Ознакомительная версия. Доступно 60 страниц из 397
— Я твою маму ебал, папу ебал, рот твой ебал и тебя ебать буду! — посыпались бранные слова, моментально прекратившиеся после звяканья уродливого оружия, которое оскорбленный и облегченно-помочившийся свин вытащил из-за спины с мрачной мордой, но…
Следующую смерть предотвратил «Анубис» всем видом выказывающий желание закончить сильно надоевший ему день.
— Нет! Не сегодня! — он вытянул разгорающийся багрово-красным жезл в сторону свиномордого демона, глубоко оскорбленного высказываниями мусульманина.
Увидев искреннее огорчение в желтых глазах собакоголового, вся свиная ватага, включая ни в чем не провинившегося, пугливо дернувшегося Варгха, отступила назад, все-таки оружие «Анубиса» славилось в их краях, уж слишком очевиден был страх в глазах каждого, кого оно касалось даже направлением.
— И так еле работаем! То одна задержка, то другая! Скоро новые должны прибывать, а мы старых еще не забрали! — раздраженно прогавкал демон-пес. — Быстро и аккуратно всех заковывайте! Еще работать и работать! — сатиры в ответ шумно засопели, прищурив красные глаза, но послушно кивнули и обернулись к ожидающему очереди мусульманину, трясущемуся и не очень уютно себя ощущающему среди ссорящихся жителей Ада.
Остальные из вышедшей вперед группы бородатых правоверных, жутко вспотевшие от напряжения и боящиеся двигаться, беззвучно замерли напротив сомкнувшихся чертей, направивших им в грудь футуристические копья, постепенно осознавая, что ускорение процесса — это замечательно! Ведь одно дело стоять где-то сзади в немалой толпе, а другое перед козлиными мордами, вооруженных до зубов чертей с длинными, прядающими ушами. Причем чертей не сказочных, не переодетых в них людей, а настоящих, смотрящих тебе в лицо бесстрастными оранжевыми глазами, и в тоже время, будто шепчущих: «Ну, давай! Сделай хоть одно маленькое неверное движение!», — и это заставляло трястись поджилки.
После быстрого поднятия на ноги обоссаного узника, демон-карлик до этого настойчиво стучащий мачете по полу, поцокал к началу третьей цепи и приглашающе махнул зазубренным клинком правоверному, только вышедшему из-под Варгха. Другой, вкусивший адской мочи узник в это время не двигался, а яростно зыркал глазами, наверное, сочиняя и реализуя кровавые планы мести. Быть оскорбленным струей выделений из тела грязного животного, пусть даже разумного и прямоходящего — это оскорбление высшей степени. Теперь у мусульманина появилась цель убивать свиней и, глядя на этого смуглолицего человека с аккуратной бородкой, можно было сказать, что он точно не желает умирать, ибо глаза его плескались незамутненной иными чувствами злобой.
Тем временем его земляк, второй смуглый мужчина с окладистой бородой, быстро пошел, куда указал низкорослый черт с пугающе выглядящим оружием и замер в требуемом месте. Сатир, посмотрел на него снизу вверх налитыми кровью глазами и издал вполне человеческий гнусавый голос.
— Наклонись или мне прыгать?! Да я быстрей тебе ноги укорочу! Давай резче двигайся, мясо! — правоверный беззвучно выслушал оскорбительные слова и беспрекословно склонился, после чего сатир удовлетворенно хрюкнул и ловко накинул располовиненное кольцо на его шею, чем-то щелкнув и умело соединив.
Дрожащий мусульманин медленно разогнулся и несколько раз моргнул, прислушиваясь к новым ощущениям, а его помеченный свином земляк стоял и всматривался в сатиров бешеными глазами, будто запоминая пустившего на него струю нечеловеческой мочи, хотя четверо внешне одинаковых карликов уже несколько раз поменялись местами.
— Выдвигаемся после них! — Дима повторил тычок локтем и Лкетинг с Такеши, наблюдающие за происходящим со зрительской стороны, синхронно кивнули.
«Молодцы! Смотрят, не боятся и правильно делают, да и мне не так лихо, а то считаю, что один такой, не от мира сего… Постоянно что-то думаю, рассматриваю, голова забита всем подряд…», — он слегка нервничал, настраиваясь заковываться в цепи, ожидая лишь, когда закончат с мусульманами.
А на том конце подвала, рядом с распахнутыми настежь огромными вратами, процесс ускорялся. После первых двух, с грехом пополам закованных мусульман, где один этого не заметил, а второй полностью прошел сей нелегкий путь, их бородатые спутники по одному просачивались внутрь заработавшей во всю силу адской кузницы, где их встречали недовольный запретом на еду Варгх и сноровистые красноглазые сатиры.
Эти выходцы из разных социальных слоев Ада работали слаженней давно знающих друг друга грузчиков одесского порта. Трехметровый, угрюмый Варгх медленно поднимал на уровень морды сжавшегося пленника, дышал ему в лицо, а затем опускал что-то неразборчиво рыча, сатир же звонко стучал тусклым, зазубренным клинком по камням, после чего указывал, куда подходить оцепеневшему от страха человеку. Самое интересное, что двух смуглолицых правоверных приковали ко второй, а не третьей цепи, видимо земляки не сошлись характеристиками, сгенерированными компьютерами Временного хранилища.
«Анубис» же стоял, чуть позади сбоку, никуда не вмешиваясь, а просто наблюдая за процессом сортировки свежеиспеченных рабов. Основная часть его работы здесь, в этом помещении закончилась. Сколько требовалось слов, столько он и произнес, люди напуганы и горько научены, дело ускоряется с каждой минутой, поэтому можно и постоять, бесцельно крутя в когтистых руках, полный смертельной силы жезл. Сейчас собакоголового не было слышно и видно, настолько он не привлекал внимания, но не стоило сомневаться, что если понадобится, то он выйдет, дабы сказать свое веское слово, раскидывая блики золотыми одеждами и спалив между делом пару-тройку человек.
Наконец последний, седьмой бородатый мусульманин встал в строй на прикрепленном к нему участке цепи, и сатиры с ворчащим Варгхом ожидающе повернулись к толпе безмолвных рабов в большинстве своем вставших с колен на ноги. И это сделали даже те, кто без устали твердил молитвы.
«Насколько же огромная в людях сила воли… Их заставить что-нибудь полезное делать, цены бы не было! А они бесконечно бормочут взывания к Богу! Это, учитывая то, что многие молятся, надеясь на авось…», — размышлял Дима, успевающий и по сторонам смотреть, и наблюдать за процессом заковывания в цепи.
И вот наступил момент, когда освободилось место для следующих добровольцев и требовалось всего лишь толкнуть масаи с японцем, сказав им: «Вперед друзья!», — но судьба в который раз решила за него.
Из толпы прибывших в Ад людей выскочила девчонка с ребенком на руках и, не говоря ни слова, пряча младенца в обнаженной, не разобрать какой груди, пошла сквозь недружелюбную человеческую массу, уверенно лавируя меж пропускающих ее грешников, удивленно глядящих вслед и напутственно крестящих точеную фигурку с разодранной плетью спиной. Даже уродливая рана не могла испортить хорошенькую и на загляденье слаженную девицу, уж этого у нее действительно было не отнять.
Ознакомительная версия. Доступно 60 страниц из 397
