Ознакомительная версия. Доступно 60 страниц из 397
Получается, что человечество найдет Бога для поиска, которого его создали ангелы с демонами? Нет, ведь если это бог, то слишком мелкий. Просто люди, как всегда совершат ошибку, пойдя легким путем и сотворив себе идола, отчего всячески ограждает множество святых книг. Все эти их действия породят множество смеха и кручения пальцами у висков в Аду, который останется почти неизменными, встречая каждого новичка словами: «Ну что, очнулся касатик?», — и громким смехом с элементами блеяния.
Дима наконец-то смог нормально слышать и сейчас очумело хлопал ресницами от насытивших голову вроде бы диких, но на деле умных мыслей. Будущее в виде грядущей «Матрицы» явно и четко промелькнуло внутри него, и там было не все гладко, намного хуже, чем в фильме с данным названием. Киношный вариант плена человеческих сознаний у машин не так уж и плохо смотрелся, ведь там присутствовала полная движений жизнь, а в его мыслях все наоборот настолько просто и по-житейски выглядело, что пахло современным рабовладельческим строем, полным кредитов и стандартного быта, облаченных в компьютерные технологии.
«Правду говорят, будто от удара молнии на пианино играть начинают или разговаривать на разных языках… Жаль здесь не проверишь — все друг друга понимают, и пианино нет…», — временно отрешившийся от внешнего мира парень задумчиво пошевелил пальцами, неосознанно пробуя их на музыкальную гибкость, но результаты не впечатлили и он решил осмотреться, дабы быть в курсе происходящего в становящемся шумным, маленьком кусочке Ада.
Обнаженный, но отчего-то не замерзший юноша подтянул, словно чужие руки с ногами, обратив внимание, что не слышит криков вкупе с вездесущими молитвами, и единственными звуками являются невнятные стоны с пронзительным плачем младенца, мать которого получила отнюдь не женский удар плетью, само собой отразившийся и на ребенке.
Электричество штука серьезная и до конца неизученная. Одним из его свойств является прохождение сквозь множество тел без какой-либо преграды с почти одинаковым ударом по каждому из них. Поэтому нет ничего удивительного, что ребенок получил от мамки не самый лучший подарок, однако с другой стороны не бросать же его ради спасения на холодный пол казематов, набитых дикими и бессовестными в своем ужасе, отчаявшимися людьми.
И вот сейчас пацан или девчонка — в столь юном возрасте не разберешь, пока не увидишь — орал, как резаный, вследствие чего сквозь множественные людские стоны слышалось плачущее сюсюканье родительницы, уговаривающей родную, и пока бестолковую кровиночку хоть немного помолчать, а то сожрет огромный, испачканный в крови дядька, ударивший любимую мамочку по спине.
«Бедная девка… Уж ей-то за себя переживать некогда, угораздило попасть сюда вместе с дитем и как это она так? То ли здесь родила, то ли померла при родах, «выплюнув» ребенка уже в Аду… Начиналось небось, как радость в виде прибавки в семействе, а тут скончалась при родах, мужик на Земле плачет, если был конечно, горе, такое горе… А тут бац! Открывает глаза и… Жива! Ура! Тра-та-та! Но… Что это за больница?! Ужас! Прикована к деревянной лежанке и рядом кто-то громко цокает, звеня железом… Представляю…», — безудержные мысли потянули юношу далеко-далеко и в их конце его аж передернуло от ужаса.
Дима встряхнул головой, очищая ее от жуткого, непроизвольно-генерируемого бреда, и осторожно посмотрел по сторонам. Рядом подтягивали ноги с руками, слабо улыбнувшийся Такеши и Лкетинг с широко-раздувающимися ноздрями. Масаи — молодец, ничем не выражал мысли, наверняка бурлящие сильнее Тихого океана в девятибалльный шторм. Рожденный воином негр стоически и безмолвно переносил невзгоды жизненного пути, то есть смирился с пребыванием в мире, не относящемся к африканскому материку, однако и не собирался сдаваться, как остальные грешники поневоле.
Кое-как поднявшись на четвереньки, Дима мощно, но тихо сплюнул кучу кровавых слюней, собравшихся во рту, будто цыгане в зале ожидания провинциального городка. Слюна была вязкой и тягучей, как случается во время долгого удерживания ее, поэтому сплевываться не хотела. Какая-то ее часть, конечно сразу же упала, растекшись в зазорах между камнями, но немалая доля прилипла к губе, ни в какую не желая отваливаться. Пришлось сделать: «Прфф! Прфф!», — повторяя происходящее в «гостях» у Анатона, и хоть это были не лучшие воспоминания, но после недавнего отдыха они смотрелись, как сквозь мутное стекло.
Наконец борьба с плевком закончилась победой юноши, и он удовлетворенно вздохнув, поднял голову, после чего обнаружил, что все присутствующие в зале пленники Ада встают на четвереньки из положения «как больно, но надо подниматься, пока не забили насмерть». Получается Варгх не жалел никого, «подарив» мощнейший удар искрящегося кнута по изнеженной земной жизнью спине каждому страдальцу, пришедшему в новый, такой не похожий на прежний мир.
Трясясь и стоная, грешники пытались встать на карачки, но не у всех получалось, поэтому многие падали обратно, издавая различные невнятные звуки, кряхтя, свистя и мыча. Короче говоря, сейчас большой сырой подвал со светящейся «живой» трубой походил на кишащее лягушками болото, где сначала одна залезет на кувшинку, потом свалится, затем вторая… Причем упорно повторяя неудачные попытки и издавая жалостливые «ква».
Дмитрий сам поднимался со стоном: «М-м-м-м-м-мууу!!», — издаваемым закрытым ртом, однако был готов поклясться, что это и есть страдальческое мычание, ибо по-другому сии акустические колебания охарактеризовать невозможно. А самым интересным являлось то, что какими бы многие находящиеся в Сортировочной люди не являлись слабыми и безвольными, но они ВСЕ поднимались. Старались встать, нутром чуя правильность подобного поведения, ведь если продолжишь валяться, то отправишься в следующую смерть. Прекрасно сыгранный кровожадным Варгхом и язвительным собакоголовым спектакль подействовал на каждого, даже уверенного в божественном спасении верующего, быстро понявшего мудрость старой пословицы, гласящей: «На Бога надейся, а к берегу греби». В Аду умели ставить социальные сценки, мотивирующие двигаться из последних сил. Да уж… Направить бы потенциал, заключенный в самом безвольном мешке с дерьмом, да в правильное русло еще при жизни, но после драки кулаками не машут…
Наконец Дима прочно укрепился на четырех костях и шумно задышал, понемногу забывая о боли в разодранной кнутом спине, но его взгляд, как всегда не стоял на месте. О камнях парню думать больше не хотелось, оставалось наблюдать за Такеши с Лкетингом, и шевелящимися рядом со скелетом старика дергаными тетками, пытающимися поставить жирные тела на не привыкшие напрягаться ноги с руками. Возможно, сейчас они сильно страдали, однако это являлось справедливой платой за пуск жизни и здоровья на самотек, хотя для таких случаев всегда найдутся оправдания, например отсутствие времени, много работы, плохое питание, ужасная экология, родила много детей, но нет. Это нельзя назвать весомыми доводами.
Ознакомительная версия. Доступно 60 страниц из 397
