Операция: Монголия - Уильям Микл

ногами и громко ругаясь, но слыша только глухое эхо своего голоса над звоном в ушах. Профессор был всего в четырех футах от него, но к тому времени, когда Донни до него добрался, он уже потерял левый глаз - Донни с ужасом увидел, как два крошечных красных хвостика исчезли внутри, пока существа продолжали зарываться, и, кроме дрожи в правой руке, профессор лежал в оцепенении.

- Дэвис, - крикнул Донни. - У нас раненый.

Дэвис наконец оставил Виггинса и подбежал, но Донни уже знал, что слишком поздно; оставшийся глаз Гиллингса безжизненно смотрел вверх, и единственное движение в его теле было искусственным, создаваемым мириадами червей, которые пробирались сквозь него, все еще зарываясь, все еще поедая.

* * *

- Помоги мне, - крикнул Дэвис, наклоняясь, чтобы поднять профессора. - Нам нужно сжечь тело, прямо сейчас.

Донни отступил назад, раздавив еще больше червей под ногами, но не заметив этого, потому что его взгляд был прикован к мертвому человеку. Он покачал головой.

- Я не могу...

У Дэвиса не было времени на споры. Насытившись, черви уже начинали вылезать из тела. Теперь они были больше и все еще голодны.

- Уилкинс, помоги мне, - сказал Дэвис. - Брось его в огонь - быстро.

Донни наконец смог пошевелиться, когда Уилкинс и Дэвис подняли мертвеца и помогли им бросить его через очаг, прямо в центр кострища. Спальный мешок вспыхнул. Черви лопались, как крошечные петарды, под воздействием жара, и профессор быстро охватил огонь. Донни осознавал, что и Дэвис, и Уилкинс теперь топают по земле в том же маниакальном танце, который он сам исполнял секунды назад, но Донни стоял как вкопанный, уставившись в пламя, пока огонь уносил то, что осталось от профессора Гиллингса. Его взгляд следовал за дымом, поднимающимся через дыру в крыше.

Холодные звезды смотрели на него сверху.

В комнате воцарилась полная тишина, звон в ушах Донни постепенно затихал, и теперь слышался только треск и шипение огня.

Дэвис смотрел на беспорядочную розовую жижу на полу, которая уже затвердевала, образуя восковые борозды.

- Мы всех этих мелких ублюдков уничтожили? - спросил он.

Уилкинс сильно наступил на последнего извивающегося червя, поморщившись от явной боли, пронзившей его ногу.

- Думаю, да, - ответил он.

- Они убрались и отсюда, - сказал Виггинс из дверного проема.

Донни почти не слышал их. Он почувствовал, как желчь поднимается к горлу, и направился к дверному проему, успев как раз вовремя перешагнуть через медную проволоку, наклониться на улицу и выблевать на ступеньки кофейную жижу с полупереваренными галетками.

* * *

Следующие десять минут остались в его памяти пустым пятном. Он смутно осознавал, что Дэвис осматривает его с ног до головы в поисках следов укусов или признаков проникновения под кожу. Уилкинс заварил кофе, Виггинс охранял дверь, а огонь продолжал потрескивать, хотя никто из них на него не смотрел.

Донни вышел из своего оцепенения, когда Дэвис дал ему дымящуюся кружку кофе и сигарету. Только тогда Донни посмотрел на огонь. От профессора осталось лишь очертание грудной клетки, и даже оно рухнуло, когда Уилкинс бросил в огонь еще дров.

- Мы ничего другого не могли сделать, - тихо сказал Дэвис. - Если бы мы позволили этим тварям довести начатое до конца, следующими были бы мы.

Донни кивнул, еще не готовый говорить, затянулся дымом и сделал глоток кофе, зная, что ни то, ни другое не поможет заполнить пустоту, которая, как он чувствовал, грызла его изнутри. Он осознал, что Виггинс задал вопрос. Он его пропустил.

- Что ты сказал? - ответил он, его голос все еще звучал эхом и отдаленно в его поврежденных ушах.

- Я сказал, что мне интересно. Думаю, у тех червей сейчас сезон размножения - дождь и вода заставляют их размножаться, они разбухают, производят на свет мелких ублюдков, а потом они готовы, как большие водяные шары, лопнуть?

- Вряд ли это научно, - ответил Дэвис, - но я думаю, что это достаточно близко к истине.

- Ладно, новое правило, - сказал Виггинс. - Не стреляйте в этих ублюдков, если они находятся над нашими головами.

Донни не хватило сил ответить, и даже звук приближающегося двигателя снаружи не заставил его отвести взгляд от костра.

- 19 -

Бэнкс и Хайнд хорошо продвигались, оставив позади сухое русло реки. Погода заметно улучшилась, отсутствие дождя увеличивало дальность света их фар. Теперь им было легче различать камни среди песка, и они держали более высокую скорость, чем раньше. Они курили, допивая кофе, передавая термос друг другу.

- Думаешь, там еще есть такие же большие гады, как последний? - спросил Хайнд через некоторое время.

Бэнкс кивнул.

- Я думаю, что вода заставляет их всех раздуваться. Возможно, это происходит только раз в десять лет, когда идут сильные дожди, но, по-моему, нам не повезло, и мы попали прямо в разгар сезона размножения этих гадов.

- А что с ними будет дальше? - спросил Хайнд.

- Черт его знает, сержант, и мне все равно. Давай просто отвезем профессора и парня домой. Это все, что меня сейчас волнует.

Им понадобилось всего двадцать минут, чтобы преодолеть расстояние, которое они пробежали за несколько часов. Они вернулись в поселение на скалистом выступе под чистым звездным небом и увидели, как Виггинс спускается по ступенькам, чтобы встретить их, когда они припарковались.

Бэнкс взглянул на лицо капрала и понял, что это не будет радостная встреча.

Когда они поднялись на вершину скалы, Бэнкс выслушал отчет Виггинса в стороне от других, стоя у входа, пока остальные собирали свое снаряжение внутри.

- Я не знаю, что еще я мог сделать, сэр, - сказал Виггинс, когда закончил. - Этот чертовски большой ублюдок был на крыше, и когда Уилкинс попал в него, она просто развалилась и...

Бэнкс положил руку на плечо Виггинса.

- Не переживай, Вигго. Мы видели там сегодня ночью то же самое, и это удивило меня не меньше, чем тебя. Ты сохранил хладнокровие, Oтряд сделал то, что должен был. Смерть этого человека не твоя вина.

Виггинс улыбнулся в знак благодарности.

- Рид в шоке, - сказал он. - Он приходит в себя, но нам нужно за ним присматривать.

- Надеюсь, не слишком долго, - ответил Бэнкс. - Еще несколько часов в пути, и мы будем в городе, и, надеюсь, сможем распространить информацию о случившемся.