Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82
И только через три дня, прочитав в газете заметку о странном случае, произошедшем в городе, он сделал выводы. В областную больницу поступили несколько представителей одной очень малочисленной северной народности, и все с одинаковыми симптомами гипертонического криза. Более того, журналистам удалось раскопать, что это были не отдельные, а все находящиеся в этот день в городе представители этой народности. Еще у четверых заболевших удалось проследить родственные связи с ними.
Через несколько дней эта сенсация забылась, затерянная в безостановочном потоке новостей, как это бывает со всеми сенсациями, и только Сергей Жуковский связал вместе странную эпидемию и непонятный сигнал с антенн сотовой связи. Он даже сумел вычислить человека, подавшего этот сигнал с помощью своего мобильного телефона, правда, его уже три дня как не было в городе. Сергей рассказал все Степану, сразу понявшему важность информации, и сообщение о происшедшем немедленно ушло в Москву.
Никодима Волкова мучила совесть. Как мог он, выживший в четырех войнах, начиная с Русско-японской, он, шуганувший пришедших за ним в тридцать четвертом людей с наганами так, что они и думать о нем забыли, испугаться какого-то проходимца, пусть и миллиардера? Боевые ордена на груди не умещаются, а испугался до дрожи в коленях, спрятался, как беглый варнак! Ну и что, что от незваного гостя тянуло адским смрадом? Это не повод праздновать труса, забившись в подполье. Прожил на свете сто тридцать лет, а все мало, еще хочется, поэтому и испугался. А Господь не простит, что скрыл от людей грозящую опасность, покарает. Волков не смог бы объяснить толком, чем именно опасен тот человек, но чутьем своим острым понимал — опасность грозная, грознее не бывает. Чуял и то, что самому ему с бесовским посланцем не справиться. Когда у него молодой колдун объявился, обрадовался было Никодим, что помощь пришла, да как объявился тот, так и пропал, ни слуху ни духу о нем. Да и кто его знает теперь, может, из одной они шайки-лейки? Но к кому идти за помощью? Уж о слишком невероятных вещах придется рассказывать. В церковь, на исповедь? Так батюшка не поверит, да еще и от церкви отлучит за колдовские занятия. А этого Никодим очень боялся, с детских лет не мыслил себя вне церкви.
Долго старик ломал голову и наконец придумал. Вспомнил, как лечил в восемьдесят пятом одного молодого еще, но крупного чиновника из Москвы. Тот приехал анонимно, не принято было у коммунистов обращаться к колдунам и знахарям. Но Никодим быстро разобрался, что Василий, так звали чиновника, служит в госбезопасности и чин имеет немалый, генеральский. А когда опухоль у больного стала рассасываться, сдружились они, и Василий рассказал как-то, что навидался на своей службе таких чудес, в какие люди и поверить не в состоянии, потому и к Никодиму приехал, поверил ему.
После излечения они больше не виделись, только присылал Василий ему поздравительные открытки. А недавно увидел Волков старого знакомого по телевизору рядом с президентом. Вот теперь это вспомнилось, и решил Никодим обратиться к нему, зная, что не высмеет тот, поверит в невероятное.
Добирался старик до Москвы настороже. Еще в аэропорту, когда проходил регистрацию, увидел, как милиционер на контроле его паспорт с какими-то списками сличает, и понял, что есть его фамилия в этом списке. Пришлось сержанту глаза отвести, пропустил тот строчку. Но вечно везти не может, подумал Никодим, надо поскорее добраться до Василия, авось тот прикроет.
В Москве трудненько ему пришлось, пока сумел через охрану Василия пробиться, пришлось даже свои способы использовать. Наконец показал серьезному молодому человеку открытку с подписью Василия — пусть просто передаст начальнику, что Никодим с Кубани встречи ищет, а там уж, как тот распорядится.
И Василий распорядился, уважил, сам вышел старику навстречу, в свой дом загородный отвез, охраной окруженный. И вовремя. Чуял Никодим безошибочно — людишки миллионера уже где-то рядом, вот-вот разыщут. А так опасность пока миновала.
Все рассказал Волков Василию, ничего не скрыл. И Василий поверил ему безоговорочно, больше того, сказал, что давно они наблюдают за миллионером, много чего за ним такого числится, за что сидеть бы ему в тюрьме до самой смерти, и то лишь потому, что казнить сейчас перестали. Но скользкий, как сопливая рыба-линь. Все вроде про него известно, а зацепить не за что — доказать нечем. А еще интересы большой политики примешиваются, нельзя его трогать, слишком много высоких заступников. Вот если он прямо на власть верховную покусится, тогда другое дело, быстро за жабры возьмут, и никакой дьявол не поможет. Чекисты, они и дьявола, бывало, побеждали. Тут Никодим позволил себе усомниться — дьявола, может, и побеждали, а с ним, с Волковым, в свое время справиться не сумели, ушел он от них без потерь, а им ох как туго пришлось. Но рассказывать об этом хозяину не стал.
Василий велел вспомнить весь разговор с Сидориным до подробностей, попытаться понять, какое именно злодейство затеял миллионер. Привел даже гипнотизера, чтобы тот в подсознание к Никодиму заглянул, но тут полный конфуз вышел. Загипнотизировать Волкова он не сумел, а сам захрапел на третьей минуте. Куда ему…
И все же одну подробность старик вспомнил. Миллионер все время думал о какой-то связи, мысль эта из головы у него не выходила, так что Никодим ее учуял, хотя никогда не занимался такими делами специально, верил, что с чужими мыслями и чужие болезни передаются. Какая связь? Да эта, когда по телефону прямо с улицы разговаривают. Ага, сотовая связь, именно она…
Отдел, занимающийся Сидориным, заработал в новом направлении с учетом появившихся данных и, проследив контакты олигарха с сотовыми компаниями, сделал некоторые неожиданные выводы.
Появились данные о странном интересе, проявляемом Сидориным к Магадану. Проследили тамошние связи Скворцова, доверенного лица олигарха, и снова в деле замаячило оборудование для сотовой связи. Взяли на заметку неудачное покушение на мелкого магаданского коммерсанта, но было совершенно непонятно, что могло связывать с ним миллиардера. Не осталась незамеченной и странная эпидемия среди туземного населения. Ее никто не увязывал с делом олигарха, но шеф приказал обращать особое внимание на не имеющие объяснения факты.
Василий Андреевич Романов понимал, что накопленной информации слишком мало, чтобы идти с ней к президенту. Тем более что некоторые ее аспекты имеют, мягко говоря, мистический оттенок. А президент в мистику не верил. Нужно было копать глубже, чем Романов и занялся.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82
