себя Петров после того, как смог снова что-то соображать. – Всеволод Андреевич обещал мне, что с ними всё будет хорошо!
– Тихо ты, – одёрнула его Инга. – Иначе ляжем рядом, если привлечём внимание к себе.
– Я должен их освободить, – не сдавался Петров. – Мы выведем их отсюда, если я вам нужен. Без них я не уйду.
– Им нельзя уже помочь. Можешь поверить мне на слово. А нам пора уходить.
Инга потянула на выход сопротивляющегося Петрова.
– Я не могу так просто уйти!
– Если хочешь принести пользу другим, то как раз именно это и должен сейчас сделать. Уйти. Оставшись здесь, ты ничем и никому уже не поможешь.
Инга буквально дотащила Петрова до двери. Покинув бокс, они возвращались к лифту.
– На обратном пути, в машине, я тебе всё расскажу.
Лифт открылся. Петрову с Ингой пришлось посторониться, чтобы пропустить людей с медицинской каталкой, на которой кого-то везли. Когда они поравнялись с Петровым, тот чуть не выдал их с Ингой. На каталке лежала Катя. Та Катя, его соседка. Инга, заметив, что с Петровым снова что-то не так, силой затащила его в лифт и нажала кнопку нулевого уровня. Благо внутри больше никого не было.
– Что случилось?
– Там была Катя. Девочка из моего дома. Что она тут делает?
Инга ничего не ответила, потому что лифт приехал уже на этаж. Всё так же протащив за собой Петрова, она буквально вытолкнула его на улицу и запихнула в машину. – Ты понимаешь, что мы очень сильно рисковали?
– Прости, – извинялся Петров. – Я был не готов к такому. Да, и ещё Катя. Зачем она там?
– Значит, дела совсем плохи, – сделала вывод Инга. – Детей, даже сильных, не забирают на ферму. Их выращивают здесь до полного созревания. Но если их начали забирать, это означает только одно. Дефицит «Голубого топлива».
На обратном пути Инга рассказала, как всё происходит дальше. Человеку, попавшему на ферму, внушают, что он переходит на другой уровень. Что-то вроде очередного перерождения до момента возвращения в Мир Живущих. Он отправляется в некий рай, где вечный покой и блаженство. Что-то вроде отпуска, где ничего делать не надо. Отдыхаешь, путешествуешь, любуешься достопримечательностями и просто замечательно проводишь время. Нет ни чувства скуки, ни ощущения усталости. Может, это и так, но очень вряд ли. Потому что этот «отпуск» рано или поздно заканчивается. Когда энергия иссякает, тело передают на Тёмную ферму. И там уже выкачивают остатки. Тёмную энергию. В каждом человеке, каким бы святым и одухотворённым он ни был, присутствует, помимо светлой, тёмная энергия. Из неё тоже делают топливо. Но поскольку оно опасно, то используют его только на Тёмной стороне и только в неблагополучных районах. Тёмная энергия нестабильна, но дешева. Но на Тёмной ферме как раз ничего не обещают. Никакого блаженства и отдыха. Тебя отправляют в так называемую «Пустоту», где ты осознаёшь своё положение, но остаётся только смириться с ним. До самого цикла перерождения находишься в пустом месте, где нет ничего. Туда же отправляются все погибшие и умершие преждевременно жители Тёмной стороны. Ну и преступники по решению суда.
– Все мы только топливо для самих себя же, – заключила Инга. – Некоторым, конечно, везёт. Таким, например, как ты, и другим живущим на светлой стороне. Пока Вершители исправно выполняют свою работу, энергии вновь прибывших достаточно.
– И чего же вы хотите добиться революцией? – Петров с Ингой сидели в машине на парковке перед Библиотекой. – Что вы сможете изменить?
– Мы хотим достучаться до Высшего, – пояснила Инга. – Должен же он, в конце концов, обозначиться, чтобы навести порядок или прийти к какому-то соглашению.
И вот тут нам понадобишься ты.
– Я? Почему я?
– Я тебе уже говорила, что ты какой-то особенный.
И, возможно, не просто так пришёл в этот мир.
– Мессия, – усмехнулся Петров. – Да придёт спаситель.
– Зря смеёшься. На тебя очень многие ставят. За тобой пойдут.
– Я даже родителей спасти не могу, – напомнил Петров. – И Катю. И что мы изменим? Даже если этот ваш Высший и объявится.
– В его силах изменить порядок вещей в этом и в том мире. Он не может не прислушаться к нам. Как минимум мы должны попробовать. И если потребуется, то умереть за это.
– А если я не соглашусь?
– В любом случае. С тобой или без. В полночь с 31 декабря на 1 января во всех Библиотеках произойдут взрывы. Мы сожжём их дотла. Все книги. Освободим людей от навязанной воли в первую очередь. Потом займёмся уже нашим миром.
– А вы не боитесь, что я вас сдам?
– Если бы хотел это сделать, то сдал бы давно. Но даже если это и так, то ничего уже не исправишь. До новогодней ночи осталось полтора дня. Никто не найдёт спрятанные заряды. Да и книги не успеют вынести, даже если захотят. Но подумай. На чьей стороне ты окажешься 1 января. С теми, кто отправляет людей на фермы, или с теми, кто хочет всё это изменить?
Вернувшись на свою сторону, Петров сразу поехал домой. Докладывать Всеволоду Андреевичу о результатах своего визита не очень хотелось. Всё равно смысла в этом нет. Через два дня здесь и по всему миру начнётся что-то невообразимое. Петров даже не мог представить себе, какие последствия повлекут за собой эти события. И ещё тот момент, что руководитель знал, куда отправляет родителей Петрова, хотя особой необходимости в этом не было. Не являлись они какими-то сверхсильными источниками энергии.
– Петров, у нас беда! – У подъезда его уже встречал дед Боря. – Катюху увезли. Прямо почти сразу после того, как ты ушёл. Сказали, что последствия обострились после посещения Обочины, хотя с виду и не скажешь. Родители с ней уехали и пока так и не вернулись.
«И не вернутся», – догадывался Петров. Вообще ничего уже не вернётся. Весь мир летит в трубу. Катя, как предвидела, и была права, что та история Петрова была последней. Нет смысла больше что-то писать. Всё оказалось не таким уж безобидным, как казалось на первый взгляд. Тёмная сторона, Светлая сторона. Всё виделось понятным и логичным. Пусть не сразу, но Петров постепенно вжился в роль Вершителя. Ему казалось, что он делает хорошее дело, помогая живущим выпутываться из сложных ситуаций. Даже смерть своих родителей он принял как значимое и важное событие для этого и того мира. Не просто так. Тем более что ничего страшного нет в том, что ты пришёл в этот мир. И более того. Петрову обещали, что они попадут в особое место. С особым местом
