Через полчаса я захлопнул дверцу автомобиля, и Артур укатил по своим делам. А я вошёл в салон, и ко мне сразу же направился мужчина в дорогом костюме.
— Чем могу помочь, молодой человек? — с явным скепсисом спросил он, останавливаясь в шаге от меня.
— Мне нужен мотоцикл, — объявил я. — Что-нибудь представительное и удобное.
Судя по его лицу, продавец явно сомневался в моей платёжеспособности, но всё же произнёс:
— Хорошо, тогда прошу за мной!
Мы прошли между рядами выкрашенных в разные цвета одинаковых моделей средней стоимости, пока не оказались в зале, заставленном чопперами, как будто сошедшими с конвейера Харлей-Дэвидсона.
Пока продавец распинался, рассказывая о каждом, я решительно направился к стоящему в самом центре мотоциклу. Он и был тем самым Харлеем, знаменитым в моей прошлой жизни, благодаря фильму с Микки Рурком и Доном Джонсоном.
— Беру его, — погладив двухколёсного монстра, произнёс я. — Тест-драйв есть?
Глаза продавца выпучились, но он тут же взял себя в руки.
— Есть. Но он стоит…
— Беру! — перебил я его!
Через пять минут мы выехали на дорогу, и какое-то время я катался по району, а потом остановился у отделения банка. Сотрудник магазина остался ждать снаружи, прекрасно поняв, что такие деньги никто на кармане не носит.
Когда я вернулся к мотоциклу, продавец окончательно поверил, что сделка состоится. Наверняка он работает за комиссию, а судя по цене Харлея, одна эта продажа закроет его месячный доход.
— Возвращаемся? — уже не скрывая предвкушения от пересчёта денег, спросил продавец.
Харлей мне понравился. Он и вёл себя настолько послушно, как будто был создан специально под меня, и на дороге чувствовал я себя на нём так, словно родился в седле железного коня.
— Беру, — заявил я, когда мы вернулись к салону. — Что по сервису?
— У нас оригинальные запчасти поставляются, — ответил продавец, утративший всякие сомнения, теперь в его глазах явственно проступало уважение к состоятельному клиенту. — Наша сеть — официальные дилеры в Российской Империи. Но вряд ли вам серьёзный сервис понадобится, так, по мелочи. Эти мотоциклы работают превосходно и ломаются только в авариях.
— Это хорошо, что ты напомнил, — кивнул я. — Пойдём экипировку выберем.
Расставались мы едва ли не лучшими друзьями. Я оставил в салоне больше, чем рассчитывал, но я был доволен покупкой. Так что провожал меня продавец, как дорогого родственника.
Выехав из салона, я подумал о том, что не зря в военном лицее факультативно ходил на автодело и получил права. Прям как чувствовал, что пригодится. Теперь нужно выделить время и поставить своего железного коня на учёт. Не хватало ещё, чтобы до меня ко всему прочему постовые прикапывались.
Но это уже нужно было делать не сегодня, поэтому, выкрутив рукоять, я под рёв двигателя покатился к нашему гаражу. Зря он, что ли, столько времени простоял пустым?
Добравшись до места, я поставил Харлей и, закрыв ворота, проверил свой тайник. Пистолет лежал там же, где я его и оставил. И это было прекрасно.
Напевая себе под нос и вращая ключи на пальце, я направился в сторону дома.
Глава 3
Два дня до поединка пролетели быстро. Артур позвонил с самого утра, подтвердил, что бой точно состоится, и назвал его точное время. Разумеется, тренировка с Артёмом Ивановичем в этот день отменялась.
А вот встреча с адвокатом, которого мне подобрал Александр Витальевич, должна была состояться в той же столовой напротив городской прокуратуры ровно в два часа. Так что первую половину дня я потратил на то, чтобы привести в порядок дела.
Перебрав и подготовив все документы по делу отца, я приступил к уборке квартиры. Работа руками всегда прочищает мозги; я отдраил квартиру до блеска и, приняв душ, пообедал, а после собрался на встречу.
Добравшись до гаража, я отставил запасной шлем в сторону и, надев собственную защиту, выкатил мотоцикл наружу. Можно было бы ставить Харлей во дворе, но мне не хотелось отвечать на вопросы соседей. Да и матери обязательно рассказали бы, чей это железный конь под нашими окнами. И это не говоря о том, что какой-нибудь обдолбанный в хлам идиот мог его либо испортить из вредности, либо угнать и разбить. Это год назад можно было спокойно оставить во дворе что угодно, но теперь времена другие.
Несмотря на вчерашний ливень, было достаточно тепло. Асфальт высох под осенним солнышком, а потому ехать на хорошем мотоцикле было просто одно удовольствие. Следя за дорогой, я всё равно замечал, какими взглядами меня провожают прохожие и автомобилисты.
Несколько девчонок и вовсе строили глазки на светофоре, но я делал вид, что не вижу. Благо стекло шлема снаружи непрозрачное.
До столовой я добрался в хорошем настроении и, припарковав Харлей у входа, вошёл внутрь, стягивая с головы шлем. Александр Витальевич поднял взгляд от своей тарелки и махнул мне рукой.
А я чуть замедлил шаг, разглядывая девушку в деловом костюме, сидящую рядом с заместителем городского прокурора. Тёмно-русые волосы, постриженные под каре, ярко-зелёные глаза и подтянутая фигура. На вид ей было лет двадцать семь — двадцать восемь, и смотрелась девушка как модель, демонстрирующая деловой костюм.
Помощница адвоката, что ли?
— Привет, Игорь, — первым поздоровался Александр Витальевич, протягивая мне руку. — Позволь представить, Никитина Арина Андреевна.
Девушка, выглядевшая моделью, чуть приподняла уголки рта и слегка кивнула.
— Здравствуйте, Игорь Васильевич, — произнесла она мягким, нежным голосом.
Я присел напротив них.
— Рад знакомству, Арина Андреевна, — сказал я красавице, после чего обратился к Александру Витальевичу: — А адвокат прийти не смог?
Девушка переглянулась с отцом Сани и звонко рассмеялась, прикрывая рот ладонью. А старший Медведев улыбнулся.
— Арина Андреевна и есть тот самый адвокат, о котором я тебе говорил, Игорь, — пояснил Александр Витальевич. — Она более десяти раз защищала жертв бандитов и обнаглевших аристократов. И выиграла все эти дела. Они были очень резонансными, и я даже удивлён, что ты не в курсе, думал, Сашка мой рассказывал.
Я по-новому взглянул на спокойно слушающую заместителя городского прокурора адвоката. Однозначно, я никак не ожидал, что таким матёрым юристом может оказаться красивая девушка младше тридцати.
— Ты не смотри, что Арина Андреевна так выглядит, — заметив моё удивление, произнёс Медведев, — её несколько раз приговаривали, четыре покушения было. Но она ничего не боится.
Никитина усмехнулась, разглядывая меня и потягивая кофе из чашки.
— Александр Витальевич мне вкратце рассказал, что у вас за дело, Игорь Васильевич, — произнесла она. — Полагаю, у вас найдется, что добавить…
Последнее она сказала с такой интонацией, что не услышать просьбу поведать, как есть на самом деле, было невозможно.
— Ну, на этом я вас оставлю, — произнёс заместитель городского прокурора, поднимаясь со своего места. — Удачи, Игорь!
— Спасибо, Александр Витальевич, — ответил я.
Арина Андреевна дождалась, когда Медведев выйдет из столовой, и посмотрела, приподняв бровь.
А я в очередной раз начал излагать историю отца. Скрывать факты было бессмысленно, так что короткий монолог занял порядка десяти минут. За это время Никитина ни разу меня не прервала, только кивала периодически.
— Мне важно знать правду, — произнесла она, внимательно наблюдая за моим лицом. — Ваш отец виноват хоть в чём-то?
— Лишь в том, что был слишком доверчив, — вздохнув, покачал я головой.
— Мы его вытащим, — тут же заявила Арина Андреевна. — Но документы, о которых вы говорили, мне понадобятся. Их обязательно надо достать.
— Достанем, — заверил я, даже не представляя пока, как это сделать.
* * *
После встречи с адвокатом я поехал домой и как следует отдохнул перед боем, даже немного поспать умудрился.
