На этот раз пришла моя пора успокаивать разволновавшегося капитана.
— Тихо Тимур, не горячись. — Улыбнулся я. — Ты же мне сам посоветовал спокойнее быть, а тут распаляешься. Знаю я это все, видел собственными глазами, чай не слепой, но было это у нас всегда. С самого зарождения, и как не пытались нас извести, ничего не вышло. Вот и сейчас, живем же. За стенами, с автоматами, среди вони, смрада разлагающейся плоти и в ежеминутном ожидании подставы, но живем. Не забились в угол, не опустили руки, не покончили с собой. Мы, обычные граждане уже несуществующей страны. Кто эту вакханалию затеял, что за окнами, я не знаю, но думаю, выясним, а потом поймаем тварь и на костер. Самое ей там место.
— А я факел запалю, — согласился Горин, — или держать буду, пока связываешь.
— Выясним, — кивнул я. — Есть у меня мысли по этому поводу, но без мутантов дело точно не выгорит.
— Мысли?
— Да.
— Какие же?
— Взять штурмом твой бункер.
— Он такой же мой, как и твой, — обиделся Тимур. — Кто мы там были? Псы цепные.
— Не обижайся, — махнул я рукой, — не виню. Правильно все сделал, и больше чем многие другие.
— С мутантами может и выгорит, — засомневался капитан. — Схему укреплений я знаю, точки слабые тоже. Коды на замках, конечно, сменили, но там магнитные ключи у персонала. Достаточно языка взять, чтобы искомый ключик получить. Что касательно продскладов, то это просто так называются, а на деле там рай для мародера. Помимо харча, должна быть и бытовая химия, и автозапчасти, техника для офиса и дома, и уйма различных других вроде бы не нужных вещей, так что четырьмя бортами. Восьмидесятка, два наших Урала и ваш грузовик. Брать будем с умом и много, а то черт еще знает, сколько здесь куковать.
— Схема складов есть? — Поинтересовался я.
— Как не быть. — На столе тут же появился чертеж, десять длинных ангаров, ворота, подъезды… — Рисунок не то чтобы точный, но суть отражает. — Пояснил Тимур. Рисовали с крыши административного корпуса. Он не на территории, за забором, так что стрелять пришлось сильно меньше.
— Целостность всех ворот все равно нужно будет проверить заново, — покачал я головой. — Вон их сколько, аж четыре штуки. Гости пожалуют, а мы и не увидим.
— Думаешь, гости будут?
— Как карта ляжет. — Тщательно затушив сигарету в пепельнице, я вновь окинул глазами чертеж. — Вон сколько помещений. Лакомый кусочек для любого. Давно твоя разведка там была?
— Дня два назад. Парни честно объехали весь забор по периметру, по пути бешеных прорежая, и своими глазами удостоверились, что ворота заперты.
— А как двери складов увидели с пломбами?
— Знамо дело, в бинокль. Приказа входить я им не давал, а у нас с этим строго.
— Техники подозрительной в округе не было, ну или следов жизнедеятельности?
— Техники нет, это точно. Там в основном грузовые, так что затешись какая легковушка свежая, враз бы срисовали, а касательно следов, так тут сам черт ногу сломит. Не по земле же ползать с лупой и окурки осматривать. Мертвяки вокруг.
— Пару ворот придется заблокировать, — покачал я головой. — Заедем на территорию, зачистим, с этим ладно, но вот силы дробить на четыре части я бы не стал. Не так уж нас и много, да и мои ребята, не особо и бойцы. Мертвяков пострелять смогут, научились уже, а если полезет кто из спецов, то пиши пропало.
— На точках выставим моих ребят, тут и тут, — карандаш в руке капитана быстро нарисовал пару кружков на плане. — У всех рации, пулеметы. Броня встанет рядом. Остальные в пешем порядке, зачищают территорию, ну и блокируют оставшиеся два гейта от греха подальше. С этим я согласен, запрем.
— Ну, так что, решено? — Улыбнулся я.
— Если погода позволит.
Мы синхронно обернулись и уставились в окно, наблюдая все ту же знакомую картину, ливень и черное от свинцовых туч небо.
Из моих людей, пожелавших присоединится к боевой группе, вызвались четверо. Николай с пассией, а именно так теперь можно было по тихому и за глаза называть Марию, вызвались кашеварить, в чем видимо нашли свое призвание. Хороший повар, ну или энтузиаст с изюминкой завсегда на кухне приветствовался, а если его стряпню еще и внутрь можно было употреблять, так вдвойне. Соседка нашего инженера, вместе с малолетним сыном за бойцов не считались, а тройка бородачей была вообще на особом положении и вылезала из своего закутка разве что на обед, о времени которого дежурный прилежно сообщал по внутренней связи. Да, и такая в здании имелась. Цепь динамиков, соединенных в одной точке сильно помогал по жизни. Крутили по нему все, от объявлений об отключении на ночь электричества, чего горючку зря расходовать, до прокручивания музыки и радио-спектаклей. Некоторые, правда, уверяли меня, что это аудиокниги, но я стоял на своем.
На летучке после обеда присутствовали:
Ну, во-первых, ваш покорный слуга, преисполненный собственной значимости и потому с кульком пирожков, честно спертых мной с кухни. Мука у людей была, печка. Откуда притащили, диву даюсь, но так по сдобе и вообще всему хлебобулочному стосковался, что каюсь, превратился в пирожкового вора.
Вторым был Марк. В свои годы, я на самом деле так и не удосужился узнать, сколько же охраннику лет, а спрашивать было как-то неудобно, показал себя отличным водителем и боевым товарищем, и кандидатуру его я даже не обсуждал. Третьим к нашей команде примкнул Марик, в прошлой жизни админ, умеющий взломать любой код, поднять любую систему, а теперь штатный стрелок. Полезность данного члена команды тоже была очевидна, а вот за последнего, а именно последнюю, миниатюрную брюнетку и снайпера я немного беспокоился. Да что я вру, очень даже беспокоился. Дьявольски упрямая и упертая как баран Женя, вбила себе в голову, что ступи я за порог без её сопровождения, тот тут же подверну лодыжку или по неосторожности выстрелю себе в голову, трижды. Смешно, согласен, вот только волновался я за нее больше, а почему и сам понять не мог. Маленькая, надоедливая, имеющая всегда и везде свое личное персональное мнение, она, впрочем, была неплохим членом команды, отличным бойцом и просто дисциплинированным человеком, правда только тогда, когда дело касалось наших мародерских или спасательных вылазок.
— Даже не знаю, что со всеми вами делать. — Вздохнул я. — Операция будет серьезная. Серьезнее чем все те, что были до этого. Пострелять придется серьезно, побегать, но если мы не выдвинем свою группу, то будем иждивенцами, нахлебниками только и знающими что хавать тушенку и балдеть. Кто что думает по этому поводу?
— Мысли не по делу можно? — Поинтересовался Марк.
