убивать их, по крайней мере, без веской причины. Он будет поручать им задачи по планированию или организации, при условии, что жаба способна что-либо планировать.
В ближайшем будущем, когда общество будет расти, нужно будет удвоить осторожность, чтобы не допустить ошибок. Он не недооценивал силу полиции, ее эффективные системы, позволяющие найти лобковый волос в трех километрах от трупа, или ее искусство рыться в мушиных экскрементах в поисках улик. Но он возвышался над этими серийными убийцами, словно сошедшими с экрана второсортных фильмов, которые едва ли можно смотреть. Они были такими незначительными по сравнению с ним, такими ничтожными. Он был океаном, они были песчинками, он был лесом, а они деревьями. Да, он оставит свой отпечаток в истории, его будут уважать, даже если в душе будут ненавидеть.
Убить всех, унести тела, не оставив никаких следов, а затем устроить королевский пир за хорошим столом было бы легкой задачей. Но было бы это так же эффектно? Теперь, после такой демонстрации, имя Сэма Прадигтона обязательно навсегда останется в анналах истории.
Глава 8 – Смена темпа
1
Понедельник вечером. В течение двух предыдущих дней Лионель работал как шеф, тщательно выбирая места, где можно было бы провести малорискованные и эффективные операции.
Действовать этой ночью было абсолютно необходимо, они были в отчаянии. К тому же, обязательство было обязательством: любая компания должна выполнять свои обещания.
Они запланировали операцию на понедельник, поэтому они бы ее осуществили любой ценой. Невезучий до смерти, нотариус оказался первым в мрачном списке, составленном двумя днями ранее. Он был женат, детей не имел. Накануне двое сообщников, проникнув в его сад и прислушавшись к двери, не почувствовали присутствия животных. Не то чтобы они боялись собак, но эти грязные твари могли бы поднять тревогу...
Было почти полночь, или, скорее, полдень, время обеда. Фары были выключены, машина припаркована на грунтовой дороге в трехстах метрах от дома, дверь захлопнулась, и они двинулись вперед: для нотариуса начался обратный отсчет. Сэм нес сумку, Лионель — рюкзак, оба были готовы к необычной прогулке с довольно своеобразным вкусом.
В сумке Сэма была резиновая дубинка, ломик, резак и присоска. В сумке Лионеля — шесть мешков для мусора, клей, брус весом около трех килограммов, найденный на соседнем поле, нож и две пары пластиковых перчаток. На дороге, которая беззаботно извивалась до самого горизонта, не было ни души. Скромная луна не освещала окрестности, а лишь улыбалась застенчиво, в то время как осторожные кусты расступались под их ногами. Они перепрыгнули через стальную ограду, которая доходила им до груди, даже не коснувшись ее, прыгнув обеими ногами. Ни звука при приземлении, бархатные лапы и кошачья ловкость. Меньше, чем за время чихания, они скользнули за веранду, невидимые и голодные, взяв в свидетели только одного крота.
— Давай, Лионель, я тебя не мешаю, я здесь только зритель! — объявил Сэм приглушенным голосом, с улыбкой на губах.
— Вот, надень эту пару перчаток...
— Хорошо! Вижу, ты быстро учишься!
— Дай мне компас.
Сэм достал его из сумки, по пути восхищаясь ловкостью своего ученика.
— Вот так, с присоской, и готово... Тихо...
Нет... нет сигнализации. Ни гиперчастот, ни инфракрасных лучей... Давай весело, мой маленький гаденыш, мой желудок подает сигнал тревоги!
Они проникли в кухню, здесь они были как дома.
Никакого смущения, никаких комплексов или страхов, которые делают мелкого вора неуверенным и глупым.
Лионель пробормотал тихо.
— Ну, этот ублюдок не теряет времени даром. Посмотри на размер столовой... Вот и второй этаж, вперед...
Они поднимались по дубовым ступеням по восемь за раз, не давая дереву даже скрипнуть. Они почти летели, их гимнастические шаги едва касались пола, а затем они вошли в комнату, слабо освещенную робкими звездами. Скрытое за грубым облаком, золотистое светило не позволяло себе наблюдать за этим зрелищем. Лионель, немного необычный шестидесятилетний мужчина, сжимал дубинку в одной руке, а в другой держал брусчатку. Один для женщины, второй — в подарок ее мерзкому мужу.
Скрестив руки и прислонившись спиной к стене, Сэм вышагивал в глубине комнаты, постукивая ногой. Ему не хватало только хорошей сигары, коньяка и шляпы Аль Капоне. Он собирался бесплатно посмотреть звуковое и световое шоу и заранее радовался этому. Его ученик не торопился, он даже остановился в нескольких сантиметрах от своей цели, чтобы рассмотреть ее, почувствовать его хриплое и прерывистое дыхание, понюхать его мужской запах кончиком носа. Какое чувство силы, какое наслаждение! Он имел право ударить, когда захочет, просто ранить его, заставить его умолять! Но он ждал, нюхая его, как свинья, которая находит трюфель. Было так прекрасно быть здесь, иметь с одной стороны жизнь, с другой — смерть. Ад должен был хорошо закрыть свои врата! Он посмотрел с вожделением на его жену, такую красивую, такую утонченную, украшенную двумя коричневатыми сердечками, которые делали ее похожей на Бетти Буп. Ее кукольное лицо не имело здесь места, поэтому он бы с удовольствием занялся с ней, но по-другому. Но ничего страшного, награды будут позже, когда он будет достаточно подготовлен и самостоятелен. На данный момент важны только инструкции.
Убежденный, что новичок совершит ошибку, Сэм промолчал. Дурак должен был сам научиться азам профессии, тогда это наконец-то вбилось бы в его голубиный мозг! Маленький усатый мужчина с махагоновым черепом поднял кирпич за спину, не делая феноменального размаха, а затем решительно ударил им по полуоткрытой челюсти нотариуса. Удар был таким же, как от огромного свинцового шара, разрушающего ветхое здание. Камень выбил ему все зубы, а затем отнес часть носа и подбородка, так что мужчина выглядел, как будто его высасывало изнутри. Разноцветные брызги попали на лицо палача, добавив оригинальные узоры на гобелен. Он собирался поднять дубинку, но женщина, встретив его холодный, звериный взгляд, уже кричала. Смущение, а затем паника парализовали палача. Что делать? Как бы тривиально это ни казалось, он не подумал начать с нее. Убийство ее не входило в планы на сегодня, но как поступить иначе? Не подчиняясь приказам, нарушая одно из правил, он ударил ее по голове с силой, достаточной, чтобы сбить слона, с целью убить ее с первого удара, но дубинка сломалась пополам, ударившись о металлический край кровати. У женщины была разбита небольшая часть черепа, едва заметная. Густая струя тихо стекала по ее виску, а она быстро стонала, купаясь в своей крови и крови мужа. Смешавшись с вороньим цветом ее волос, красный цвет отражал переливающиеся
