Операция: Монголия - Уильям Микл

красные черви проскользнут через него, но пока никаких признаков их появления не было. Вместо этого скрипы и стоны сверху усилились, больше сухого мусора посыпалось вниз, синие вспышки стали более настойчивыми, и больше червей пытались пробраться в дверной проем. Свет от медной проволоки теперь был ярко-желтым, и вой защитного поля ваз эхом разносился вокруг них, пока синий и золотой цвета боролись за контроль.

О'кей, капитан Бэнкс. Сейчас нам бы пригодилась кавалерия.

- 17 -

Бэнкс и Хайнд прибыли на взлетно-посадочную полосу на целых два часа позже, чем планировали. Любая надежда на быстрое спасение исчезла, как только они увидели место. На полосе не было ни одного самолета, и вся территория казалась заброшенной, хотя в бараке, который служил диспетчерской, горел свет, а снаружи стоял грузовик с ключами в зажигании.

- Кто-то здесь есть, - сказал Хайнд.

- Да, или был до недавнего времени. Давай потихоньку, сержант. Чутье подсказывает мне, что здесь что-то не так.

- Мое предчувствие говорит то же самое.

Они оставались в тени как можно дольше, пока не пересекли утрамбованный песок, который служил взлетно-посадочной полосой, и подошли к диспетчерской сбоку, чтобы не выдать себя в свете. Бэнкс дал понять Хайнду, что пойдет первым, и осторожно вошел в лачугу. Она была пуста.

Большая старинная радиостанция занимала большую часть одной стены, но когда он попробовал, он не получил сигнала ни на одной частоте, только ритмичные гулкие помехи.

- Кэп, - сказал Хайнд снаружи. - Здесь что-то есть.

Бэнкс вышел и нашел сержанта в задней части барака, стоящего над чем-то, что выглядело как куча одежды на земле. Когда Хайнд отодвинул куртку в сторону, он увидел под ней белую грудную клетку. Рядом с телом лежал пистолет, рядом с ним - две гильзы и еще несколько воскообразных, зловонных останков одного из червей.

- Полагаю, это тот парень, который здесь заправлял, - сказал Хайнд, и Бэнкс кивнул, пока сержант продолжал. - А как насчет нашей машины?

- Либо уже уехала, либо не приедет, - ответил Бэнкс. - Радио так же сломано, как и спутниковый телефон, так что нет возможности узнать. Похоже, мы снова остались одни.

Хайнд посмотрел на грузовик.

- Что думаешь? Сможем ли мы вернуться на нем тем же путем, которым приехали?

Бэнкс проследил в уме их путь.

- В основном да, за исключением того высохшего русла реки, но нам просто придется найти способ обойти его. Это наш единственный выход отсюда сегодня ночью.

Грузовик завелся с первого раза, и в баке было больше половины топлива. В сумке в хижине они нашли термос с кофе, хлеб и сыр - завтрак покойного - и взяли их с собой. Они надежно уложили сумки за сиденьями и, с Хайндом за рулем, медленно двинулись на юг.

* * *

- Фары у этой штуки - полное дерьмо, - сказал Хайнд, пока грузовик трясся и подпрыгивал на неровной местности.

Даже на полной мощности фары освещали лишь десять ярдов впереди них. Единственным утешением было то, что не шел дождь, ведь на лобовом стекле не было дворников.

С тех пор, как они покинули старое русло реки, направляясь на север, ни червей, ни синих электрических вспышек не было видно, но теперь, когда они возвращались, они увидели танцующую синюю аврору под плотным облачным покровом на южном горизонте.

- Там все еще идет дождь, - сказал Хайнд.

- Да, но мы не можем этого избежать. Мы едем в том направлении, и это лучше, чем идти пешком.

Бэнкс передал Хайнду сигарету, и они по очереди пили крепкий черный кофе из термоса. Бэнкс поморщился, почувствовав вкус густого горького напитка.

- Я понимаю, почему в этих краях курят эти чертовы черные сигареты, - сказал он.

- У нас есть план, Кэп? - спросил Хайнд через некоторое время.

- Помимо возвращения к ребятам, особого плана нет. Я надеюсь, что как только дождь прекратится, телефон снова заработает, и мы сможем вызвать воздушную эвакуацию. Если это не удастся, мы поедем на этой штуке обратно по дороге мимо заправки, направимся на восток и доберемся до города, о котором профессор упомянул как о месте, где они получают припасы. Оттуда мы сможем отправить какое-нибудь сообщение домой или найти более подходящий транспорт.

- А черви?

- Если они нас не трогают, мы их не трогаем. Похоже, им плевать на нас, если мы не шумим слишком громко, так что давай не будем ничего делать, чтобы это изменить.

* * *

Двадцатиминутная поездка привела их к высохшему руслу реки, почти к тому месту, где они пересекали его ранее. Хайнд остановил грузовик у скалистого уступа.

- Мы не спустимся оттуда, Кэп.

- И не поднимемся с другой стороны. Поедем немного на запад - в последний раз, когда мы видели червей, они шли на восток, и я бы предпочел не сталкиваться с ними снова, если это возможно.

Хайнд поехал на запад вдоль края уступа, обозначавшего северную границу высохшего русла реки, и после полумили медленного движения они добрались до впадины, которая привела бы их к более мягкой почве. Бэнкс попытался вглядеться в ночь в сторону южного берега, надеясь увидеть аналогичную впадину на противоположной стороне, но тьма была слишком непроницаема.

- У нас нет выбора. Придется рискнуть, - сказал он. - Дождь прекратился, небо прояснилось, надеюсь, эти гады либо ушли на восток, либо укрылись под землей.

- Да, ну, если один из них достаточно большой, чтобы проглотить этот чертов грузовик, пусть попробует, - ответил Хайнд и спустил грузовик на русло реки.

Тяжелая машина увязла, как только коснулась песка. В течение нескольких секунд, заставляющих сердце замирать, Бэнкс подумал, что они застряли, не успев даже тронуться с места, но Хайнд переключился на первую передачу, нажал на педаль, и они начали ползти вперед - сначала мучительно медленно, но в конце концов набрав обороты.

Они пересекли высохшее русло реки со скоростью чуть больше, чем ходьба, но, по крайней мере, двигались в правильном направлении. Бэнкс постоянно переводил взгляд, стараясь охватить как можно большую площадь, ожидая атаки, но никаких признаков червей не было.

Когда они приблизились к южному берегу, он осмотрел гребень в поисках места, где они могли бы подняться на скалу.

- Вот там, в десяти ярдах слева, - сказал он, указывая на место, где в скалистом уступе было