теперь только кто-нибудь попробует к нему сунуться. Вмиг продырявлю!» Теперь он с удовольствием смотрел на сквозную дыру в стене под потолком. Страх испарился, обманчивая сила оружия овладела им. «Эх, черт, что я не нашел её вчера, я бы этого колдуна сразу к черту послал». Тут он подумал, что рано радуется. «А патроны?»
Колька быстро отодвинул затвор, и заулыбался: в магазине желтел потемневший патрон. «Есть!» Он вытащил патрон, и повторил действие еще два раза. Последний патрон, он оставил в магазине. Потом обратно зарядил все остальные. Четыре полновесных выстрела. В мальчишеской компании, часто спорили об оружии. И Мосинка всегда признавалась самой мощной. Лучше Берданы и Ли-энфельда. «Как же забрать её с собой? – мысли мальчишки приобрели новое направление. – Чтобы не увидели взрослые? Сразу отберут». Настоящая боевая винтовка. Это мечта! Он на время забыл обо всем. О том, что он в заброшенной запретной деревне, что в подвале у него лежит труп, и на улице его ждут десятки заколдованных ребят. При этом трое, по-настоящему мертвы.
Сытый желудок, неожиданное приобретение – он уже считал его своим – настоящего оружия, все это заставляло думать, что не все так плохо, как казалось ночью. Ведь не может же, такой сказочный подарок привалить к нему просто так, значит, судьба начинает улыбаться ему. Неожиданно его пронзила еще одна мысль. «А ведь в этой деревне, может быть куча таких подарков. Ведь, наверняка, сюда никто не заходил уже тысячу лет». Он с ходу уселся на ветхую кровать и задумался. Чем больше он размышлял, тем заманчивее казалась эта мысль. «Надо обыскать здесь все. Пока взрослые не появились». И как обычно, мысли понеслись дальше. Он уже задумался о том, как вывезти добро отсюда втайне. «Тьфу, дурак! – выругал он себя. – Еще не запряг, а уже понукаю». Однако это уже прочно засело в голове.
Оправдываясь тем, что все равно надо поискать патроны, а то зачем нужна будет винтовка, если нечем стрелять, Колька прошел к буфету и начал выдвигать ящики. На кухне ничего интересного не нашлось. Посуда, пару ножей, ложки. Все почти такое же, как и в их доме. Так что интереса это у него не вызвало.
Зато в спальне, в комоде, вещи оказались гораздо интереснее. Кроме различных безделушек, типа зеркальца, расчесок и прочего подобного, там нашлись швейные иглы и выцветшие деревянные катушки с нитками. Там же, в другом ящике, лежали перевязанные бечевкой документы, и стояла деревянная, покрытая черным лаком шкатулка. В ней он нашел, целую пачку денег. К сожалению, все купюры оказались еще дореволюционными. На разноцветных плотных листах, затейливой вязью вились названия: государственный кредитный билет. Первыми лежали три красных десятки, а под ними целая пачка пяти и трехрублевых купюр.
«Черт! Почему не настоящие деньги?» – расстроился Колька. Такие старинные купюры имелись почти в каждом доме в их деревне. Никому они не нужны, только детям в магазин играть. Но вид бумажных денег вновь возбудил в нем те мечты, что он лелеял, отправляясь сюда. Ведь, наверняка, есть и золото. Во всех фильмах про жизнь до революции, всегда расплачивались золотыми монетами. Причудливая мальчишеская фантазия подсказала ему, где могут быть настоящие сокровища. Ведь и у него мать прятала отложенные деньги в стеклянной банке в подвале. Вдруг пожар. Подвал в любом случае уцелеет.
Тут тоже есть подвал. И, похоже, большой. Вон как Порфирий загремел, когда туда завалился. Как только он вспомнил, про колдуна, желание проверить подвал сразу поубавилось. Но ненадолго. Видение столбика желтых сверкающих монет, лишь потускнело, но через пару минут, вновь засветилось. «А что я, переживаю? – подумал он. – Колдун все равно мертвый. За все время, ни разу оттуда не шороха не донеслось. А у меня теперь ружье. Это не топором махать. Вмиг продырявлю. Вон через стену пуля, как через масло прошла». Однако решающей все-таки стала мысль о том, что все равно надо идти в подвал. Надо же убедиться, что колдун действительно погиб. В душе он в этом не сомневался, но проверить надо. «Вот, заодно, и посмотрю, что он напрятал».
До этого он видел огрызок свечи, прилепленный к щербатому блюдцу, на подоконнике в спальне. Сейчас он пригодился. Колька поставил свечку на пол у подвала, принес и положил тут же винтовку, и занялся крышкой. В этот раз он справился с ней гораздо быстрей. Похоже, когда колдун пытался поднять её в первый раз, она действительно приросла к полу. Черный провал люка обдал его холодом. Иррациональный страх снова зашевелился в душе мальчишки, но он не дал ему разгореться. «К черту! Че бояться-то?». Колька сел на колени перед люком, пододвинул к себе винтовку, потом наклонился и заглянул в подвал.
«Где он?!» Разглядеть можно было, только небольшой участок земляного пола, рядом с лестницей. Но тела там не было. Колька резко выпрямился и схватил трехлинейку. Такого он совсем не ожидал. Ведь он уже давно уверил себя, что его удар был смертельным. И Порфирий валяется под лестницей. Он направил ствол в темноту, и взвел курок. Там по-прежнему стояла тишина, и через несколько секунд его отпустило: наверное, колдун умер не сразу, сумел немного отползти. Теперь идти надо уже обязательно. Чтобы знать наверняка, и не мучиться черными мыслями.
Огонек хорошо свечи освещал только небольшой круг пространства. Чем дальше от этого круга, тем гуще становился сумрак. Пока Колька спускался по лестнице, его ломаная тень прыгала по стенам. Он шагнул на утоптанный земляной пол, и поставил плошку на ступеньку лестницы перед собой. И тут же, еще хорошо не разглядев, понял, что темный сгусток в углу, это и есть то, что он ищет. Колька вскинул ствол, навел его в сторону скорчившегося тела и позвал:
– Порфирий…
Тело не шелохнулось.
– Порфирий! – уже громче спросил он: – Ты жив?
Тишина подтвердила его догадки: колдун смог уползти в угол и там умер. Уже не сомневаясь, Колька подошел к телу. Колдун умер сидя. Его руки кольцом обхватили подтянутые к груди колени. Голова безвольно лежала на них. Длинные волосы взлохматились и тоже свесились вниз, к полу. Худая шея белела, выглядывая из черноты рубахи. Кольку впервые кольнула жалость. Смерть никого не красит.
Наконец, можно по-настоящему расслабиться, но проверить все равно надо. Колька толкнул труп стволом в плечо. И тут же отскочил в сторону. Порфирий поднял голову и посмотрел прямо на Кольку. Огонек свечи отразился в черных провалах глаз.
– Пришел? Теперь ты согласен?
Даже не упирая приклад в плечо, Колька рефлекторно нажал спусковой крючок. Выстрел
