Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 78
Унгули насупился:
— Воины мвале не показывают фуркун женщинам! Великая Мать будет недовольна!
— Но в моем племени совсем другие обычаи, — настаивала Надя. — Бледнокожие мужчины не имеют секретов от своих жен. Кроме того, я хочу быть уверена, что ты сможешь защитить меня от любого врага. У меня много врагов… Бледнокожие люди моего племени не простят мне, что я выбрала в мужья охотника мвале, они захотят отомстить мне, а сможешь ли ты тогда защитить меня?
Унгули все еще колебался, и тогда Надя применила последний аргумент:
— Наверное, ты не хочешь показать мне, как стреляешь, потому что стесняешься того, что ты плохой стрелок.
— Унгули — плохой стрелок? — Воин побледнел от возмущения. — Унгули — лучший стрелок среди мвале! Унгули может попасть смертельной стрелой из фуркуна в глаз дикому кабану! Сейчас я покажу тебе, как я хорошо стреляю!
С этими словами он отправился в свою хижину, поднял циновку, которая прикрывала пол возле очага. При этом он опасливо огляделся по сторонам.
— Никому не говори, где я храню свои стрелы! — строго предупредил он будущую жену.
Под циновкой лежали два небольших мешочка — из красной кожи и из черной.
— В красном мешочке я храню сонные стрелы, — пояснил жених. — А в черном — смертельные!
С этими словами он достал из красного мешочка несколько длинных колючек, завернул их в тряпочку и снова закрыл свой тайник.
Вооружившись таким образом, Унгули отправился на край деревни, где копошились в грязи тощие свиньи.
— Смотри, женщина! — объявил он, доставая боевую трубку и вкладывая в нее длинную колючку. — Видишь вон того черного кабана с белым пятном на боку? Он далеко от меня, дальше всех остальных свиней, но я попаду своей стрелой прямо ему в загривок, за левым ухом!
Охотник поднес трубочку к губам, дунул — и кабан с пятном на боку жалобно взвизгнул и повалился набок. Унгули подбежал к нему и извлек стрелу из-за левого уха.
— Теперь ты видишь, как хорошо стреляет Унгули? Стрела попала точно туда, куда я говорил!
— Да, я вижу! — ответила Надя с уважением. — Теперь я знаю, что ты сможешь защитить меня от любого врага! Но сейчас извини меня — я должна готовить угощение для праздничного пира, твоя мать уже, наверное, разыскивает меня!
Будущая свекровь преподнесла Наде свой подарок — довольно большой кусок ярко раскрашенной новой ткани. Надя выкупалась в ручье и обернула подарок колдуньи наподобие парео. Потом оглядела себя в осколке зеркала, который нашелся у Батунды.
Сколько она находится в племени мвале? Неделю, две, три? Она потеряла счет времени. Она еще больше похудела, кожа стала смуглой от солнца и шелушилась. По совету Батунды, Надя мазала лицо пальмовым маслом.
Она расчесала волосы, полюбовалась красным цветком. Надо же, лез куда-то в горы, чтобы ее порадовать… с ума сойти… дикарь, а такие тонкие чувства!
К вечеру на площади собрались все жители деревни. Молодые мужчины разожгли огромные костры, женщины помогли Наде и Батунде разложить на пальмовых листьях угощение. Надя в предпраздничной суете отложила часть припасов в кожаный мешок и спрятала его под камнем на краю деревни.
Тем временем все было готово для праздника, в самом центре деревенской площади поставили кувшины с пальмовым вином, и праздник начался.
Мвале в огромных количествах поглощали свинину с ямсом, запивая кушанья вином, и с каждой минутой голоса становились громче, а шутки — грубее.
Надя решила, что воспользуется пиршеством, чтобы сбежать из деревни, но прежде раздобудет оружие.
Убедившись, что все увлечены едой и питьем, она покинула площадь, пробралась к хижине Унгули, откинула циновку и достала мешочки с отравленными стрелами. Спрятав их под одеждой, она вернулась на площадь.
Праздник был в самом разгаре.
Мвале насытились и перешли к танцам.
Любые танцы требуют музыкального сопровождения. Бывают танцы под оркестр и под фортепьяно, под аккордеон и под скрипку. Иногда бывают танцы без музыкального сопровождения. Мвале, как и большинство африканских племен, предпочитали танец под барабан, точнее — под два тамтама.
Двое мужчин среднего возраста выбивали из высоких барабанов бешеный ритм, остальные мвале танцевали.
Сначала танцевали мужчины — охотники. Их танец изображал сцену охоты. Один из старых воинов встал на четвереньки, взяв в руки кабанью голову и захрюкал — он изображал дикого кабана, остальные окружили его кольцом и высоко подпрыгивали, выкрикивая слова охотничьего заклинания.
«Кабан» бросился вперед, чтобы прорвать кольцо охотников, но в последний момент молодой воин воткнул в кабанью голову короткое копье с широким наконечником, «кабан» повалился на спину и потешно задрыгал ногами, изображая агонию.
Затем наступила очередь женского танца.
Молодые женщины мвале кружились в большом хороводе, затем этот хоровод разделился на несколько маленьких кружков, потом снова соединился в один, в центр которого вытолкнули Надю.
Пока она растерянно стояла в центре хоровода, не зная, что полагается делать дальше, туда же вытолкнули ее жениха Унгули.
Все племя окружило их кольцом и принялось ритмично бить в ладоши, повторяя два слова:
— Лабондо-вабондо! Лабондо-вабондо!
— Что мы сейчас должны делать? — вполголоса спросила Надя своего будущего мужа.
— Танцевать танец жениха и невесты, танец лабондо-вабондо! — пояснил тот.
— А в чем заключается этот танец? Понимаешь, я раньше его не танцевала и не знаю, какие там предусмотрены движения… ты мне объясни в двух словах…
— Не танцевала лабондо-вабондо? — недоверчиво переспросил Унгули. — Но ведь ты говорила Батунде, моей матери, что была замужем. Разве у бледнокожих людей не танцуют лабондо-вабондо? Откуда же тогда у них берутся дети?
— Что?! — Надя покраснела. — Ты хочешь сказать, что танец лабондо-вабондо — это…
— Ну да, — ответил Унгули спокойно. — Это то, что делают вместе мужчины и женщины и отчего появляются дети. Пора танцевать, люди ждут!
Действительно, соплеменники Унгули сужали круг, нетерпеливо хлопая в ладоши и повторяя свое «лабондо-вабондо». Особенно усердно хлопали и кричали дети.
— Но я… — растерянно бормотала Надя. — Но в моем племени не полагается делать это на глазах других людей! Мужчины и женщины делают это в своих хижинах, там, где их никто не видит!
— Ну, у разных племен разные обычаи, — ответил Унгули уклончиво. — Некоторые обычаи кажутся нелепыми, но я тебя не осуждаю, воспитанный человек должен с пониманием относиться к чужим суевериям, даже если они ему кажутся дикими. Так и быть, потом мы будем это делать тайком, раз уж тебе так нравится, но сегодня, в день нашей свадьбы, ты должна уважить обычаи мвале. Ведь наше племя приняло тебя, предоставило кров над головой и пищу, так что будет очень некрасиво с твоей стороны оскорбить наш обычай!
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 78
