здесь было другое, глубоко личное. Торговцев дурью я не переносил на дух… были на то основания. И разговор с такими персонажами у меня всегда был короткий.
Я вынул из кармана свой блокнот с ручкой. Открыл, вырвал лист, где были записаны адреса с «Авито».
— Вот вам услуга за услугу, — я потянул им лист и объяснил, что нужно будет сделать. — Как полы зальете, походите по адресам. Все что в списке есть, должно быть в зале. Задачу поняли?
— На проезд бы… — заикнулся Виталя.
— Пешочком, ножками походите, это полезно, — перебил его я.
Я достал мобильник, взглянул на время.
— Через пару часов приду, и раствор должен быть готов, так что поднимаемся и работаем.
Чтобы облегчить задачу, я вернул пацанам телефон и те нашли видео в интернете, как готовить раствор для стяжки. Как я и предполагал, объяснение были максимально доступны и столь же максимально разжеваны.
Виталя и Марик приступили к работе. А я немного подумав, снова достал блокнот и записал несколько фамилий.
— Пацаны, а это моя личная просьба. Как будете на перекуре, найдите мне все, что можно найти в интернете на этих людей, — я протянул лист пацанам.
Глава 13
Я остановился перед «Чайхана Луна» без пяти минут шесть. Окинул взглядом вывеску, которая чуть покачивалась на ветру, как на старых видео из Стамбула на видеокассетах в моем девяносто шестом. Вывеска была выполнена шрифтом на восточный манер. Неоновый полумесяц, на буквах «А» чуть темнее светила подсветка, но это только привлекало внимание. А может и задумано было так?
Я толкнул тяжелую дверь, но та не поддалась. Окинул вход взглядом и увидел кнопку звонка. Нажал на него и из динамика по улице разнеслась приятная мелодия.
— Простите, но у нас заняты все столики, вы делали бронь? — донеслось из динамика через несколько секунд.
Я подтвердил, что столик у меня забронирован, о чем мы договаривались с Алисой. Мгновение и замок на двери открылся. Я толкнул дверь и зашел внутрь. Сразу ощутил запах восточных пряностей и кальянного дыма. Пахло, как на прилавках у вокзала — сухофруктами, лавашем, пахлавой.
Кафе находилось на втором этаже, куда вела лестница с чугунными ступенями, застеленная мягким красным ковролином. Над головой застыли светильники, сделанные под медь, от которых шел мягкий приглаженный свет.
На входе меня никто не встречал. Поднявшись по лестнице, я оказался на втором этаже. Зал кофе оказался уютным — вдаль тянулись «кабинки» с диванами, с подушками, каждая отделена тканевой шторкой. С потолка свисала ткань с восточными узорами, и над каждым столом светил теплым светильник. Атмосфера здесь была как в восточной сказке.
— Здравствуйте, меня зовут Кирилл, ваш администратор. Какой столик вы бронировали? — передо мной вырос худощавый парниша в белой рубашке.
— На шесть вечера, бронировала Алиса, — ответил я, попутно обводя зал взглядом.
Он посмотрел в свой планшет, видимо нашел бронь.
— Позвольте проводить вас!
Администратор провел мен между столиков. Я с любопытством оглядывался, чувствуя себя, как в турецком фильме «Бандит», где герой просидел тридцать пять лет, а потом вышел на свободу.
На краю зала оказалась кабинка с открытой шторкой. На диване сидела девушка. Худая. В серой водолазке. Волосы гладко зачесаны назад. Я узнал ее только после того, как подошел ближе.
— Ира? — удивился я.
Она улыбнулась, подняв на меня взгляд.
— А ты кого рассчитывал увидеть? Попова?
Я сел напротив, не касаясь спинки дивана, сложил руки на стол. Секретаршу Хайпенко я надеялся увидеть меньше всего. Нет, адрес своей странички в запрещенной социальной сети, девчонка мне оставляла… но все же я ей так и не написал. А видимо должен был.
— Что-то выбрали или подойти чуточку позже? — администратора сменил улыбчивый официант с сережками в обоих ушах.
— Подойди через пару минут, — попросил я.
Когда он ушел, я перевел взгляд на Иру. Забавно, но в жизни вне офиса девчонка выглядела совсем иначе. Куда-то делся весь ненужный лоск, глубокий вырез декольте и короткая юбка в купе с ярким макияжем. Да, губки у Иры были такие же пухлые, а ресницы длинные, но передо мной будто сидел совсем другой человек.
— Попов это кто? — спросил я.
— Ну, Хайпенко, — уточнила она. — Хотя, может, ты вообще уже не помнишь, кто он такой.
Не знал, что у Хайпенко выдуманная фамилия. Взял меню. Глаза начали спотыкаться уже на втором слове. «Кубдари с моцареллой», «фалафель-ролл на брускетте», «сэндвич с бараниной и кимчи». Да тут сам черт ногу сломит!
Чувство было такое, что с Ирой мы давно знакомы, и тогда когда мы встретились у Хайпенко в офисе, это встреча была далеко не первой.
Официант, видя, что я занялся меню, снова появился перед столиком. Я ткнул пальцем в первое, что не вызвало внутреннего протеста.
— Чорба с говядиной. И чай, если есть.
— Возьми мятный, — посоветовала Ира.
Официант записал заказ и оставил нас вдвоем, заверив, что все будет готово в течение получаса. Чай обещал принести сразу.
Как только он ушел, Ира задернула шторку, отрезая наш закуток от остального зала.
— Так что, тебе удалось договориться? Или ты, как обычно, клал на наши договоренности? — спросила она.
Я поднял глаза и внимательно на нее посмотрел.
— Напомни, о чем мы договаривались?
Ира откинулась назад, скрестила руки и надула свои пухлые губы.
— Ты обещал, что режиссер покажет видео на конференции в прямом эфире. Ты сам просил, чтобы Рената и Хайпенко размазали.
Я задумался. В голове стало складываться хоть какое-то понимание происходящего. Выходит прежний обладатель этого тела оказался ввязан в «заговор» против Хайпенко. Флешка, которую получил уже я, предназначалась для слива конторы. По всей видимости, не один «я» был недоволен Хайпенко… понять бы еще из-за чего случился конфликт? Я об этой ситуации почти ничего не знаю.
Но зато теперь понятно почему Ренат разговаривал настолько недружелюбно. Видимо, прежний обладатель этого тела и начальник СБ давно точили друг на друга зуб. Искали случай, чтобы обострить…
— Я уволен, — ответил я, видя, что Ира ждет ответ.
— Так-то я в курсе. Но ты понимаешь, что ОН не доволен? — он подалась вперед, взяла чашку с чаем, сделала глоток.
— Кто он? — спросил я, делая вид, что не понимаю.
— Волан-де-Морт, блин! Не прикидывайся, — холодно ответила Ира.
Я коротко пожал плечами, понимая, что речь не о Волан-де-Морте, кем бы он ни был.
— Или все, Саш, конфликт с Поповым исчерпан? Ручки поднимаешь, ты…
Ира начала заводиться, но я ее оборвал.
— Тон смени, — спокойно сказал я. — Со мной таким тоном разговаривать не нужно.
Она вздрогнула от неожиданности, но замолчала. Вообще собеседнику, независимо от пола, неплохо сразу обозначать границы дозволенного в диалоге.
Красные линии, так сказать. Шторка одернулась и официант поставил на стол мятный чай. Пальцы машинально коснулись чашки.
Видя, что я замолчал, Ира продолжила, но куда спокойнее.
— Ты забыл о том сколько штрафов этот мерзавец навесил на тебя? — тихо сказала она.
А дальше последовал крик души Иры, который, впрочем, сделал для меня ситуацию еще более понятной. Ира рассказала, что несмотря на «строгий» запрет вмешиваться в потасовки бойцов, Хайпенко начислял охране штрафы за «бездействие». Якобы отчитывался перед Федерацией, что в лиге действует жесткий запрет на конфликты с применением физической силы. И те, кто его нарушают — жестко штрафуются.
