На то, чтобы добраться до перекрёстка проспекта Александра Третьего и Купеческой улицы, у меня ушёл примерно час неспешной ходьбы. А вот чтобы найти в переулках нужное мне здание со скромной табличкой «Деловой центр Гранит», пришлось немало поплутать. И надо признать, одно только расположение офиса нотариуса выдавало его с головой. Нужный мне дом явно знавал лучшие годы, его давно не ремонтировали, да к тому же никаких вывесок, что здесь находится нотариус, вокруг не имелось.
Простая железная дверь привела меня в небольшой холл. Справа от входа располагалась будка охранника, который внимательно за мной следил, пока я осматривался. Прямо перед глазами висел стенд с указанием номеров кабинетов и названий контор, что их занимают. Отец не помнил, как точно была фамилия у нотариуса, но я подозревал, что здесь он будет в единственном экземпляре — слишком паршивое место для нормального юриста.
«Нотариальная контора Стрижова» оказалась именно тем, что мне требовалось. Отец был прав: фамилия птичья, хотя и не Скворцов и не Соловьёв. Впрочем, для меня это мало что меняло, и я направился на второй этаж, где и располагался нужный мне кабинет.
Лестница оказалась тоже довольно уставшей, а установленные на каждом этаже урны для курильщиков ещё и создавали соответствующий аромат дешёвой богадельни. Стараясь дышать пореже, я добрался до нужного этажа и толкнул тяжёлую дверь.
Дешёвый вытоптанный линолеум, местами отсутствующие плинтуса, дешёвая краска на стенах. Дощатые двери кабинетов с бледными указаниями, кто в них находится. Атмосфера какой-то нищеты и запустения.
Нужный мне кабинет располагался в самом конце длинного коридора. На табличке, висящей около двери, значилось название конторы. Решительно постучав, я открыл дверь и вошёл внутрь.
Первое, на что упал взгляд — парень, заполняющий какие-то бумаги. Среагировав на моё появление, он поднял голову и посмотрел на меня замутнёнными глазами — очевидно, человек был полностью поглощён процессом, и не сразу понял, что происходит вокруг.
Сам нотариус, лысеющий полноватый мужчина, сидящий боком к двери, выглядел лет на сорок и тоже обратил на меня внимание. «Платон Платонович Стрижов, нотариус» — значилось на табличке, стоящей на его столешнице. Нотариус перебирал какие-то бумаги до моего появления.
Во всём помещении, кроме пары столов и двух небольших шкафов с документацией, не было вообще ничего. Удивительно даже, как их первая же проверка не заподозрила в чём-то противозаконном. Не может у нотариуса быть так мало бумаг. Как минимум должен быть архив, так нужный мне.
— Здравствуйте, господа, — произнёс я, демонстрируя папку в руках, с которой так и не расстался в кабинете Золотарёва. — Мне бы доверенность заверить, подскажите, можно здесь это сделать? А то я впервые в этом районе оказался, а вы первый нотариус, которого я нашёл.
Платон Платонович, очевидно, клиентов не ждал, это было заметно по его виду. Однако напрямую отказывать мне он тоже не стал, решив играть в нормального нотариуса.
— Боюсь, молодой человек, прямо сейчас мы вам помочь не в силах, — надтреснутым голосом произнёс Стрижов. — Мы сейчас очень заняты другим делом, и уже не освободимся до конца рабочего дня. Вам придётся найти другой нотариуса.
— Может быть, тогда можно на дом оформить вызов? — сделал я ещё одну попытку.
— Такие услуги я не оказываю, — отрицательно покачал головой нотариус. — Так что…
Надо отдать ему должное, прямо он меня не послал. Хотя судя по поджатым губам, ему этого очень хотелось. Интересно, он сейчас ещё какую-то чернуху оформляет, чтобы выглядело законно?
— Я бы мог хорошо заплатить, — вставил я.
Платон Платонович кисло улыбнулся.
— Нет, молодой человек, — произнёс он, не сводя с меня недовольного взгляда. — Вам лучше обратиться к кому-то другому.
Что ж, суть этой конторы была мне понятна заранее, а сейчас я просто получил подтверждение. От доверенности отказывается, ехать за большие деньги не согласен. Не с законной деятельности кормится господин Стрижов, а потому и предложения мои ему неинтересны. Они ему не нужны.
— Вы можете обратиться к Семёновой, — вставил помощник, отложив свои документы. — Она дальше по Купеческой улице.
— Благодарю, — кивнул я, и, не задерживаясь, покинул кабинет.
Итак, нотариуса я проверил, и он подтвердил мои догадки. Теперь надо думать, как вытрясти с него нужную информацию и бумаги. Взглянув на часы, я вышел из здания и направился в сторону дома. По дороге можно куда-нибудь заскочить, чтобы поесть.
* * *
Автобус остановился на нашей остановке, и я выбрался наружу. Дойдя до дома, заметил Влада и Саню. Друзья сидели на нашей лавочке и лениво перебрасывались фразами, издалека было заметно, что оба серьёзно вымотались за день, и просто отдыхают.
— Здорово, Гарик! — подняв руку, сжатую в кулак, первым поприветствовал меня Влад, когда я подошёл ближе. — Ты чего это с папочкой бегаешь?
С документами в обнимку я провёл весь день. Зато немного передохнул, пока гулял по городу в ожидании вечера. Проветрил голову, посмотрел на город. Несмотря на то, что прежде мне попадались многие свидетельства беспредела и беззакония, сегодня, как по волшебству, ни одного такого момента я не заметил. Может быть, потому, что гулял я по центру, где любят проводить время аристократы, а им никто из бандитов глаза мозолить не хочет?
— Да по делам ездил, — ответил я, пожимая другу руку. — Привет.
— Привет, Игорь, — протянул мне ладонь и Саня. — И как дела?
— Да пойдёт, — пожав плечами, произнёс я. — Батя твой дома, не знаешь?
— Дома.
— Надо зайти к нему, поговорить.
— А я, кстати, узнал, что ты тут нашу Анастасию Александровну спас из рук каких-то лютых работорговцев, — вставил Влад и, показав мне большой палец, заявил: — Так держать, Игорёк, глядишь, и не умрёшь девственником в итоге.
— Иди ты, придурок, — отмахнулся я. — Одно у тебя на уме.
— Да ладно, я же шучу, — развёл руками друг, и, отбросив всю смешливость, продолжил. — Ты крут, Игорь, я серьёзно. Нет, я и раньше знал, что ты в академии учился, но в одиночку против банды выйти — тут одного духа мало, тут сила нужна. Я прям тобой горжусь. Кстати, у меня бой завтра вечером. Ты обещал прийти.
— И приду, — подтвердил я. — Ты только адрес скажи и время точное.
— Всё будет, — серьёзно ответил Влад.
— Эх, я бы тоже сходил с вами, — вздохнул Саня, но увидев наши лица, вздохнул вновь: — Но мне там делать нечего, знаю. Иногда я вам завидую, делаете, что хотите, и плевать вам на то, как это отразится на будущей карьере.
Он сделал многозначительную паузу, оглядел нас и усмехнулся.
— А потом вспоминаю, какие вы оба оболтусы, и сразу становится легче.
Мы посмеялись над этой шуткой, и я, попрощавшись с друзьями, направился к Александру Витальевичу. Разговор предстоял серьёзный, так что я постарался выбросить из головы все лишние мысли.
Когда я надавил на звонок, сразу мне никто не открыл. Пришлось ждать пару минут, прежде чем заместитель городского прокурора щёлкнул замком.
— Привет, Игорь, заходи, — кивнул он мне, отступая в сторону. — Что это у тебя в папке?
— Я как раз об этом и хотел поговорить, Александр Витальевич, — произнёс я, переступая порог.
Он закрыл за мной дверь и жестом предложил проходить.
Судя по всему, он только недавно пришёл со службы, и даже переодеться до конца не успел — несмотря на домашнюю майку на теле, брюки всё ещё оставались форменными. На кухне закипал чайник, туда меня заместитель прокурора и привёл.
— Присаживайся, рассказывай. Чай будешь?
— Не откажусь, Александр Витальевич, — занимая место за столом, ответил я. — В папке у меня документы от Золотарёва. Но прежде всего хочу сказать вам спасибо.
— Я ничего не сделал, чтобы меня благодарить, — ответил тот, наливая кипяток в две чашки.
— Вы организовали моё свидание с отцом. Когда я пришёл к нему, он рассказал мне, что Артемий Львович убеждает его подписать признание вины.
