теперь они будут их забирать для Моаи. Это чудовище, и когда оно наберет силу, когда будут построены новые фигуры — вы видите их на берегу? — тогда на мир опустится вечный холод!
— Боюсь, вы меня не за того принимаете. — Кук отступил на несколько шагов. — Я не предаю друзей. Этис позвал меня сюда помочь ему, а не вредить. Сказки свои рассказывайте другим. А я постараюсь как можно скорее передать арку то, что от вас услышал.
— Тогда вы никогда не получите дельфина, не будь я Кристин Ван Дер Вельде! — вскипела наш капитан. — Может быть, мы не слишком убедительны, но почему вы верите арку и не верите людям?!
— Потому что арк меня никогда не предавал, в отличие от людей. — Кук попятился еще дальше. — И если он обещал мне дельфина, то, я полагаю, мне он и достанется! А вы берегитесь, я не прощаю гибели своих людей!
— Не будет у вас дельфина, никогда! — Кристин совсем распалилась. — Испугался воевать с Прозрачными — тоже мне герой! Тебя, наверное, тянет ко льдам, а вот меня — нет. Поэтому у тебя не будет не только дельфина, но и морского конька. Да у тебя его уже нет — иди проверь!
А вот от этих слов Кук побледнел. Еще бы, Кристин ведь уже появлялась из воздуха прямо у него в каюте. Он схватился за оружие, но не достал его, а пошел назад, часто оглядываясь. Я заметил, как со стороны скал к нему поспешили трое солдат с мушкетами, продолжая на ходу целиться в нас.
— А может быть, стоило отдать? — Кристин на ощупь поймала Джона. — Ну-ка, появись! Не умеешь? Тогда просто сними богомола!
Джон возник из воздуха с волшебной фигуркой в руке. Кристин тут же выхватила ее и повесила ее на шею. Я попытался взять ее за руку, но она вырвалась и тут же исчезла.
— Опять?! — воскликнул Джон. — Клод, что теперь?
— Теперь? — Я посмотрел вслед англичанину. — Теперь, Джонни, спеши на корабль, а я попробую привести назад капитана.
Пригибаясь и прячась за кустами, я помчался за Куком. Пришлось сделать хороший крюк, чтобы меня не заметили его морские пехотинцы. Но мне, буканьеру, бегать не привыкать. Через четверть часа я уже зашел сбоку. Стрелки, не видя позади опасности, пошли свободнее, прикрывая капитана. Один из них достаточно отстал, чтобы я решился. Удар в затылок — и он ткнулся лицом в высокую траву. Я перевернул его, зажал в зубах бабочку — искать ремешок было некогда — и постарался перевоплотиться. Судя по тем частям своего тела, которые я мог видеть, все прошло успешно. Я наскоро скрутил парню руки и ноги его же ремнями, подхватил мушкет и поспешил за его товарищами. Когда придет в себя — или освободится, или так доползет до своих.
Пехотинцы стояли, с беспокойством озираясь. Завидев меня, выкрикнули пару ругательств в адрес «тупого Тома», и мы все вместе двинулись дальше. Кук шагал быстро, иногда даже переходя на рысцу, что не совсем вязалось с обликом лондонского джентльмена. Мы постепенно догнали его и к шлюпке подошли все вместе. Я поразился ее размерам. Но какой корабль — такие и шлюпки! «Резолюшн» оказался просто-таки огромным красавцем. Несколько матросов сели на весла, а мы, морские пехотинцы, просто сели, зажав мушкеты между коленями.
— Быстрее! Гребите же! — потребовал Кук, с беспокойством озираясь. — Налегай, парни!
Я тоже несколько обеспокоился. Утром Кристин могла просто доплыть до корабля, удивить там едва ли не до смерти Кука своим появлением и потом прыгнуть за борт — ей это раз плюнуть. Но обогнать шлюпку с шестью гребцами не сможет никакой пловец. Однако стоило мне положить руку на борт, как чья-то мокрая невидимая ладонь хлопнула по ней. Я, как мог незаметнее, опустил руку ниже и крепко прихватил Кристин за воротник. Без нее мне на корабле Кука не справиться, а фигурка морского конька, которая может работать в паре с дельфином, меня тоже очень заинтересовала. Бросили вызов аркам — надо вооружиться посильнее.
Так мы, с очевидным комфортом, и добрались до красавца корабля: один пассажиром на шлюпке, другая на буксире. Я постарался подняться на борт, слегка отпихнув одного из «сослуживцев», сразу за капитаном и прошел за ним до самой каюты. Здесь Кук немного замешкался, отпирая дверь. Он воровато оглянулся и заметил меня.
— Что вам угодно?
— Капитан, я хотел бы поговорить с вами наедине. Дело в том, что имеются пехотинцы, желающие дезертировать.
— Что?! Здесь?.. Доложите о них своему сержанту. — Он совсем немного приоткрыл дверь и шагнул одной ногой в каюту. — Не приставайте ко мне!
— Но постойте! — Я ухватил его за камзол и просто выдернул обратно. — Это измена! Бунт!
— Оставьте! — Кук отпихнул меня что есть силы, и я упал, не рискуя вступать в драку на глазах матросов. — Я вас… Доложите сержанту о своем поведении!
За капитаном захлопнулась дверь, и я услышал, как поворачивается ключ. У Кристин была секунда, чтобы проскочить в каюту, — если, конечно, она вообще успела подняться на корабль и догнать нас на этом гиганте.
— Считай, что ты уже мертвец! — сказал мне проходящий мимо матрос. — Хочешь совета, Том? Иди утопись, пока капитан не освободился. И какая муха тебя укусила?
Я очень не спеша поднялся, прислушиваясь к происходящему внутри каюту. Со мной был мушкет, и я готов был пристрелить Кука, если он появится в дверях и позовет на помощь. Но стрелять не пришлось: дверь отворилась, а за ней никого не было.
— Ну иди же! — нетерпеливо позвала Кристин.
Оглядевшись, я прошмыгнул в каюту. Капитан Кук лежал на койке с безмерно удивленным выражением лица и медленно набухающей шишкой на лбу. Шикарный парик съехал на ухо.
— Он как вошел, тут же в секретер полез. И даже успел достать, смотри. Симпатичный, да?
— Кристин, я ничего не вижу.
— Забыла! — Она бросила фигурку морского конька на койку рядом с капитаном, и та стала видимой для меня. — Вот такая у нас добыча. Теперь давай выбираться, только… Знаешь, я, когда плыла, первый раз видела акулу. Страшновато теперь. Я-то невидимая, а вот на тебя могут наброситься.
— Не уверен, что для акул ты невидимая, — усомнился я. — Уж запах свежего мяса они и вслепую чуют. Но мы ведь можем поступить по-другому?
Я посмотрел на Кука и погладил языком бабочку — теперь она лежала у меня за щекой.
— Ух ты! — Кристин захлопала в ладоши. — Очень мило. Только и говори как он, не забудь. Постой! Возьми попугая, а то ты
